Путь обратно занял не слишком много времени, что слегка обрадовало Татьяну. Долгие поездки на прыгающем автомобиле с легкостью превращали ее чувствительное тельце в какое-то ватное неподвижное создание. Возможно, водитель просто не слишком качественно выполнял свою работу, но девушка винила само транспортное средство, которое даже на ровной дороге прыгало, словно в нем проснулся самый настоящий заяц. Тошнота в данной поездке не была единственной проблемой, в таком прыгучем автомобиле невозможно было даже думать, лишь надеяться, что скоро все это закончится.

До места назначения они добрались ближе к вечеру. Солнце практически полностью скрылось за горизонтом, оставив лишь узкую алую полосу где-то на краю Земли, которая с каждой минутой становилась все уже и уже, пока полностью не растворилась во мраке ночи. Впервые за столь долгое время на небе появились звезды, яркие и такие большие, что можно было их с легкостью спутать с военными самолетами, летящими сюда с фронта. Но эти белые точки на небосводе были неподвижны и освещали местность ярче луны, решившей сегодня отдохнуть и не появляться на черном небе.

Машина остановилась у ворот, у которых, к удивлению Татьяны, стояло несколько полицейских машин. Поблагодарив водителя и дав ему чаевые, девушка с несвойственной ей быстротой выскочила из транспортного средства и направилась в сторону психбольницы, слыша множество голосов впереди. Кажется, здесь присутствовало довольно большое количество людей, что было странным явлением. Явно случилось что-то страшное.

Едва молодой детектив приблизилась к толпе, как к ней со слезами бросилась Анна, пытаясь сквозь рыдания что-то сказать, но женщина была в таком потрясенном состоянии, что ни единое слово не желало складываться в понятные фразы. Некогда ухоженная и приятная на вид старушка превратилась в убитую горем женщину, которую теперь можно было узнать только по голосу. Она явно только что спала и из-за странного происшествия была вынуждена подняться с постели. Ее длинные седые волосы были распущены и успели спутаться из-за сильного ветра, обитающего здесь даже в ночное время. Ночная длинная рубашка Анны была в пятнах крови и довольно свежих, что сильно встревожило Татьяну, которая стала понимать происходящее.

Было совершено новое убийство.

Слегка обняв бедную пожилую женщину, захлебывающуюся в своих слезах, девушка направилась в центр толпы, откуда доносились какие-то встревоженные и озадаченные разговоры.

Среди этих людей было много полицейских и журналистов с фотокамерами, пытающихся запечатлеть каждый сантиметр лежащего на земле тела.

— Мисс Хапперт! — из толпы послышался знакомый голос, и через пару мгновений к удивленной Татьяне вышел приятный на вид мужчина лет сорока с гладко выбритым лицом и короткими небрежно расчесанными волосами с легкой сединой на висках. — Как я рад, что вы здесь.

Татьяна признала в этом мужчине детектива Себастьяна Морана. Это был довольно умный и опытный человек с большим списком успешно раскрытых дел. Неудивительно, что он здесь. Татьяне уже доводилось работать вместе с ним, и она была не довольна их сотрудничеством. Себастьян был явным женоненавистником и постоянно старался намекнуть, что девушке место на кухне, а не в сфере криминала. Разумеется, Татьяна не обращала внимания на его колкие и порой обидные фразы, просто старалась работать и углубляться в раскрытие преступления. Но, так или иначе, присутствие Себастьяна здесь могло означать только одно — он собирается взяться за это дело.

— Себастьян, здравствуйте. Я удалилась на пару часов, вернулась, а тут уже творится что-то непонятное. Что произошло?

— Мы подозреваем суицид. Главврач этого заведения — доктор Ломан — покончил с собой час назад. Выпрыгнул из окна собственного кабинета.

— Господи Боже, — Татьяна едва не потеряла дар речи, услышал имя доктора. Пытаясь собрать все мысли воедино, она приблизилась к телу мужчины, который в неправильном положении лежал на земле в луже собственной крови. — Странно, те же признаки, что и на предыдущих жертвах. Явные симптомы испанки.

— Смотрю, ты уже давно расследуешь это дело, — усмехнулся Себастьян, с отвращением поглядывая на мертвого доктора Ломана. — Чувствую, что это дело станет весьма популярным в прессе.

— Нам пока не нужна огласка, Себастьян. У нас нет никаких улик.

— А мне кажется, что наоборот.

— О чем ты?

— Я думаю, что этот доктор причастен к предыдущим убийствам. И чтобы не предстать перед судом… Заканчивает жизнь самоубийством.

— Надеюсь, твоя нелепая теория не появится в прессе, — Татьяна фыркнула и внимательно посмотрела на спящее здание психбольницы, в котором слышались чьи-то тихие стоны.

Пациенты явно напуганы присутствием полицейских и журналистов. Ведь обычно в этих местах обитала мертвая тишина, а сейчас здесь шумнее, чем на Бродвее.

Расследование приняло непредсказуемый характер. Человек, который был так важен, который знал все, что происходит в этом здании — теперь мертв. Это явное убийство, совершенное тем же лицом, след которого остается неуловимым.

— Я так понял, этот доктор нанял тебя, чтобы ты раскрыла те убийства? Обычно ты не берешься за дело без напарника. С каких пор ты действуешь в одиночку? — в голосе Себастьяна слышался сарказм. Он ничуть не изменился за столь продолжительное время, остался все таким же самовлюбленным и эгоистичным, как раньше. Да и вряд ли его что-то изменит.