Шрифт:
Донна Элнза слегка подняла брови.
— Ты думаешь, он бы заставил меня молчать о такой вещи? — сказала она, и голос ее прозвучал как-то странно.
— Но, донна Элиза, — прошептала донна Микаэла, подходя к ней ближе. — Ведь это же невозможно, совершенно невозможно не любить его! Ведь он так прекрасен! Он покорил меня своей властью, и я боюсь его. Ты должна позволить мне любить его!
— Я должна? — донна Элиза смотрела вниз и говорила отрывисто и сурово.
Донна Микаэла воскликнула вне себя:
— Он любит меня! Не Джианниту, а меня! И ты должна обращаться со мной как с дочерью, ты должна помогать мне и быть добра ко мне! А вместо этого ты всюду становишься на моем пути. Ты так жестока со мной! Я не решаюсь приходить к тебе и говорить о нем. И я не смею сказать тебе, как я тоскую и как я работаю для него.
Донна Элиза не могла этого слушать дальше. Донна Микаэла была совершенное дитя; юное, глупое и дрожащее, как сердце птички. Дитя, о котором нужно позаботиться. Она должна обнять ее.
— Ведь я не знала этого, бедное, глупенькое дитя, — сказала она.
VII . После чуда.
Слепые певцы созвали общее собрание в церкви Лючии. Наверху на хорах, за алтарем, на резных стульях иезуитов сидело тридцать слепых стариков. Большинство из них жило подаянием, и рядом с ними лежали сумы для сбора милостыни и клюки.
Слепые были серьезны и торжественны. Они понимали, что значит быть членами этого святого общества певцов — этой чудной, старинной академии.
Снизу из церкви изредка доносился глухой шум. Там сидели поводыри слепых, дети, собаки, старухи, и все они ждали. Иногда дети поднимали возню с собаками, но сейчас же смолкали и затихали.
Слепые, называемые «trovatores», выступили по очереди один за другим и говорили песни, которые они сложили.
— Вы — народ, живущий на святой Этне, — говорил один из них. — Вы — люди, живущие на волшебной горе, восстаньте, подарите вашей владычице еще новое украшение! Она желает иметь две длинные ленты, чтобы еще больше украсить себя; две длинные, узкие железные ленты хочет она прикрепить к своей мантии. Подарите их вашей госпоже, и она щедро наградить вас, она вернет вам золото за железо. Неисчислимы сокровища, которыми могущественная наградить тех, кто поможет ей достигнуть желаемого.
— Кроткий чудотворец сошел к нам, — говорил другой. — Бедный и невзрачный стоит он в холодной, старой церкви. Корона его из жести, а бриллианты из стекла. Не приносите мне никаких жертв, бедняки, говорит он, богачи, не стройте мне храмов! Я хочу помочь вашему счастью. Если в ваших хижинах засияет богатство, и я засверкаю неподдельными драгоценностями, если нужда покинет эту страну, ноги мои обуются в золотые башмачки, расшитые жемчугами!
По мере того, как выступали певцы, собрание принимало или отвергало их пение. Слепые были очень строги в выборе.
На следующий же день они разошлись по всей Этне, воспевая железную дорогу и зароняя мысль о ней в сердце каждого человека.
После чуда с завещанием фра Феличе народ начал приносить пожертвования для железной дороги. Донна Микаэла быстро собрала до ста лир. Тогда она поехала с донной Элизой в Мессину посмотреть паровой трамвай между Мессиной и Фаро. Большим они и но задавались. Они будут довольны и паровым трамваем.
— Почему железные дороги стоять так дорого? — спрашивала донна Элиза. — Ведь это же самая обыкновенная дорога, только на ней лежать два ряда рельс. Но вот инженеры и знатные господа делают дорогу такой дорогой. Нам не нужно инженеров, Микаэла! Пусть наши хорошие строители дорог Джиованни и Кармело построят твою дорогу!
Они тщательно осмотрели паровой трамвай в Фаро и собрали всевозможные сведения. Они измерили расстояние между рельсами, и донна Микаэла нарисовала на бумаге, как скрещиваются рельсы на станциях. Это было совсем не трудно. Они были уверены, что и одни справятся с этим.
В этот день все казалось им таким легким. Станцию построить нисколько не труднее обыкновенного дома, говорили они. Ведь понадобится не больше двух-трех станций. Для других остановок довольно будет простых будок. Только бы они смогли обойтись без акционерного общества, без привлечения знатных господ, что стоит так дорого, а тогда уж им удастся провести трамвай. Это будет стоить недорого. Землю они, конечно, получат даром. Богатые помещики, владеющие землями на Этне, поймут, конечно, какую пользу им принесет железная дорога, и дадут ей свободный доступ по своим полям.
Они не считали нужным заранее намечать линию пути. Они просто начнут ее в Диаманте и постепенно спустятся к Катании. Надо только начать и каждый день работать по участку дальше. Ведь это совсем не трудно.
После этого путешествия они принялись за свой страх и риск строить дорогу.
Дон Ферранте не оставил донне Микаэле большого наследства; но очень кстати он владел на Этне большими пустошами, покрытыми лавой. Отсюда-то Джиованни и Кармело и начали строить дорогу.
Когда они приступили к работам, у них было только сто лир. Но чудо с завещанием наполнило их каким-то священным безумием.