Лена покачала головой:

– Да нет, тетя Валя, не за профсоюзной. Мне бы работу. Ну, я могу у вас пока вместо Ольги Васильевны поработать? Я шить умею…

Тетя Валя ухмыльнулась:

– Поработать! Ну, сказанула. На ее место сразу трое прибежали! У нас от баб-то отбоя нет. В поселке где работать? Негде! А мы со времен советской власти хоть втрое и сократились, но пока еще держимся. Иди, у тебя и так дел полно!

Но Лена не уходила.

– Извините, мне… деньги очень нужны…

– Да? А ты пальцем покажи, кому не нужны!

– Мне больше всех нужны, – не унималась девушка. – Мне Ольгу Васильевну лечить. У брата просить не могу: он студент.

– Ладно, приходи к концу смены, – сдалась бригадирша.

– А это почему к концу смены?

– Это потому, что работа для тебя у меня есть только такая. Не выпендривайся, тебе сейчас не до этого!

Сергей, Павел и Вадик шли по пустой горной деревне. Вокруг было красиво: горы, чистое небо, в котором сияло солнце. Только не до любования природой им было. Задание надо выполнять – проверить, нет ли боевиков в деревне.

Похоже было, что из деревни все ушли. На улице никого. В домах открыты окна и двери. Окна многих домов разбиты.

Сергей оглянулся по сторонам. Павел окликнул его:

– Не зевай, Арефьев, ножками двигай быстрей.

Вадик предложил:

– Паша, пусто, и так ведь видно. Возвращаться надо. Доложить нашим, что в деревне никого нет.

– Погоди! – остановил его Павел.

Он открыл калитку, зашел внутрь двора, скомандовал:

– За мной!

Ребята последовали за ним.

Во дворе Сергей увидел качели, улыбнулся:

– Качели – здесь дети жили.

Павел осадил его:

– Да целы и невредимы твои дети. Небось убежали вместе со взрослыми. Проверьте задний двор, я в дом.

Павел осторожно шел по пустым комнатам, держа автомат наперевес. Медленно, оглядываясь, он двигался вглубь дома. Зашел на кухню. Подошел к плите. На плите стоял небольшой чугунный казан. Павел невольно открыл его. В казане был плов. Рука Павла коснулась его. Плов был теплым!

Вслед за ним на кухню зашел и Сергей. При виде плова не выдержал:

– Ой, еда!

– Дурак, она горячая, ты не понял?

– Что значит горячая? – обалдел Сергей.

Павел зло зашептал:

– А то и значит, что они только что ушли отсюда, наверняка неподалеку попрятались! Вадик где?

В это время с улицы раздалась автоматная очередь и крик. И это был крик раненого Вадима!

Сергей и Павел сорвались с места, прыгнули из окна во двор. Вадим лежал на земле и не подавал признаков жизни. Два боевика убегали по дороге.

Павел открыл по ним огонь. Один мгновенно упал, другой все еще бежал, отстреливаясь.

Сергей кинулся к Вадиму – перевернул его. Лицо его было залито кровью, а в центре лба зияло отверстие – пуля прошла сквозь затылок навылет. Сергей в ужасе отпрянул:

– Вади! Вадик!

Вадик не дышал. Из раны струилась кровь.

– За мной! – закричал Павел. – Надо в лагерь, командиру доложить, что здесь боевики!

– Плетнев, Вадик! Вадик! Они его застрелили! – Сергея трясло.

Павел рассвирепел:

– Ты ему уже не поможешь! За мной, тебе говорят.

– Я отомщу, за него отомщу!

Сергей бросился бежать за отстреливающимся боевиком.

– Куда? Стоять! – кричал Плетнев.

Только Сергея было не остановить. На краю деревни, у макового поля, такого красного, будто его густо полили кровью, боевик вскочил на свою лошадь, оставленную у дерева, и быстро поскакал прочь.

А Сергей, чтобы срезать угол, кинулся за ним через поле.

– Стой! Там мины могут быть! – кричал Павел вслед.

Как в воду глядел! Растяжка! Сергей задел ее ногой, и тут же раздался взрыв. Паша успел сделать прыжок вперед и накрыл Сергея своим телом.

Комья земли вместе с алыми маками полетели в небо.

Через секунду в наступившей тишине Сергей взвыл: его ранило в бедро осколком. Павел тут же кинулся вытаскивать бинт, чтобы остановить кровь у товарища. Сергей корчился в пыли от боли, пока Паша бинтовал его.

– Погоди, Серега, погоди. Да не кричи ты так. Потерпи немного.

Сергей снова взвыл, а Павел поднял глаза и увидел, что навстречу им, с противоположного конца поля, вытаптывая алые маки, летела конница! Вооруженные бандиты, точно всадники Апокалипсиса, приближались к ним.