— Нет, Брайан. Спасибо, — вырвала у него свой локоть та и поежилась от холода, так как здесь было весьма зябко. — Это очень опасный вид транспорта. Он может упасть. И…

— Ты делаешь из него женоподобного мальчика, Кристин. Пареньку нужен отец.

— Я пока справляюсь, спасибо, — с недовольством бросила та. — Давай пока не будем говорить о личной жизни. Я не хочу обсуждать подобные темы в этом месте.

Они остановились около массивной стальной двери, на которой красовалась надпись «Морг». Брайан вставил в нее ключ и создал проход в царство мертвых.

— Аид приглашает вас в свою обитель, — улыбнулся тот и быстрым шагом направился к одной из многочисленных морозильных камер. — Кажется, вот здесь покоится наш покойник-беглец. Заставил же он нас тогда поломать голову.

— Я не совсем понимаю, Брайан. Как тело могли вернуть сюда? Ведь ключ находится только у пятерых человек. Сюда больше никто посторонний проникнуть не мог. Особенно так незаметно. Да и смысл возвращать труп на место?

— Вот это нам и предстоит выяснить. Но прежде ты должна взглянуть на уважаемого доктора. Хочу услышать твое мнение.

— Ладно, — вздохнула та и приблизилась к мужчине, который медленно выкатил наружу замерзшее тело, которое умиротворенно лежало с закрытыми глазами и ни чем не отличалось от спящего человека.

— Что ты об этом думаешь? — с вопросом посмотрел на нее Брайан. — Поразительно, правда?

— У меня… Просто нет слов! Тело в идеальном состоянии! Даже нет ни единого признака разложения! — женщина ахнула и даже осторожно коснулась мертвеца, словно хотела удостовериться, что она это видит на самом деле. — Как такое возможно?.. У нас нет таких технологий, чтобы так сохранить тело. За два месяца должны были произойти существенные изменения. Тело должно было, как минимум, лишиться влаги и иссохнуть. Но этого не произошло.

— Значит, ты не можешь объяснить этот феномен? — разочарованно посмотрел на нее тот и, глубоко вздохнув, отошел в сторону.

— Но… Этого будет достаточно, чтобы возобновить расследование! Ты понимаешь меня?

— Я знаю. Правда, не вижу смысла этого делать. Вряд ли мы этим расследованием сможем что-то изменить. Поезд давно ушел. Но мне, как и всем остальным, интересно узнать правду.

— А как же мисс Стрингини? Может, ее как-то использовать в этом деле? Наверняка она еще очень многое знает. Ты же умеешь выводить людей на чистую воду.

— Это другой случай. Очень сложный. Она молчит. Хуже русского солдата. И лишь подтверждает свою вину. Да, мы можем продолжить расследование, но наверняка все улики приведут к этой женщине.

— А я так не считаю. Посмотри сюда, — Кристина тыкнула пальцем в тело Ломана, внимательно изучая мертвеца глазами. — Видишь? Многочисленные переломы, в частности, шейного отдела и позвоночника. Он умер от падения с большой высоты. К тому же присутствуют серьезные ушибы в месте падения. Но пожилая женщина никак не сумела бы вытолкнуть его из окна, даже если бы этого захотела.

— Ты повторяешь слова Татьяны, — проворчал тот и насупился.

— Да! Да, я повторяю слова Татьяны. Потому что она права. Я тоже считаю, что Анна кого-то прикрывала. Ведь таких случаев было много. Вдруг она прикрывала того мальчика… Как его зовут?..

— Который стрелял в холле?

— Да.

— Этот Ричи вряд ли относится к этому делу. Я вообще не понимаю, кем он фигурировал во всей нашей заварушке. Татьяна его не знала. Но почему-то пыталась вытащить из камеры.

— Думаю, она считала, что этот Ричи связан с Анной неким образом.

— У них одинаковые фамилии. Но я бы не начал отрицать факт его причастности к нашему делу, если бы не откопал интересную деталь. У Анны был сын, родной сын с таким же именем и фамилией. Он воевал против Антанты. И погиб на фронте в семнадцатом году! Вот в чем дело.

— То есть этот парень взял чужое имя?

— Да.

— Но ты же держал в руках его личное дело.

— Не знаю, откуда это личное дело взялось, но оно сплошь и рядом фальшивка. Искусная подделка. Не знаю, как эта папка с документами родилась на свет.

— И ты засунул этого мальчика в психушку?

— Да. Отправить его в тюрьму я не мог. Слишком смехотворное преступление. А на лечение запросто.

— Почему ты не рассказал об этом Татьяне?

— А должен был? Это было мое расследование, и я не обязан докладывать о нем кому-то еще. Этот самозванец взял имя покойника и устроил бунт. Ему место только в больнице для душевнобольных.

— Хорошо. Я не буду лезть в эти дела, — развела руками та. — Ты хочешь, чтобы я провела вскрытие этого мужчины?