— Сандра, хватит! — жёстко отрезала Миранда. Девушка лишь усмехнулась, но замолчала.

— Я вижу, тебе действительно есть, что сказать.

Мисс Коллендж сложила руки. Она уже начинала нервничать и беспокоиться: Сандра явно была настроена отрицательно.

— Говори, что хочешь, — попробовала она. — Я с удовольствием послушаю.

Сандра удивлённо изогнула брови.

— Да ладно? Что, правда? Вот так просто? И мне ничего за это не будет?

— Не будет. Можешь мне довериться.

Сандра не верила ей с того самого момента, как только увидела её впервые. Но кто знал, может, внешность была обманчива? Хотя тут дело было не в упаковке, а в содержимом.

— Хорошо. Попробую поверить. Меня интересует, почему именно я, а не кто-то другой? Население Нью-Йорка составляет восемь с лишним миллионов. По-моему, неплохой выбор.

— С чем в этой жизни не поспоришь, так это с судьбой. Ещё вопросы?

Девушка брезгливо окинула кабинет настороженным взглядом.

— Скучновато тут у вас. Однообразно.

— Однообразие помогает сконцентрироваться. Разнообразие только мешает.

— Ясно. Пытаетесь изобразить идеальных? Хотите стать примером для кого-то? Только вот для кого?

— Ты так и не поняла, Сандра. Мы и есть идеальные, и ты — часть нашего общества. Скоро это станет для тебя аксиомой.

— Очень на это надеюсь, — ответила она и улыбнулась. Но — неискренне. Натянуто.

Зато, когда Президент увидела улыбку Сандры, с её души будто громадный камень свалился. В глазах Посвящаемой будто загорелся луч надежды, который быстро распространился и на Аманду. Кто знал, может, и Золотой Венец был способен ошибаться?

— Альфред ей всё показал? — обратилась мисс Коллендж к Наставникам.

— Хранители воспоминаний, как и Хранители эмоций, в Хранилище мыслей не допускаются, госпожа Президент. Неужели вы об этом позабыли? — ответил Энсел.

— Да-да, всё, — поспешила заверить её Сандра. — Не сомневайтесь.

Аманда сузила глаза, явно сомневаясь в её словах. Но было понятно: ничего другого девушка говорить не собиралась.

— Замечательно, — проговорила Коллендж. — По работе вопросов нет? Какие-нибудь предложения, пожелания, просьбы?

— Есть один вопрос, — встрепенулась Сандра. — Хранители и в самом деле практически не выполняют никакой работы, а лишь… надзирают? за Сотрудниками, которые как раз в Хранилищах и трудятся?

Аманда коротко кивнула головой.

— Но на самом деле, Хранители в хранении элементов играют далеко не последнюю роль. Хранители обладают правом veto, могут досрочно завершить работу Сотрудников, не согласиться с их действиями и ввести собственные манеры в некоторых вопросах. К тому же, Сотрудники сменяются очень часто, Хранители же — по поколениям. Сейчас завершается набор нового поколения, в которое входишь и ты, и твои Наставники, и ещё некоторые Хранители, с которыми тебе ещё предстоит познакомиться. И есть и предшествующие им. Обычно их по трое. Но с Хранилищем мыслей немного… иная ситуация, поэтому кроме тебя и Альфреда никого больше нет.

Не слишком Сандре понравились эти слова Президента. Что это ещё за “иная ситуация”? Это настораживало и наводило на разные мысли. Действительно самые что ни на есть разные.

Удивило известие о праве veto. Получалось, Сотрудники являлись и советниками. Которым зато можно было с лёгкостью сказать “нет”. Получалось, Аманда Коллендж имела власть над Хранителями, более старшие Хранители имели власть над более младшими, но абсолютно все они имели власть над Сотрудниками, которые на этой здешней “социальной” лестнице оказались на нижней ступеньке.

— Ясно, — только и ответила девушка.

Коллендж пощёлкала пальцами. Она не знала, что бы ещё такого рассказать Сандре. Как ей казалось, для первого раза и так чересчур много информации было ей выдано. Вдруг это вообще не шло никому на пользу? Вдруг это был совсем неверный шаг?

Но думать об этом было поздно. Что сказано — то сказано, и слов этих не возвратишь.

— Ладно, — решила она завершить беседу. — Мы сообщим тебе о дате следующего визита. Будь готова.

— Откуда вы взяли мой номер телефона? — слегка возмущённо осмелилась поинтересоваться Сандра.

— А вот это тебе знать совсем необязательно, — увернулась от ответа Коллендж.

Девушка фыркнула и взяла со стола стакан воды. Даже если та была отравлена, это уже её не сильно беспокоило: в горле вдруг пересохло от бешенства и неисправимого желания забиться в истерике. Или хотя бы разбушеваться. Не успев сделать и глотка, Сандра уловила пристальные взгляды присутствовавших.

— Что уставились? — непонимающе спросила она. — Воду зажали?

— Да пей, пей. Не обращай внимания.