— Во всяком случае некоторые из прутьев были удалены — вырезаны, как если бы кто-то пытался разобрать конструктор. Чертовски забавно. Я так думаю. Вы ничего такого не приметили во время прогулки? — он напряженно следил за мной, спрятав руки в карманы.

— Нет.

— Это было очевидно. — Он уходил вдоль тротуара и бросил через плечо:

— Вам следует быть более осторожной, Мо. Судя по всему, Ваш друг не очень хорошо справляется со своей задачей.

Колин задрал подбородок, а Ковальски шёл дальше, уже не оглядываясь. В три шага Колин оказался возле меня.

— Только не… — начала я. Колин схватил меня за локоть и потащил через дорогу. — …злись.

— Что там у тебя была за книга? Шекспир, которого ты должна была дочитать? — рычал он, дернул дверь со стороны пассажира и втолкнул меня в машину. Он потянул за ремень безопасности и перегнулся через меня.

Я оттолкнула его руку. — Эй! Я и сама могу пристегнуться!

— Правда? Ты не просто доказала мне, что только ты у нас каким-то неведомым образом знаешь, как ты смогла одна вернуться домой вовремя!

Дети шли из школы, толпа девочек в юбках в голубую клетку и темно-синих вязаных жилетках. Они сгрудились и с любопытством уставились на грузовик. Я пристегнула ремень безопасности и опустилась ниже на сиденье. — Не так громко.

Он хлопнул дверью и промаршировал на свою сторону. Я отпрянула, когда он сел в машину. — Окей. Мы ведь не хотим, чтобы люди пялились на нас. И я уверен, что никто не заметил, как ты трепалась с тем детективом.

— Окружающие привыкли уже к полиции. И к репортерам. А вот ты нечто иное.

— Я здесь бываю каждый день. — он пристроился в поток машин и выбрал самый короткий путь домой.

— Да. С таким мрачным видом. Тебя так сложно не заметить. — Следует отметить, что мои одноклассницы увлеченно рассматривали гораздо большее, чем просто его лицо, что в общем не упрощало ситуацию. — Мне жаль, — сказала я тихо.

— Где ты была?

— На вечеринке.

Я могла видеть, как пульсирует вена на его виске. — Ты смылась из дома на какую-то проклятую вечеринку? — его голос был полон отвращения.

— Это была самая крутая вечеринка года. Там были все. Я теперь и без того просто цирк на ножках. Уж извини, что хотела провести один единственный вечер нормально.

Он покачал головой. — Тогда попросила бы меня, отвезти тебя. А не смываться из дома прямо посреди ночи. Ты могла погибнуть!

Он был совершенно прав, только не так, как он думал. — Нормальные девушки не берут с собой на вечеринку своих телохранителей. У нормальных девушек вообще нет никаких телохранителей.

— Ты не нормальная, — сказал он грубо и бросил на меня беглый взгляд. — Было бы гораздо проще, будь ты такой.

Я прикусила губы. — Ну, спасибо огромное.

— Я не это имел ввиду, — сказал он, и голос его прозвучал несколько мягче. Он немного помолчал и затем, отмахнувшись от каких-то мыслей, вновь стал деловитым. — Куда ты еще ходила? И не говори мне, что вечеринка проходила на игровой площадке, или еще какую-нибудь подобную чушь.

Я нервно сглотнула. Хитрость всей лжи состояла в том, как я позднее поняла, чтобы придерживаться как можно ближе к правде. — На вечеринке был один парень.

Руки Колина крепче вцепились в руль. — Он что-то сделал тебе?

— Нет! Нет. Он говорил всякую чушь, и я попыталась уйти от него, а потом я случайно подслушала этих девчонок. Ту, которая устроила эту вечеринку, и всех ее стервозных мелких подружек, и они говорили обо мне и Верити… — У меня начало жечь глаза, горло сжало спазмом, но я с трудом глубоко вдохнула и продолжила, — Они сказали, это за мной приходили. Что я была целью преступников, а не Верити. Всё из-за дяди Билли. И почему только они так сказали?

В какой-то момент жесткая и гневная линия его рта, казалось, стала мягче.

— Игровая площадка, Мо.

Этот парень прямо ротвейлер какой-то. — Я ушла. Взяла сумочку и убежала, пока не оказалась на игровой площадке. Мне показалось это место хорошим для того, чтобы немного посидеть и поразмышлять обо всем.

— Ты что-то пила?

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я не идиот. Даже если ты другого мнения обо мне.

— Я вовсе так не думаю.

Колин с силой ударил по приборной доске. — Тогда прекращай лгать! Ковальски сказал, что игровая площадка была разгромлена! Хочешь сказать, это случайность?