— Выходите, — насмешливо позвал Норман. — Они стремглав к общежитию припустили.

— Вы авторитет! — в голосе Тарьи мелькнуло уважение. — Свою должность занимаете.

— А! — отмахнулся проректор. — Не подлизывайтесь, миледи. А место… Я бы предпочел остаться деканом, но другу понадобилась помощь, не смог отказать. Ко мне? — Он вопросительно поднял бровь?

Оборотница вздрогнула и часто заморгала.

— Ну не сразу же расходиться, как-никак сегодня поженились.

— Хорошо, — сдалась Тарья.

Ей внезапно захотелось выпить. Именно теперь, а не в ресторане, где протяжно пела эльфийка-полукровка, и кружились пары. Там желудок Тарьи сводило от волнения, теперь, в тихом парке академии, оно немного отступило, вернув аппетит и жажду хоть немного расслабиться.

В квартиру вошли через черный ход — Норман первым, фиктивная супруга на шаг позади.

Вспыхнул свет, озарив уже знакомую Тарье кухню. Оборотница в нерешительности замерла на пороге. Может, стоит попрощаться и сразу уйти к себе? Только без вина она вряд ли заснет.

— Не стесняйтесь, жена! — с издевкой произнес Норман и захлопнул дверь за ее спиной. — Располагайтесь, готовьтесь.

— К чему? — нахмурилась Тарья, заподозрив неладное.

— К первой брачной ночи, — ошарашил лорд Шалл и неторопливо повесил пальто на вешалку.

Молодая женщина едва не рухнула на пол и, судорожно пододвинув стул, села, чтобы разразиться гневной тирадой. В конце, раскрасневшаяся, она напомнила:

— Насчет проклятия я не шутила.

Норман оперся о спинку стула позади плеч вмиг напрягшейся жены и вкрадчивым шепотом напомнил:

— Обоняние. Ронши сразу поймут. Ну же, всего один раз, — он наклонился ниже, нервируя дыханием. — Обещаю не орать и забыть про обман. Я умею, миледи.

— Не сомневаюсь, — кончики ушей оборотницы порозовели.

Сердце вновь убыстрило ход, рука потянулась к губам.

Первый поцелуй в ее жизни. И с кем — с несносным начальником! К счастью, он ничего не понял, а то наверняка ответил колкостью и обкусал все губы из вредности.

Но тут… Сказать или промолчать?

— Нет, — жестко ответила Тарья и встала. — Договоренности нужно соблюдать. Доброй ночи, милорд.

Она едва подавила желание снять кольцо и бросить на стол, остановила только близость Арона Ронша. Кто же ее продал? Не мог темный оборотень так быстро найти Тарью. Она постаралась, путала следы, проявила чудеса маскировки. Вот и теперь служащий мэрии видел пышечку-брюнетку, которая даже отдаленно не напоминала оборотницу. Со стороны — чистокровный человек, оборотни редко доводят тело до столь запущенного состояния.

— Та-а-арья! — укоризненно протянул Норман и, поймав руку жены, чопорно ее поцеловал. — Уговор уговором, но для чего вы брак заключали? Отмучились и живите спокойно, дразня Роншей кольцом на пальце.

Вместо ответа оборотница забормотала слова проклятия второго уровня, но в последний момент раздумала, не стала насылать на нежданного супруга головную боль.

Лучше признаться, иначе лорд Шалл продолжит подтрунивать, приставать. Он кобель, это дело принципа. Просто так, от скуки, чтобы показать свое превосходство. О, у проректора найдется много поводов для мелочной мести!

— Право слово, — Норман начал терять терпение, — можно подумать, я жажду затащить вас в постель! Вы взрослая женщина, Тарья…

— Я не женщина, — выдала страшную тайну оборотница.

Лорд Шалл заморгал, потом, нахмурившись, переспросил:

— Что?

— Я девственница и желаю ей остаться, — гордо задрав подборок, выпалила Тарья. Оказалось, не так уж это тяжело.

Чтобы усилить эффект, она добавила:

— И намерена сохранить чистоту до конца жизни.

Тарья не лукавила. В ее планах мужчина не значился, особенно такой, как лорд Шалл — залетный муж на два месяца.

Норману резко захотелось выпить. Он хлопнул дверцей шкафчика и достал бутылку.

Девственница? В таком возрасте?!

— Вы шутите? — лорд Шалл все еще надеялся.

Тарья покачала головой.

— Вам ведь уже!.. — А действительно, сколько ей лет? — Словом, вы не похожи на юную адептку.

— И что? — взвилась оборотница и пожалела о неоформленном проклятии. — Имею полное право.

Проректор шумно выдохнул. На его памяти не было ни одной женщины, которая столь яростно по непонятной причине держалась за статус девицы. Однако Тарья права, личный выбор каждого, с кем спать и спать ли.