– Хорошо, я подумаю об этом на досуге, - сказал я, - но что нам нужно от старичка рыболова?

– Мы и сами не знаем, что нам нужно, - сказал начальник отдела собственной безопасности.
– С самого верха потупило строгое указание, узнать, какая тайна ему известна, и если эта тайна навредит государству, то сделать так, чтобы эта тайна так и осталась тайной...

– То есть, старичка нужно кокнуть?
– как-то неудачно пошутил я.

Сердитый взгляд был мне ответом.

– Ты, вообще-то, кто по национальности?
– вдруг спросил начальник отдела.

– Русский, - с чувством особой гордости сказал я.

– Русский?
– переспросил полковник.
– Так какого же хрена ты задаёшь бестолковые вопросы. Ты что, до сих пор не понял, что мы живём как в сказке?

– В какой сказке?
– удивился я.

– В любой, - сказал полковник, - например, иди туда - не знаю куда, принеси то - не знаю что. Это о твоём задании. И учти. Это твоё самое сложное задание. Если ты коснёшься страшной тайны, то я тебе не завидую. Тайна только тогда остаётся тайной, когда о ней знает только один человек. Возьми секретные протоколы к пакту Молотова-Риббентропа. Все говорили, что никаких протоколов нет, что это фальшивка, а они спокойно лежали сейфе генсеков и президентов и передавались по наследству в особой папке. Или материалы Катынского расстрела польских офицеров. Материалы нашлись там же, но их стали выдавать порциями. Лучше бы уж совсем их не было, но раз сказал А, то нужно говорить и Б.

– И что же делать мне?
– спросил я.

– Не знаю, парень, - как-то устало и в то же время добродушно сказал начальник.
– Тебе просто не повезло. Выкручиваться придётся самому. Никто тебе не поможет, ни Бог, ни Царь и ни Герой, добьёшься ты освобожденья своею собственной рукой. Так поётся в революционной песне. Думай. Твоё начальстве в курсе, что у тебя специальное задание из инстанции. Работу планируешь сам и отчитываешься только передо мной. Заведи себе за правило записывать на диктофон все рыбацкие беседы. На их основании будут определять наличие или отсутствие этой страшной тайны. Тебе нужно пробежать в ливень так, чтобы ни одна капля не упала на твой костюм...

– А я знаю, как это сделать, - перебил я полковника.

– Ну, и как?
– удивился он.

– Нужно снять с себя всю одежду и положить её в котёл, как сделал этот один китайский мудрец, - сказал я, - а потом спокойно идти по дождю. Когда он закончится, достать сухую одежду и надеть её.

– Всё, хватит, - перебил меня полковник, - идите отсюда, иначе я с вами свихнусь от ваших историй и тайн.

– А что такое шуба?
– спросил я.

– Эх. Молодость-молодость, - засмеялся полковник. Это побасенка такая. Один офицер никак не мог получить продвижение по службе, все говорили, что дело в шубе, то ли у него шубу украли, то ли он у кого-то шубу украл...

Я был молод и свободен. У меня не было обременяющей семьи, детей, поджидающих прихода с работы папы, родителей, которым требовалась помощь и уход. Одним словом, сирота широкого профиля. Всё обыденно. Был единственным ребёнком в семье. Когда мне было восемнадцать лет, родители попали в аварию, и я остался один. Спасло меня хорошее воспитание и то, что я сразу прекратил уличные знакомства, а затем поступил в высшую школу КГБ, заручившись рекомендацией одного старого чекиста, давнего знакомого моего отца. Не знаю, что было со мной, если бы я выбрал другой путь. Возможно, что меня давно бы не было в живых. Черные риелторы - это хорошо организованные банды, состоящие сами знаете из каких должностных лиц. Молодого пацана давно бы уже похоронили на старом заброшенном кладбище, а в его квартире проживал какой-нибудь бонза, крышующий эту банду. Так что, КГБ спасло мою жизнь. Дальше вы уже знаете.

На моем рабочем месте в моем кабинете стоял пустой стол. Непосредственный начальник спросил, какая мне нужна помощь и ушёл, занятый своими делами, показывая, что здешние дела меня уже не касаются.

Пообедав в управленческой столовой, я пошёл домой готовиться к новой рыбалке. Наутро я был в заказнике и пил чай у Василь Василича, который встретил меня как давнего знакомого и посетовал на то, что рабочие заботы не давали мне отдаться любимому времяпровождению.

– Василь Василич, - сказал я с улыбкой, - я сейчас в отпуске и буду рыбачить каждый день.

– Это и хорошо, - согласился старик, - а то рыбаков что-то мало стало. Всё норовят сетями половить, а толку что? Бросили сеть, вытащили килограмм пятьдесят, а потом почти вся рыба погибнет или испортится, так и не дойдя до потребителя. Ловить нужно столько, сколько нужно для потребления или для переработки для длительного хранения.

Весь день мы занимались подготовкой к рыбалке. Проверяли и настраивали снасти, готовили палатку, проверяли лодку и мотор, заливали бачки бензином и маслом, делали запас продуктов.

– Пару бутылочек возьмём с собой?
– спросил я.
– Поедем, наверное, дня на два или три.

– Ну, если на два-три дня, то и бутылочек нужно брать столько же, - с улыбкой сказал Василь Василич.

Первая командировка

На реку мы выехали рано. Двум холостякам собраться - только перепоясаться. Свежий ветерок холодил лицо, по воде шла мелкая рябь, глухо гудел лодочный мотор, толкая нашу лодку, которая от радости журчала водой на редане, то есть в том месте, где приподнятый нос лодки касался поверхности воды.