С Лонгботтомами сложилась неоднозначная ситуация. За спасение жены и наследника Френк признал Долг Жизни, только говорил он не от лица себя или жены, а за весь род. И, первоначально, даже собирался уйти из Ордена Феникса. Но Сириус попросил их остаться, только быть очень осторожными. Какую-то часть информации о Дамблдоре он достаточно долго узнавал именно от Френка. Но потом была смерть Уизли. И Алиса не поленилась явиться в Хогвартс несмотря на беременность. Исключительно для того, чтобы плюнуть директору в лицо. Скандалила она на совесть, род МакМилланов мог бы гордиться своей обычно тихой и спокойной дочерью. Выполнив то, зачем она пришла, Алиса напоследок добавила, что ноги ее больше здесь не будет. И Сириус был с ней согласен. Он и раньше особо не доверял Дамблдору, но после смерти Уизли стал особенно опасаться за Лонгботтонов. Поэтому теперь Френк и Алиса были частыми гостями у Блэков и Поттеров. Невилл оставался у них в гостях особенно часто, ведь Алиса вернулась на работу в Министерство.

– Что здесь? – спросил Сириус, лишь кивнув Френку.

Они виделись с утра, да и при уничтожении крестража он присутствовал, только на обед не пошел.

– Самоубийство. Только нет.

Сириус хмыкнул. Френк всегда был немногословен и полноценно понимать его могли лишь близкие. Особенно хорошо получалось у братьев Пруэтт.

– Как понял?

– Знаю его, – ответил ухмылкой Френк и уже гораздо тише добавил, – или одни Блэки нуждаются в некоторых запрещенных ингредиентах?

Сириус засмеялся, качая головой. Его всегда веселила эта ситуация. Все в министерстве знали, что в Лютном можно купить кое-что редкое и запрещенное. Все знали, что это редкое и запрещенное далеко не всегда используется для изготовления редкого и запрещенного. Все знали, что правильнее взять продажу этих материалов под контроль, чем запрещать ввоз. Но изменять закон – это навлечь недовольство обывателей, которые используют волшебную палочку исключительно ради призыва тапочек. А обывателей большинство. Вот и ходили авроры в рейды в Лютный, где проводили обыски в домах своих же поставщиков. И сами же тихо выговаривали нерадивого продавца: “Как мог не спрятать в тайник настойку из листьев сансавьеры Никсона?”. И сами прекрасно знали, по какой причине они не могут узнать, кому еще продавались редкие ингредиенты. Всех здесь связывали клятвы.

– Есть что-нибудь? – вновь напомнил о себе Сириус.

– Может ты поможешь? Заклинаниями – почти ничего. Только то, что здесь была драка, но последствия убрали.

Сириус привычно упал на другой уровень зрения. Обычные магические линии. Никаких аномалий нет. Он даже прошелся по комнате и зашел в подсобку. Кивнул Френку, чтобы прикрыл, спустился в секретную комнату, где и хранилось все запрещенное. Там тоже тихо. Вышел и так же аккуратно закрыл комнату за собой.

– Он был неплохим боевиком, – вспомнил Френк. – Как, впрочем, и все контрабандисты. Осталась семья. Сможешь найти его Главу по своим каналам?

– И так знаю. Вечером отправлю сову. Пока предложи защиту вдове и сыну. Да и магазин нужно оцепить, нечего чужое разворовывать.

Френк кивнул, признавая правоту Сириуса. А тот, еще раз пройдя по комнате, все же вышел, напоследок легонько дернув Марлин за волнистую прядь коротких волос.

– Сириус! – возмутилась та. – Взрослый женатый человек, а ведешь себя, как ребенок!

Но тот уже шел прочь из Лютного. Раз уж он в Лондоне, то нужно зайти в офис. В субботу Орион, Сигнус и Белла не выходили в офис, но секретарь в приемной дежурил. Не то, чтобы Сириус так уж беспокоился о срочных делах, но почему бы и не зайти?

К его удивлению, у секретаря нашлось письмо для него. В конверте из плотной бумаги, с пометкой срочно и с печатью адвокатской конторы. Контора принадлежала Блэкам и почти полностью состояла из маглорожденных и сквибов. Они занимались делами магов в мире маглов. И Сириус даже не знал, чего такого срочного должно было произойти у этих бумажных работников.

На письме была пометка с цифрой два. Копия. Свою корреспонденцию Сириус читал исключительно утром, все самое срочное ему сообщали патронусом. Адвокаты, по всей видимости, послали письма с уведомлениями и в Блэк-мэнор. Сириус разорвал конверт и небрежно пробежал глазами по строчкам. Остановился, вернулся в начало. И со стоном, пусть и едва заметным, опустился на край стола. И почему беда не приходит одна?

========== Глава 63. О том, что никогда не спит ==========

После смерти Уизли Сириуса часто мучали кошмары. Нет, он не просыпался в криках и поту. И даже не разговаривал во сне. Но просыпался он с памятью о том, что ему снилось. И совесть, которая никогда не спит, грызла его снова и снова.

Он не мог простить себе смерть Уизли. Почему не подумал об этом раньше? Почему опоздал? Умерли его родственники. Пусть и не слишком близкие, пусть он не был обязан их защищать, но совесть ведь не уговоришь. Она знала, что позаботиться и защитить можно было. Хотя бы попробовать. При воспоминании о друге Гарри, Сириус возвращался и к воспоминаниям о самом крестнике. И о том, что и ему он тогда не слишком помог. Да, сам был глуп и почти ничего не знал. Но кто мешал как минимум выслушать? Узнать, спросить? Подсказать, утешить. Вот тут совесть особенно отыгрывалась на нем.

Наверное поэтому он решил разыскать Гермиону Грейнджер. И это оказалось гораздо проще, чем он думал. Грейнджеров в стране было не мало. Но вот имя у нее для мира маглов было редкое. Сириус просил адвокатов проследить за семьей, только магловскими способами. Никто в мире магов не должен узнать о том, что эта девочка – маглорожденная волшебница. Чистокровные маги гораздо раньше проявляют магические способности, а вот маглорожденные могут и лет до семи не проявлять магии. Поэтому их и сложно найти. Книга Хогвартса тщательно записывает всех, чей уровень магии достаточно высок для обучения, но книга находится в запертой комнате и посмотреть список маглорожденных просто невозможно.

Сегодня в письме от адвокатской конторы Адамс и Цверк пришло уведомление, что миссис Грейнджер с дочерью находились в больнице, которую разграбили пожиратели. Девочка осталась жива, но вот ее мать погибла. И расти ей теперь наполовину сиротой.

Сириус много раз слышал, что титул Лорда накладывает определенный отпечаток на своего носителя. Наверное поэтому он в такие моменты и приходил в зал к родовому камню. Ему казалось, что здесь легче думается. Близость магического источника немного успокаивала несколько несдержанный нрав Блэков. Сириус сел на огромный алтарь, коснулся всегда немного теплой поверхности камня, все это не прекращая заниматься самобичеванием.