Едва к нему начал приходить сон, как в комнату проник слабый луч света из коридора, означающий только одно — в комнату кто-то зашел, тихо и осторожно, будто боялся разбудить Джорджа, но чрезмерная бесшумность сыграла с незваным гостем плохую шутку. Джордж, едва скрипнула дверь, вскочил с кровати, как ошпаренный, и с яростью посмотрел на вернувшегося Эрвана.

— Черт, да ты еле на ногах стоишь! — воскликнул Джордж и с громким хлопком закрыл за Эрваном входную дверь. — Сколько ты выпил?

— Это тебя не касается, — с трудом произнес Эрван. Было видно, что его язык буквально заплетается после каждого слова. — Я хочу спать.

Джордж с легким рычанием от накипевшей злости прижал того к двери и пронзил острым взглядом.

— Ты мог нарваться на неприятности! Ты это понимаешь?! Если бы ты ввязался в драку? Если бы попался полиции? Я устал постоянно спасать твою грязную задницу, неблагодарный ублюдок!

— А я разве просил меня спасать?! — резко оттолкнул его тот от себя и встал в середине комнаты. — Хватит строить из себя заботливого строгого папочку!

— Если бы не я…

— Что?! Это моя жизнь! И я буду решать, что мне делать, а что нет! Спасибо тебе, что тогда отнес меня в госпиталь, присвоил мне чужое имя! Но теперь все. Я свободен. Мне, в отличие от тебя, не грозит трибунал. Крутись сам в своем дерьме, а я больше не собираюсь участвовать в этом.

— Заткнись или я за себя не ручаюсь!

— Что? Что ты сделаешь?! У тебя кишка тонка! Ты всю жизнь будешь изгоем и ничтожеством, ты никому не нужен! Никому!

Джордж не помнил, как совершил этот резкий и сильный удар, он был совершен мгновенно, с молниеносной скоростью. Эрван не удержался на ногах и с криком от боли упал на пол, прижав руку к носу, из которого начала хлестать кровь. Джордж взглянул на свой все еще сжатый кулак и увидел, как он покрыт красной жидкостью, которая медленно начала стекать вниз по его запястью.

— Кретин, — с трудом прошептал Эрван и медленно поднялся на ноги.

— Эрван… — Джордж понял, что совершил большую ошибку. В этот же миг он забыл все, что ему наговорил выпивший большое количество спиртного друг, лучший друг.

Его охватил страх, необъятное чувство вины. Он не имел право бить, ему не стоило этого делать. Но удар совершен, рука сделала это без его разрешения, не выдержав ядовитых слов. Присутствие чужой крови на руке заставили все внутри него содрогнуться, как от мощного разряда электрического тока.

Эрван бросился к двери, открыл ее и моментально исчез в глубине коридора, не сказав больше ни слова.

— Черт! — выругался Джордж и в сердцах ударил покрытым кровью кулаком по захлопнувшейся прямо у него перед носом двери. — Эрван! — молодой человек, отдышавшись, открыл дверь и хотел было кинуться вдогонку за другом, но тут прямо перед ним возник человек, которого он совсем не ожидал увидеть.

Женщина стояла перед ним в странной позе и будто парила над полом, слегка прикрыв глаза и смотря куда-то в сторону неподвижным взглядом, в котором читался испуг и легкая доля боли. Миссис Андерсон даже не шелохнулась, когда Джордж чуть не врезался в нее, собираясь бежать вслед за Эрваном, будто вовсе не заметила, как тот открыл дверь.

— Миссис Андерсон, простите, — выдохнул тот и с вопросом посмотрел на пожилую женщину, которая продолжала странно стоять на месте, слегка покачиваясь. — С вами все в порядке? — Джордж осторожно тронул пожилую женщину за плечо, и тут случилось невероятное. Голова миссис Андерсон медленно поехала по шее назад и через пару минут отделилась от тела, с грохотом упав на пол позади нее.

— Господи Иисусе! — в ужасе воскликнул Джордж, когда понял, что перед ним стоит обезглавленный труп пожилой женщины, тело которой все это время было подвешено над полом.

На стене позади трупа виднелась надпись, написанная все еще свежей кровью, разносившей по всему коридору тошнотворный аромат смерти: «Твой обман скоро раскроется! Ворота в ад для тебя уже открыты!»

От увиденного он не мог не закрыть глаза на короткое время, чтобы уменьшить шок от всего происходящего. В голове образовался комок мыслей, состоящий из панического ужаса и полного бессмыслия. На секунду он попытался представить всю картину с логической точки зрения, рассмотреть ее объективно и более тщательно, но когда он попытался это сделать, то не смог. Нет, он вовсе не передумал или не успел ослепнуть за эти доли секунды. Была совершенно другая причина и, как сразу же подумал Джордж, фантастическая. Этого, как считал он, просто не могло быть.

Перед ним больше не было ни мертвого человеческого тела пожилой женщины, ни угрожавшей надписи, лишь пустой грязный коридор, а на полу следы ботинок Эрвана, которые вели в сторону лестницы.

Что происходит? Как такое возможно? Неужели Джордж сходит с ума? Как такое ужасное событие могло просто ему привидеться? Как? Неужели он начал сходить с ума, неужели десятичасовой рабочий день начал сказываться на его психическом состоянии? Что все это могло значить? Как все это можно объяснить и при этом не свихнуться от собственных доводов? Джордж просто не знал, что ему стоило думать, он был растерян, как никогда-либо.