'Ты не голубоглазый блондин под метр девяносто с атлетическим телом. И не горячий брюнет, от взгляда которого девушки забывают о своих парнях' - сказал как-то папа, подразумевая, что в модели мне путь закрыт. Я тогда не особо понимал, что тёмно-русый и черный - это не одно и тоже. Даже обиделся. Но он прав - ни телом, ни лицом не блистаю, а значит либо в качалку, либо тренировать ум. Говорят, что если совместить, то будет вообще хорошо. Пусть говорят. В наше время диктата развлечений, тренажёрные залы закрываются один за другим. Это в крупных городах, а в маленьких, типа моего, даже не открываются. Есть государственный оздоровительный комплекс в здании-доминанте, где наша квартира, но там только старичьё ошивается.

У меня есть развлечение - тоже своего рода летсплей, только в реале. Не такой интересный, как если в яйце смотреть, но нравится - наблюдать за действиями друга. Это сосед на два этажа ниже, пославший родичей стоило возрасту в паспорте смениться на цифры шестнадцать - программист Рё. Старше меня на год, он, кажется, натурально сросся с компами и Сетью. Так как паспорт теперь цифровой и все мы давно сменили имена полученные при рождении, то практически невозможно сказать, как кого звали раньше. В реале я представляюсь Дмитрием, в Сети - Странник, а Рё зовёт МТА. Это производное от Мити, да и знает про мечту стать писателем, вот и троллит. Зато я вызнал, почему его зовут Рё - это от Кирюхи, то есть Кирилла по рождению. Иногда, когда достанет своим МТА - припоминаю родительское прозвище.

По сравнению со мной он вообще дрыщ. Живёт на добавках и хреновине - модуле контроля состояния здоровья. Это правда, что он практически сросся с компом - давно установил себе портативный модуль на затылок, а недавно ещё и обновил. Это в яйцах можно до суток проводить - продукты жизнедеятельности отводятся, при этом, осуществляется минимальное питание организма. А вот портативка лишена этой функции. В итоге Рё оборудовал комнату специальной массажной кроватью, к пипиське катетор, а к венам и в желудок - шланги. Разок на неделю уходил, чаще на дней пять. Ещё не доволен, говорит подкопит на обновки и вообще на месяц свалит.

Я бы тоже хотел на подольше, но яйца такого класса стоят баснословных денег. Причём самый стоковый вариант, а если с доп функциями, то в этой жизни можно даже не надеется.

Бывает, что захожу к нему и смотрю, чем занимается. Признаться если, то он гений, но с напрочь отбитой коммерческой жилкой. Я постоянно тянусь рвать на заднице волосы с досады, слушая, как Рё в очередной раз упустил куш. Ещё объяснишь, покажешь, а он лупиками воспалёнными хлопает и такой:

– Печально.

Клавиатуры нет, но очень хочется ей шибануть порой.

Другое дело я - бесталанный герой несыгранных летсплеев и нищий бог несозданных миров. Кажется, конечно, что могу придумывать истории хорошие, но кто будет их читать сейчас? Со стыдом признаюсь, что даже сам, весь такой странный и читающий, выбираю чего получше, а хилые ростки начписов обхожу стороной. Во время внутреннего диалога можно даже пожурить, а где и пристыдить - уж если сам в обход, то почему тебя кто-то должен читать? Но светодиодик надежды продолжает тлеть.

Смартфон пикнул извещением от Рё - вернулся из виртуала. Я закинул пять банок энергетика в рюкзак, две питательных пасты и поплёлся к нему. Сегодня почти рекорд - шесть дней его небыло.

– Идентификация, подождите...- произнесла приятным женским голосом, установленная и настроенная же Рё, система охраны.
– Входите, господин МТА. Добро пожаловать.

Дверь шелестнула внутренностями и отпрыгнула в сторону, скрывшись в стене. Я, досадуя, вошёл. Гад этот программер! Надоел уже издеваться над мечтой.

– Чё, Кирюха, вернулся?!
– бросил я чему-то, смутно напоминающее человека.

– Запарил так звать!
– прохрипел он. Вообще голос звонкий, как динамики на старых ноутбуках.

– Ты какого фига инке прописал звать меня МТА?

– Есть чё попить?
– впился цифровой зомби буркалами в рюкзак. Я достал банку, бросил, а следом и себе откупорил.

В старых фильмах видел фантазии съёмочной группы о каких-нибудь комьютерщиках-гениях, где кругом провода, толстые кабеля, гофрированные трубки, тонюсенькие проводочки и множество перемигивающихся светодиодов. Понятно, что ерунда, но яркая и запоминающаяся. Только вот у Рё всё именно так. Разве что система охлаждения почти не шумит, поэтому его жадные с присвистом и причмоком глотки хорошо слышны.

– Кха-а-а... божественно!
– оторвался он банки.

– Чего долго так?
– себе под ноги произнёс я, стараясь найти место присесть. Мой обычный стул завален грязным бельём с трусами поверх - такое даже ногой не охота спихивать.

– Стараешься для тебя, стараешься, а потом только осуждение и слышно, - проворчал Рё, сгребая одежду и направляясь к очистному комбайну.

Я плюхнулся на стул и удивлённо говорю:

– Расскажи!

– Ой всё!
– глухо пробурчал тот, склонившись у окошка комплекса.