— Его семья — мы, Делюр, — ледяным тоном ответил вместо друга Поттер, отодвигаясь от девушки, на что последняя выразительно фыркнула. Ее конкретно начинало бесить происходящее, а еще, где-то в глубине ее подсознания зарождалась печаль от того, что они никогда так не скажут про нее. Ведь, Делюр для них попросту пустое место, не значимое пятно их шайки. В этот момент Портрет выразительно скрипнул, и Гриффиндорка посмотрела вперед. В комнату зашла Эванс, но что-то с ней было не так. Глаза ее были красные, губы синие, а вся верхняя одежда была в снегу. Магния скривилась, думая о том, что, похоже, не одна она страдает.

— Лили? — обеспокоенно спросила Марлин, с тревогой поглядывая на нее. — Что произошло?

Эванс молча подошла к друзьям и плюхнулась на пол, рядом с камином. Она скрестила руки и блаженно закрыла глаза, явно обдумывая что-то недоступное им. А потом, резко раскрыв веки, девушка устало спросила:

— Ну и что за собрание? Что опять произошло?

— Как ты помнишь, — первым заговорил Римус, который отошел от испытанного шока раньше всех. — В прошлый раз мы не смогли справиться с Пожирателями и чуть не потеряли тебя, — Мародеры многозначительно переглянулись, а затем Лунатик продолжил. — И тогда мы пришли к выводу, что должны заниматься намного упорнее, нежели делаем это сейчас.

— Допустим, — тихо проговорила Лили, не смотря ни на кого. — Но где мы будем это делать?

Джеймс улыбнулся, и внимательно посмотрев на девушку, впервые заметил, как красиво переливались ее рыжие волосы. Магния, которая следила все это время за ним, увидав этот мимолетный жест, резко посмотрела на Эванс и мысленно удушила ее. Нет, ей было абсолютно наплевать на Поттера с его детской влюбленностью, было наплевать на то, что, по видимому, он нашел себе новую пассию для воздыхания. Просто она никак не могла понять, что же особенного в этой рыжей выскочки.

— Выручай комната, — глухо проговорил Бродяга. — Это отличное место для наших занятий.

— Да, — вдохновлено проговорил Питер. — Мы сможем заниматься там хоть каждый день…

— Но все же, лучше ночью, когда весь Хогварст будет спать, — договорил за друга Сохатый, поглядывая на Сириуса, который о чем-то задумался. И вряд ли над чем-то хорошем. В последнее время, его друг часто впадал в депрессию, а по ночам он ворочался от кошмаров, просыпаясь в холодном поту. На все расспросы, он отвечал сухим «Все нормально», но было прекрасно видно, что это не так. Но, к сожалению, если дело касалось его семьи Блэк был закрыт.

— И вот еще, — неожиданно проговорил виновник раздумий Поттера, криво усмехнувшись. — В наших рядах пополнение.

К дивану элегантной поступью подошла красивая миниатюрная брюнетка, весело сверкая своими карими глазами. На ней была черная поношенная майка, а волосы небрежно заколены крабом. У девушки был необычной строгий взгляд, в котором, казалось, были спрятаны вопросы на все волнующие вопросы мира. Она весело улыбнулась, оглядывая окружающих и, если парни ответили ей тем же, то девушки озабоченно нахмурились.

— Знакомьтесь — Доркас Медоуз.

========== Ему не хотелось убивать, как не хотелось ==========

Комментарий к Ему не хотелось убивать, как не хотелось

Да-да, я бессовестно задержала главу, но на этот раз более-менее отредактировала фанфик так, как планировала. До конца фф осталось одна-две главы, которые, я очень надеюсь, добью за лето. Спасибо большое всем, кто ждет и ждал, спасибо за вопросы, задаваемые в группе по поводу продолжения. Это все для вас!

Джеймс Поттер вышел из ванной комнаты, поспешно вытирая полотенцем волосы, и подумал о том, что иногда все же бывает полезным встать раньше, чем прозвучит волшебный будильник? и чувствовать себя при этом как никогда бодрым. Он перевел взгляд на своих друзей и остановился на Сириусе, который с довольным видом чуть посапывал, обняв подушку своими жилистыми руками. Вчера парень где-то пропадал и вернулся ближе к двенадцати, напрочь забыв о планах Мародеров. Естественно такое просто так нельзя спустить с рук, поэтому почему бы не потревожить своего дорогого друга и не вытащить его из фанатического мира грез? Поттер слегка коварно улыбнулся, на цыпочках идя к тумбочке, чтобы взять палочку и начать творить свою шалость. Тихо, чтобы не разбудить никакого, он прошептал:

— Левикорпус.

Блэк со свистом взлетел вверх, в ужасе распахнув глаза, и невольно вскрикнул, пытаясь найти точку опоры. Джеймс громко захохотал, упав на кровать, и, выронив палочку, шумно вздохнул. Вместе с ней упал и разъяренный Сириус, чье лицо скорее напоминало помидор, нежели аристократическую бледность. Парень, тяжело пыхтя, одним движением схватил подушку и направился к Джеймсу, чтобы как в добрые времена, шутливо подушить этого обалдуя.

— Эй, Бродяга, — Поттер попытался нащупать палочку, но она, словно назло, закатилась под кровать. Джеймс мысленно выругался, а потом, состроив невинные глазки, проговорил. —Но я же любя.

— Какой ты все-такие олень, — пробурчал Сириус, резко выронив подушку, направляясь в ванную комнату. Блэк прибывал не в самом лучшем расположение духа, а еще и Сохатый прицепился. Признаться, он начинал жалеть, что принял Доркас в их компанию. Против нее самой он ничего не имел, напротив, всегда считал отличным товарищем и необыкновенно храбрым человеком. Такие качества, по его мнению, стоило ценить во времена войны, но вот для Марлин МакКиннон и Лили Эванс они не были в приоритете. Вчера вечером, когда он, вдохновленный мыслью о том, что ему, наконец, удастся сыграть в карты с Джеймсом, направлялся в свою комнату, его остановила Марлин. Ее серьезное выражение лица и сведенные брови к переносице пророчили очередной тяжелый разговор.