Гарри провел рукой по волосам, но не ответил. С того разговора с Нарциссой, Гарри проводил каждую минуту на своем полигоне. Это было единственное, что он мог сделать, чтобы отвлечься от своих мыслей. Все, в его прошлой жизни, было ложью. Он чувствовал, что он не может доверять ни одному из своих воспоминаний.

– Где мама и Демиан?- спросил Гарри.

– Они на кухне, - ответил Джеймс.
– Извини, что разбудил тебя. Я бы этого не сделал, но тебе снился кошмар, - Джеймс замолчал, не уверенный в том собирается ли Гарри сказать правду или откажется говорить об этом, как обычно.

К его удивлению, Гарри ответил.

– Это был не кошмар, по крайней мере, я не думаю, что это был он, - сказал он.

Джеймс пытался скрыть свое удивление. Он решил испытать свою удачу, и спросил:

– Что тебе снилось?

Гарри посмотрел на отца, думая должен ли он поговорить с ним об этом странном повторяющемся сне.

– Это было... нет ничего. Только глупый сон, - закончил он неубедительно.

Джеймс мог бы поклясться, что Гарри лжет.

– Было не похоже, что тебе нравится, - сказал Джеймс тихим голосом.

Что-то в Гарри говорило ему, чтобы он поговорил с отцом об этом сне. Глубоко вздохнув, Гарри начал:

– Папа, ты когда-нибудь видел, чужую память?- спросил Гарри, его напряженным голосом.

– Много раз, - спокойно ответил Джеймс.

– Правда?- удивился Гарри.

– Да. Я видел много воспоминаний с помощью омута памяти, - ответил Джеймс.

– Нет, я имел в виду, без омута, как во сне?- снова спросил Гарри.

На этот раз Джеймс понял, и его карие глаза расширились от удивления.

– О, ну, нет, Гарри. Я никогда не испытывал этого, - сказал Джеймс тихо.
– Это случилось с тобой? Это был не вопрос, но, Гарри, все же ответил кивком головы.

– У меня было это много раз, но я не могу понять смысл этого. Я знаю, что я вижу прошлое, но это не моя память, - попытался объяснить Гарри.

– Тогда чья это память?- спросил Джеймс с тревогой.

Гарри посмотрел на отца и на мгновение он задумался, следует ли рассказать ему или нет. Решив, что раз он начал разговор, то нужно закончить его. Гарри ответил:

– Я думаю, что Беллы.

Джеймс ничего не сказал, но он почувствовал облегчение. Белла, он мог бы смириться с этим, он был рад, что это не Волдеморт.

– Что ты видишь?- спросил он.

– Она в рейде. Похоже, налет какой-то, везде авроры. Она... она сражается с одним и тогда, я не думаю, что она пострадала, но я не могу видеть ясно. Все становится нечетко, и память кажется искаженной. Я всегда просыпаюсь, услышав ее вздох, как будто от боли, - закончил Гарри с тоской в голосе.

Джеймс потерял дар речи. Он не знал, как реагировать на это.

– Ты уверен, что это не одно из твоих воспоминаний?
– спросил он. Это было нереально, Гарри не мог каким-то образом получить доступ к памяти умершего. Это было невозможно.

– Нет, - ответил Гарри. Он потер голову, пальцы задели старый шрам, - оказывается, я не могу быть уверен в моих воспоминаниях, - горько сказал он.

– Что ты имеешь в виду?- спросил Джеймс.

Гарри рассказал отцу о разговоре с Нарциссой. Джеймс почувствовал, как что-то пронзило его сердце, когда он узнал правду, Волдеморт стирал воспоминания Гарри. Джеймс не думал, что Волдеморт играл с памятью Гарри. Единственное, о чем Джеймс знал это об измененных воспоминаниях, о детстве Гарри.

– Мне очень жаль, Гарри, - сказал Джеймс, чувствуя себя глупо, но что еще он мог сказать сыну?

– Почему ты извиняешься? Это не твоя вина, - сказал Гарри.

Джеймс опустил голову, ему было стыдно.

– Это моя вина. Я не усмотрел, когда я должен был заметить предателя. Это все моя вина, - сказал он.

Гарри посмотрел на Джеймса, он не знал, что его отец по-прежнему чувствовал себя виноватым в этом. Был момент, когда эти же мысли приходили на ум Гарри, но он быстро прогонял их. Он не собирался перекладывать ответственность на Джеймса, ведь это была ошибка Волдеморта.

– Папа, посмотри на меня, - как мог мягко сказал Гарри. Он чувствовал себя очень неловко, делая это. Джеймс посмотрел на него с чувством вины.

– Это была не твоя вина. Я не виню тебя. Это произошло по вине Волдеморта. Это его вина и Питера, - добавил Гарри.

Услышав имя бывшего лучшего друга, Джеймс ощетинился. Чувство вины исчезло из его глаз, а вместо этого, Гарри видел, как они заполняют яростью. Гарри никогда не говорил Джеймсу о встрече с Питером. Джеймс знал, что именно он сказал Гарри правду, но они никогда не обсуждал эту тему раньше.