– А что, бывает меньше?

– Бывает меньше, бывает больше. Завтра часть бойцов уйдёт с партией груза, останется человек тридцать, но это не сильно меняет положение - я не «Рембо», я обычный врач. Хотя какой из меня теперь врач, - горько усмехнулся мужик.

Что ж, я и не надеялся, что он сейчас меня развяжет и отпустит, я, конечно, верю в Деда Мороза, домовых и бабайку под кроватью, но не настолько я наивен. Но почему бы и не поговорить? Раз смерть моя откладывается, информация мне не помешает.

– А что за анализ и как это должно определить мою ценность?
– сменил я тему.

– В центре, куда они отправляют товар, по анализу крови могут определить, насколько сильно зашли изменения иммунного, - чем сильнее изменения, тем ценнее его органы.

– Мдя, неплохо, наверно. Они на мне поднимутся, - задумчиво проговорил я.
– Я в Улье хоть и недолго, но дар у меня хорошо развит.

Сказано это было не из хвастовства, и, конечно, меня не заботили заработки этих уродов, а чтоб набить себе цену в глазах бывшего хирурга - а вдруг и правда развяжет? Не знаю, что помогло - это или что другое, но мужик, чуть подумав, поджав губы, сказал:

– Я помогу тебе, как смогу! Развязывать я тебя, конечно, не стану, я не могу так рисковать, но кое-что я для тебя сделаю. Меня здесь никто сильно не контролирует, так что я после того, как солью с тебя крови сколько положено, поставлю тебе кровезаменителя - у меня есть, я тут лечу иногда раненых... ну и солью поменьше, а, чтобы ты отключился, поставлю тебе спека для достоверности. Ну а ты... если у тебя получится выбраться - не забывай про меня.

– Не забуду.

В себя я пришёл, лёжа на куче сена в небольшой клетке - метра два на три не больше. Клетка, скорее всего, располагалась в подвале - окон нет, и запахи, и атмосфера... ну, в общем, подвал, лазарет и бойня вместе, как-то так. Помещение с бетонными неоштукатуренными стенами, освещённое одинокой тусклой лампочкой, заставлено такими же клетками, как моя, некоторые пустуют, в некоторых лежат люди. Набор обстановки в каждой клетке одинаковый: кучка сена - это у нас, похоже, матрас, одеяло и подушка вместе, хорошо хоть куча довольно большая, в ней при желании можно зарыться, ну, не очень глубоко; ведро, прикрытое куском фанеры - с этим понятно, отхожее место; пластиковая бутылка с какой-то жидкостью - это, скорее всего, живчик. У муров тут «ферма», не иначе, а иммунным для восстановления нужен живчик, вряд ли муры станут на нём экономить - в их же интересах, чтоб у иммунных, содержащихся здесь, быстрее отрастали изъятые органы и их снова можно было резать. Вот ведь твари!

Прутья решётки толстые, надёжные, дверь, само собой, заперта, да ещё на два замка - один, похоже, электронный, другой навесной, пол клетки бетонный - подкоп не сделаешь. Тфу! Да какой, нахрен, подкоп?! Руки-то у меня свободны - выбить дверь моего дара вполне хватит. Мысли путаются, вот и пытаюсь рассуждать последовательно и обстоятельно. И калбасит меня не по-детски - холодно, замёрз весь и голова раскалывается.

Надо было ещё потрясти доктора на счёт информации, но с потерей крови мне стало как-то не до того. Сейчас получше себя чувствую, но на подвиги меня пока не тянет. Может, местные обитатели чего расскажут.

– Эй, есть кто живой?
– на мой окрик послышался только слабый стон.

Похоже, облом! Взгляд упал на руку, которой я обнимал колени, пытаясь хоть немного согреться - часы муры с меня снимать не стали, как и штаны и ботинки, только на костюм позарились, и сейчас часы показывали первый час ночи. Надо что-то решать.

Попил любезно предоставленного мурами живчика, выставил на часах будильник на пять утра, и постарался зарыться в сено - надо поспать и хоть немного восстановиться. До пяти утра вряд ли кто-то за мной придёт, если бы не помощь доктора, я бы ещё долго был «в ауте», а в пять - самый сон, проснусь, вышибу двери клетки, а там посмотрим, как оно пойдёт - Стикс даст, может и вырвусь, но живым я больше точно не дамся.

***

Выбивать дверь было ошибкой, из-за дери в каземат тут же донесся истеричный визг сирены - видимо, электронный замок был под сигнализацией, надо было прутья решётки повыбивать, хотя шуму бы и так наверняка наделал изрядно. Дар неплохо усилился, а я как-то не оценил этот момент, в результате удара решетчатую дверь моей клетки не просто выбило - все место, где были замки, разорвало в куски, и те шрапнелью разлетелись в стороны. Надеюсь, никого из здешних узников ими не убило.

Послышались встревоженные голоса, и ладно бы мои коллеги по несчастью всполошились, всполошилась, похоже, наша охрана. Я коротко выругался и бросился к выходу, не забыв подхватить бутылку с живчиком - если мне удастся отсюда очень быстро смыться, без этого зелья начнутся дополнительные проблемы.

Дверь оказалась не заперта, но как только я выбежал за неё в узкий коридорчик, в меня тут же упёрлись три автоматных ствола - похоже, быстро смыться не получилось. Ну да ещё не вечер! Ещё только раннее утро. Агась!

– Стоять, падла! Руки поднял!
– трое муров с невыспавшимися, злыми и, похоже, похмельными лицами держали меня на прицеле. Ну и мерзкие, надо сказать, у них морды, причём у всех, как на подбор, такое впечатление, что рожи им вместе со статусом муров выдают.

Четвёртый, держащейся чуть сзади, и держащий автомат стволом в сторону, при виде меня лишь усмехнулся. Выглядел он поприличнее - и одет получше и держится как-то по-особому, увереннее что ли.

– Стою, стою! Не вопрос!
– с преувеличенным энтузиазмом проговорил я, поднимая руки на уровень груди и показывая открытые ладони.
– Вы только вот этого уберите!
– движением подбородка указываю им за спину, на пустой коридор.

Старая как мир уловка вообще срабатывает с завидным постоянством, а в Улье люди привыкли жить в обстановке почти постоянной опасности - здесь те, кто не привык оглядываться на любой подозрительный шорох, долго не живут. Вот и сейчас тройка целившихся в меня муров повернули головы, и я, чуть расфокусировав взгляд и охватывая весь объём коридора, задействовал своё умение.