— Если честно… Нет. Я тоже свободен.

— Значит, мы с вами чем-то похожи, — радостно сказала та, блеснув зенками. — Мне кажется, что когда твое сердце свободно, то жить намного легче. Можно отправиться куда захочешь, не бояться, что дома тебя снова будут ждать скандалы. Я насмотрелась на своих родителей и разлюбила чувство любви. Мои отец и мать ненавидели друг друга, но вынужденно жили вместе, так как не хотели делить имущество. Но лучше бы они разошлись. Мне жилось бы легче. Иногда даже домой возвращаться не хотела. Это было, разумеется, глупо. Но я была девчонкой. Глупой и наивной. Было все равно, где ночевать. Лишь бы не слышать дома скандалы.

— А сейчас вы живете одна?

— С матерью. Она меня не отпустит в свободное плавание, умрет без меня… Мой отец умер на прошлой неделе. Как раз в тот же день, когда пропал ваш друг. Странное совпадение…

— Мне очень жаль… Что произошло?

— Он слишком много работал… И это подорвало его здоровье. В итоге, он не оставил нам никакого наследства, так как не подумал написать завещание. А так как в долю вошли чуть ли не все родственники по его линии, то нам с матерью останется парочка золотых монет. Он все состояние перед смертью пустил на погашение долгов своего умирающего предприятия. Война сгубила его бизнес. Полностью разорила. Сейчас отцовская фабрика чуть ли не заброшена и вряд ли снова откроется.

— Вы не хотите претендовать на нее?

— А смысл? Я не смогу управлять таким гигантом. Тем более у меня нет ни малейших знаний в этой сфере. Это очень старое предприятие. Оно досталось моему отцу еще от его деда. Возможно, там построят что-то другое, так как территория завода выставлена на продажу. Но, даже если бы хотела, я не имею права претендовать на него, так как нет завещания. Отец даже не подумал о своей смерти. Теперь мы все дружно вынуждены за него расплачиваться. Просто не представляю, что будет дальше.

— Это все так грустно… Неужели он считал, что будет жить вечно?

— Возможно. Иначе бы не оставил нас с мамой без денег. Возможно, нам придется продать эту квартиру и переехать в другое место. У нас есть еще поместье на окраине Лондона. Его мы тоже выставили на продажу, благо оно было записано и на отца, и на мать. Если бы только на отца, нас бы выселили оттуда. Разумеется, все средства мы пустим на погашение долгов, но этого все равно не хватит. Отец еще при жизни был банкротом. Целых три года работал в минус. Чудо, что его предприятие дожило до этого года и умерло вместе с его владельцем.

— Видимо, он слишком любил свое дело.

— Очень. Оказалось, что папа тщательно скрывал от своих работников, что предприятие не приносит никакой прибыли. Платил им из своего кармана. А долги все росли и росли. Даже боюсь представить, какую сумму он должен был государству. Благо из этого не раздули громкое дело.

Молодые люди услышали шум колокольчика над входной дверью, и в мастерскую вошел Себастьян, снимая в качестве приветствия шляпу. Так как на улице шел проливной дождь, сопровождаемый грозой, то мужчина, как собака, начал стряхивать с себя капельки воды, чуть не забрызгав присутствовавших. Джордж насупился при виде Себастьяна и сделал вид, что попросту не заметил его прихода. Татьяна не смогла не разглядеть недовольство молодого человека и, решив разрядить обстановку, приветливо помахала детективу рукой, демонстрируя ему свою доброжелательную белоснежную улыбку.

— Мисс, не ожидал вас здесь увидеть снова, — мужчина явно был чрезмерно рад присутствию девушки, и его лицо буквально сияло позитивом рядом со столь прелестной дамой. — Что вас привело сюда в этот дивный день?

— Рада, что вы этим поинтересовались, детектив. Я зашла к мистеру Джорджу, чтобы забрать сапоги, которые я ему вчера отдала на ремонт. Но пришлось задержаться из-за непогоды. Я просто не взяла с собой зонт, боюсь простыть.

— Я вот тоже не взял с собой зонта. Еще час назад сияло солнце, а уже льет как из ведра. За это и не люблю этот город, здесь сыро, как на русском болоте… — мужчина отвел взгляд от девушки и перевел его на угрюмого Джорджа, который что-то делал за своим рабочим столом. — Здравствуй, Джордж! Что-то ты сегодня какой-то мрачный.

— Есть новости? — буркнул ему тот, даже не удосужившись посмотреть на мужчину. — Слишком медленно работаете, детектив. Я не доволен. Уже десять дней прошло, а вы до сих пор стоите на месте. Даже слепая собака быстрее бы нашла зацепку.

— Как это грубо, Джордж, — съязвил Себ и скрестил руки на груди. — Не забывай, что я ищу твоего дружка по остывшим следам. У нас не было никаких улик, кроме мертвецов. Даже на портсигаре Эрвана не найдено отпечатков, кроме твоих. Так что нам пока спешить некуда.

— Эрван мог уже сто раз умереть! Как ты этого не понимаешь?

— Успокойся, мой друг. Я понимаю твою обеспокоенность. Мне самому очень хочется, чтобы Эрван был жив и здоров. Поэтому я пришел к тебе не с пустыми руками.

— Говори.

— В общем, мы провели вскрытие этих тел. Все до единого заражены испанкой. И на довольно поздней стадии. Фактически, они были почти мертвы, когда их застрелили. Так что кто-то просто ускорил их смерть. Хотя не совсем понимаю, зачем было устраивать такой погром на судне.