– Ждал, когда подтянется из других городков и поселений народишко. Нам сейчас много воинов надобно. Вот я и старался войско побольше собрать. Ведь святое дело начинаем!

Воеводы обнялись, расцеловались крестнакрест, присели на лавку. Князь Андрей, улыбаясь, сказал:

– Жена моя да дочка Мария приветы тебе шлют, здоровья желают, спрашивают, когда вновь пожалуешь в гости. Только и разговоров, каков ты воин и воевода хороший, и, подмигнув атаману, хитровато улыбаясь, продолжил: – И чем ты моих бабенок взял? Все уши мне про тебя прожужжали. Ну, да ладно. Лучше рассказывай, как у тебя дела складываются?

Иван Исаевич, оправившись от смущения, обратился к своим писарям:

– Пока грамот хватит, разделите их меж гонцами, что у крыльца ждут, каждый из них знает, куда их доставить. Пусть немедленно отправляются в путь.

Писари быстро собрали бумаги, поклонились в пояс воеводам и отправились выполнять поручение Болотникова.

– Теперь можно поговорить и о наших великих делах, – начал издалека первый воевода. – Все думаю, Андрей Алексеевич, куда нам двинуться: на Елец или Кромы? Ты сам понимаешь, что сразу большой поход на Москву мы затеять не можем. У нас и сил мало, да и народ настоящему бою не обучен, а у Шуйского воеводы и стрельцы свычны к баталиям.

– Что сообщают изветчики, Иван Исаевич? Что сейчас происходит в Кромах, и ждут ли нас в тех местах люди? Много ли там наших сторонников? – закидал вопросами атамана князь.

Болотников в ответ улыбнулся и задал встречный вопрос:

– Неужто ты думаешь, Андрей Алексеевич, что начиная такое большое дело, я бы не узнал происходящего вокруг и какие действия предпринимают наши враги?

Черниговский воевода, с уважением посмотрев на Болотникова, коротко бросил:

– Тогда рассказывай, Иван Исаевич.

– В Кромах наши сторонники прогнали всех, кто идет за царем Шуйским. Там сейчас власть в руках восставших, и нас там уже ждут. Но кроме города Кромы, меня интересует еще Елец. Там находятся склады с оружием, военным снаряжением и пушками. Разделить свое войско на два направления я не могу, так как воинов у нас еще маловато.

– Все-таки, куда ж мы поведем свое войско? На Кромы или на Елец? – озадаченно спросил князь Андрей.

– Нет, делить мы свое войско не будем, – задумчиво проговорил первый воевода, – а пойдем все-таки на Кромы.

Вдруг со скрипом отворилась дверь и энергичной походкой вошел Григорий Шаховской; улыбаясь, спросил:

– Что-то раненько сегодня, воеводы, думу думаете.

– От всяких дум крепчает ум, – хохотнув, ответил Телятевский, – и продолжил: – Ведем разговор, куда нам лучше и выгоднее выступить со своим войском: на Кромы или Елец?

– Не хотелось бы нам, Григорий Петрович, делить войско, – в разговор вмешался Иван Исаевич и сообщил:

– Доносят мне люди, посланные по городам по направлению к Москве, что уже выступили полки Шуйского и идут нам навстречу, по пути приводя к присяге взбунтовавшиеся города и проселки.

– Прыток оказался царь Василий Шуйский, уж полки направил, да вот только народ его что-то не жалует, уж больно хитер и коварен сей самовыдвиженец. Только кажется мне, что он кончит плохо, уж если в такое смутное время не пришелся он народу по душе, все равно скинут его с престола. Да и мы поможем! – с уверенностью закончил свою речь князь Шаховской.

– Тогда надобно нам, воеводы, поторапливаться, чтобы первыми прийти в Кромы и достойно встретить там полки Шуйского, – забеспокоился Телятевский.

– У нас уже все готово для выступления. Каждый человек определен по полкам или отрядам, вооружен. Сейчас опытные казаки обучают молодых и не бывавших в бою владеть оружием, так что осталось за малым – назначить день выступления в поход, – решительно сказал Болотников.

– Тут объявился царевич Петр, будто бы сын Федора Ивановича, и находится он сейчас со своим десятитысячным казацким войском в городе Цареве.

Конец ознакомительного фрагмента.