Шрифт:
"Это кто из них раненый?", подумал Матвей.
Щуплый паренек-донор вдруг закатил глаза и вырубился. Варвар зарычал.
Бывший старший токарь выдернул иглу из вены, встал. Матвей поразился, насколько Гнат поздоровел. Налитый силой, широкоплечий, руки бугрятся мышцами. На груди – целый иконостас. Медали, даже один орден. Матвей мысленно присвистнул. Силен, брат. А потом взглянул в лицо бывшего токаря…
Лицо у Гната было чужое. Сытое.
Румянец во всю щеку.
– Повторяю, ефрейтор. Можете идти! – сказал Ганзик резко.
– Есть! Варвар, ты куда?
Варвар подбежал, обнюхал Крашенича. Тот окинул его равнодушным взглядом.
Пес поднял голову и завыл.
– Ганзик когда-то был моим другом, – сказал капитан. – Мы занимались с ним одним и тем же… Как снизить потери. Как выкарабкаться из пропасти, в которой сидим. Только пошли разными путями. Друг, которого ты встретил – больше не человек. Он вроде наших трупаков с чипом в башке. Только чип получше, а так – один в один. Машина. Повезло тебе, все-таки, Матвей. Если бы не твой друг, быть тебе «упырем». Нет уж, – капитан поиграл желваками. – Такой ценой «уменьшать» потери я не согласен.
…Белая надпись на левой, опаленной пламенем щеке.
Матвей вздрогнул. В первый момент показалось, что там написано "Разоритель Фэкс"… но нет. Дракон назывался "Укрепитель Алекс". Буквы едва видны из-за копоти. Морда щербатая от многочисленных попаданий. Мелкие оспины – пулеметы, крупные – авиационные пушки. Броневые листы сдвинуты, свисают белесые сопли герметика…
Кабина пилота разорвана. На металле остались следы громадных когтей. Ближний бой? Похоже на то.
Внутри дракона кто-то шумно вздохнул.
Матвей присел, заглянул под крыло. Пусто. Куда экипаж-то делся? Варвар, к ноге! Сидеть. Черт, а эта темная лужа – не солярка ли? А то еще рванет…
Матвей попятился. Вместе с ним, глухо ворча, попятился Варвар…
Кргхххх!
Дракон открыл левый – уцелевший – глаз. Цвета белого металла. Посмотрел на Матвея. Зрачок телескопически подстроился. Дракон увидел.
– Чего надо? – грубо спросил Матвей. Варвар залаял.
Внутри дракона что-то зажужжало. Потом раздался хлопок…
Матвей снова сидел на спине дракона. Он прекрасно понимал, что это сон, но – проснуться не мог.
Вновь, как и в прошлый раз, под ними было серое поле. Марширующие колонны. Грохот сапогов.
Дракон повернул голову. Глаза цвета белого металла посмотрели на Матвея.
– Я знаю… тебя, – сказал Укрепитель Алекс. Звук шел гулкий и глухой, словно кто-то басом говорит через огромную трубу. Дракон взмахнул крыльями, набирая высоту.
Матвей вцепился в луку седла.
– Пошел ты, – сказал Матвей. – Не я настраивал тебя, тварь!
– У тебя счастливая рука, Кривин Матвей, – сказал дракон металлическим басом. – Многие из нас помнят это. Ты подарил нам жизнь.
– А больше я вам ничего не подарил?
Укрепитель заложил вираж, у Матвея замерло сердце. Когда дракон перешел на планирование, Кривин с облегчением выдохнул.
– Мы созданы для смерти, а не для жизни, – сказал дракон. – В этом огромная ошибка людей. Мы можем только уничтожать. Война – наша жизнь. И мы будем длить её столько, сколько потребуется.
Матвея пробрала дрожь. Он прекрасно понимал, что это сон, но все было слишком реальным.
– Почему ты мне это говоришь? Разве это не тайна?
– Чего ты хочешь от сумасшедшего дракона из штраф-драка? – Матвею почудилась ирония в металлическом голове Укрепителя.
– Но что я могу…
– Потому что это и твоя ошибка, – сказал дракон. – Твоя рука создала в нас жизнь. Мы уже не машины. И не говори мне, что ты этого не хотел. Я не поверю. Ты ушел и спрятался, Создатель Мат. Но тебе пора вернуться.
Создатель? А как же…
– Разоритель Фэкс? Ты знаешь его?
– Нет, – сказал дракон.
Но почему-то Матвею показалось, что Укрепитель Алекс лжет.
– С возвращением, – сказал капитан. – Когда этот дракон рванул – мы думали: все, отбегался Кривин. Черта с два! Счастливчик. Тебя, что, повысили? Аллилуйя! Господин сержант, прошу к нашему столику!
Он попытался встать – и плюхнулся обратно.
– Вот такая фигня целый день, – пожаловался капитан.