— Немедленно замолчите, — холодно приказала Аманда. — Как я решила, так и будет. И это не обсуждается. А теперь вы свободны. С этими, — она небрежно указала на Сотрудниц, — я и сама разберусь. Ну же, идите, чего встали! Живо!

И им ничего не оставалось, как в самом деле покинуть кабинет.

Сказать, что Питер был разъярен, — не сказать ничего. Теперь даже в рейтинговых таблицах они должны были быть записаны парой, а он так хотел добиться всего сам, один, как личность. Но всем ведь прекрасно известно, что мечты зачастую — ничто. Песчинка, пылинка, пустой звук в тишине. Никто не спрашивает, чего хотят другие люди, когда это действительно требуется. Не спрашивал никто у него обо всём этом и здесь. Хотя Аманда наверняка знала и сама все желания и Питера, и Уилла. Они были очевидны. Именно поэтому им не было суждено сбыться.

Всё уже было предрешено. Ничего нельзя было изменить. И исхода не было.

Питер так ждал повышения, а в итоге получил совсем не то, что ожидал. Конечно, подобное было ему не в новинку, но это всё равно не утешало. Это лишь сильнее унижало и оскорбляло.

Он вдруг впервые за долгое время почувствовал, что он не лучше остальных. Он — такой же. Такой же, как и все остальные.

Глава 13. «Кто медлит, обрести не может знанье»

Пять дней прошли незаметно, а главное — спокойно. Ни слова о Хранителях. Да что там ни слова — ни мысли. По крайней мере, надолго Сандра о них не задумывалась. Она уже почти забыла о них, однако метка давала о себе знать. К сожалению, она не подчинилась ни воде, ни мылу, ни чему-либо ещё. Метка выглядела словно клеймо, которое оставило отпечаток не только на руке девушки, но и на всей её жизни. Такое хоть умри, но не забудешь.

Хранители не навещали её все эти дни, но не в эти ночи. Как только в квартире выключалась последняя лампа, Сандра превращалась в маленькую девочку, которая боится темноты. Мало ли, кто из неё мог выскочить. Но ещё сильнее она боялась засыпать. Это вообще было на неё не похоже. Раньше она вообще очень редко боялась хоть чего-нибудь, а теперь Хранители становились главными действующими лицами её ночных кошмаров. Кто их вообще пустил на сцену? И не стоило говорить, что в её голове свергли режиссёра-постановщика, потому что уж она бы это почувствовала.

Сандра думала, что потихоньку сходит с ума: всюду ей мерещились голоса Миранды, Энсела, Кастора, Аманды. В самых обычных вещах она видела метку, даже в простой букве А. Главное, что её беспокоило — то, что Хранители знали о ней всё. По крайней мере, они её в этом уверяли. Она искренне надеялась, что они ей солгали, но кто знает, что в этой жизни правда, а что ложь? Тем более Альфред знал её прозвище, знал Маркуса, знал, чем она занимается в свободное время. Возникал лишь один вопрос: откуда? Хотя этот вопрос сразу тащил за собою следующий: зачем?

Но самым странным она считала то, что о том дне все попросту забыли. Даже мама уже ничего не говорила по этому поводу. Неужели Хранители действительно могут управлять разумами людей? Неужели это действительно правда? Сандра всё ещё не могла это принять, хотя и согласилась стать Хранительницей мыслей. Но у неё просто не было выбора. Или всё же был? Она уже не доверяла не только окружающим, но и себе, и это было самым страшным.

Хлоя собирала компанию, звала друзей, а Сандра не знала, идти ей, или нет. С одной стороны, нельзя было упустить шанс повеселиться на полную катушку. Не этого ли она всегда хотела, хоть и тайно? Гулять с большой гурьбой друзей, ходить в кино, есть мороженое, пачкаться красками да и вообще дурачиться?

Однако в то же время она прекрасно понимала, что там нет места для неё. Даже несмотря на то, что никто о Хранителях не знал, а уж тем более о том, что и она теперь Хранительница, девушка чувствовала, что она изменилась. Люди словно стали для неё чужими, ведь каждый мог оказаться Хранителем или Сотрудником. Она охладела к ним.

И она боялась себя.

А Кэссиди боялась, что её дочь заболела. Сегодня та действительно выглядела неважно: лицо побледнело, под глазами красовались синяки, да и она будто исхудала каким-то таинственным образом. Возможно, это всё было обычное переутомление, но если в этом были замешаны Хранители, Сандра уже ничему бы не удивилась. Она бы даже, скорее, удивилась, если бы выяснилось, что это не так.

Возможно, сейчас ей действительно стоило развеяться. Она всегда так хотела быть нормальной, обычной девчонкой, может, такой глуповатой, зато похожей на остальных её ровесниц, а теперь к её прошлому добавилось её скверное настоящее и мрачное будущее.

У неё даже, в отличие от всех её знакомых, никогда не было парня. И она никогда не целовалась. Хотя зачем нужен был ей какой-то парень сейчас? Все эти сопливые влюблённости обыкновено несерьёзны, а разве есть большой смысл в том, что несерьёзно? В том, что улетучится в считанные мгновения, когда остынет? Сандра всегда пыталась рассуждать здраво, и именно поэтому она не вливалась в коллектив тех, кто даже готов с крыши спрыгнуть, лишь бы выпендриться. И теперь… Ладно, всё и так уже было понятно.

Теперь, как ей казалось, она уже ни в какой коллектив не вливалась.

«Ну так ты придёшь?» — написала Хлоя. Сандра вздохнула, глядя в экран. Ну разве Хлое действительно было необходимо, чтобы она пришла? Весьма сомнительно. Тогда зачем же она ей докучивает однообразными вопросами?

«Я не знаю, нужно ли это», — ответила она. Ответа долго ждать не пришлось: Хлоя прислала смеющийся смайлик. Да не один, а целых три штуки. Обхохочешься просто.

«Почему это может быть не нужно? Весело же!»