— И я правильно понимаю — ты теперь потихоньку вспоминаешь свою прошлую жизнь?

Я кивнула, загоняя очередной шар.

— И как оно? Что самое яркое ты помнишь?

Я выпрямилась и бросила задумчивый взгляд на друга. Сказать или промолчать? Как он отнесется к подобной новости? Эх, будь что будет.

— В той жизни у меня был ты.

Я долго сомневалась, не почудилось ли мне, но нет — Лета, которая всё чаще врывалась в мои мысли, подтвердила, что Вэррик — потомок того самого человека, который на церемонии Посвящения первым вызвался пойти за нами. Как я поняла, Рейнкорны — те, кто могут прожить несколько жизней, встречаются крайне редко. И магия Норн каким-то образом послала нам тех, кто был с нами в трудную минуту раньше, и кто был близок нашему сердцу.

Так, например, я уже знала, что муж Авелин — тоже Рейнкорн. Именно после его гибели в прошлом Дю Лак отправилась в Дриммар. И сейчас магия дала ей шанс прожить жизнь с любимым человеком еще раз. Адриану и Каю в этом плане повезло меньше — у них не было никого…

— Эм…то есть? — явно не понял моей реплики Билл.

— У Леты был лучший друг, который любил одинаково сильно две вещи — сплетни и свой арбалет. Его звали Вилмар. Она подтвердила, что это был ты. Ну, в прошлой жизни.

— Ничего себе, — присвистнул друг, — Это что-то значит?

— Ну, как минимум то, что Сага о Хранителях существует благодаря тебе. Ты дал слово, что если наш поход удастся — напишешь о нас такую историю, которая переживет века.

— Похоже на меня, — хмыкнул Билл, явно выглядя довольным.

— Ну, а еще то, что ты — раз уж родился Рейнкорном — являешься важной частью моей жизни. Вроде как ты должен направлять меня на путь истинный, когда я буду с него сбиваться.

— Ты же знаешь, крошка Ди — я всегда за то, чтобы наподдать тебе по заднице для вдохновения! — хохотнул мужчина.

От его реплики я хихикнула, и черт — удар вышел смазанным, так что настал черёд Билла бить по шарам. Наклонившись над столом, он подмигнул мне:

— Смотри — если всё и в этот раз закончится хорошо, то я напишу уже не просто короткую историю, а полноценную книгу! Со всеми подробностями и фактами. И посвящу её тебе. Как и эту победу.

С этими словами Вэррик, один за другим, ловко загнал все цветные шары в лузы. Я была готова выть от досады, молясь, чтобы он промазал хотя бы раз, но прицел Билла работал исправно. И меньше чем через две минуты он довольно ухмылялся, упиваясь своей победой.

— Ты мне лучше расскажи, как там наш дорогой блондинчик Кай поживает? — как бы невзначай поинтересовался Билл, складывая шары в треугольник.

Я напряглась и кинула настороженный взгляд на друга:

— К чему этот вопрос?

— Ну, просто. Судя по твоему лицу — рассказать явно есть что. Вы что-то не поделили в прошлой жизни? Поэтому он ходит, будто жизнью обиженный?

— Ну… — я помялась, а затем всё же призналась, — Мы вроде как были вместе.

— И почему я не удивлен. Так, и? почему мне кажется, что ты не готова скакать от радости из-за этих новостей?

— Всё сложно, — вздохнула я, наблюдая, как Билл разбивает строй шаров, и один из них закатывается в лузу.

— О, в этот раз полосатые мои, — хмыкнул мужчина и вернулся к разговору, — Так, в чем сложности то? Вы были женаты?

— Нет, не были. Но, определенного рода близость была. Понимаешь, Лета…она очень любила его. Ну, вот прямо настолько сильно, что у нее всё сжималось внутри. Я чувствовала это также отчетливо, как сейчас, когда негодую от того, что ты обыгрываешь меня в пул!

— Ну, детка, тут нужны особые мастерство и сноровка. Так, и дай-ка угадаю — ты подобного к красавчику-скандинаву не испытываешь?

— Билл, я его не знаю почти. Но такое чувство, будто он ждет, что я прямо сейчас растаю и брошусь к нему на шею. Только потому что любила его в прошлой жизни. Видимо, он был прав, когда отказывался сам рассказать мне об этом. Просто… — я помялась, стараясь подобрать слова, — Когда я смотрю на него — я не понимаю, вижу я его глазами Леты и своими. В моей голове такая путаница, что мои желания колеблются от «убить его» до «прижать к стене и засосать по самые гланды».

— Леди так не выражаются, — заметил Билл, посмеиваясь.

— А я и не леди, — парировала я, — Во времена, когда я жила, люди руководствовались своими низменными желаниями. Они спали, с кем хотели, приносили жертвы богам, воевали и вели себя порой ужасно. Но эти двое — они будто спасли друг друга от ужасной судьбы. Однако, это было тогда. И я не знаю, как вести себя с ним сейчас. Плюс еще Адриан.

— А что с доктором? — не понял Вэррик.

— Он мне сказал, что они с Каем раньше ненавидели друг друга, потому что полюбили одну и ту же женщину. Это было до церемонии, и я не придала этому значения. А теперь понимаю — выходит, они говорили обо мне.