— Василий Олегович, я вас люблю.

А он меня в лоб поцелует и говорит:

— Асенька, ты очень хорошая девочка, я тебя тоже люблю. Екатерина Максимовна воспитанницу Винокурову за отличное поведение и успехи в учебе хвалит. Старайся, солнышко, помогу тебе в МГУ поступить.

Знаю, что Васька не обманет, я получу хорошее образование, диплом, устроюсь на работу. Мои родители погибли в маршрутке, ее смертник взорвал, я одна осталась, на кого мне рассчитывать?

— И здесь все такие? — ошарашенно пробормотала Света.

— Нет. Есть дуры, которые с Васькой дерутся, кусают его, рыдают, ну никак не соглашаются, — вздохнула Ася. — Сколько раз я таким объясняла: «Перестаньте, только хуже себе сделаете». И чего? Где они теперь?

— Где? — эхом повторила Света.

Ася еще теснее прижалась к новой подруге.

— Их отводят к Роману, у него массажный салон. Кто туда попал, тот через год станет инвалидом сексуального труда. Маленькие девочки в цене, богатых дедков много, не один Васька такой, и он, уж поверь, не самый гадкий из всех. Мне в распределителе девчонки койчего порассказали, поэтому я и согласилась к Самойлову в койку лечь.

— Почему же тех девочек никто не ищет? — изумилась Светлана.

— Кому мы нужны? — серьезно ответила Ася. — Близких нет, мы полностью в руках Катьки, наши документы у нее в сейфе. Не знаю, чего она придумывает, но народ исчезает тихо, появляются новые. Мой тебе совет: если Васька грабки растопырит, кидайся ему на шею. Мучиться придется недолго, зато потом наступит райская жизнь.

— Не понимаю, — затряслась Света, — зачем тогда Степанова просила ее здесь оставить? Галине роль в сериале устроили и в институт впихнули, а она…

— Степанова зайка, — хихикнула Ася. — Она влюблена в Ваську, все в халат обряжалась, когда он сюда приезжал. И так перед ним жопой крутила и эдак, да дедушка на ее старания срать хотел. Прикинь, какой угар, она один раз у меня спросила: «Аська, ты хорошо Василия Олеговича знаешь, как ему понравиться?» Ну я и присоветовала: надень короткое темное платье, белые гольфы, повяжи на шею красный платочек и жди эффекта. Короче, сбылась мечта кретинки: уехала Галка к Самойловым и продержалась там десять месяцев! Рекорд! Получи золотую медаль и не вякай! А она! Цирк на льду! Едва Васька сюда войдет, она на шее у него виснет: «Папочка, возьми меня домой!» Пишет ему письма, рубашку орнаментом вышила, бегает к Екатерине и ноет: «Неужели я Василию Олеговичу не нужна?»

Таких здесь несколько, зайки долбанутые. Во чего устроила! Ее в сериал продвинули, Васька надеялся, заинька про кино услышит и забудет о нем. Хрен ему в зубы. От зайки за один чмок не отделаешься. Ща терпение у Самойловых лопнет, и они ее, если откажется уйти, Роману сдадут!

После разговора с Асей Света больше всего боялась, что липкий взор Василия Олеговича задержится на ее фигуре. Коекто из бывших юных любовниц проболтался, что муж хозяйки не обращает внимания на распустившийся цветок, его привлекает незрелый бутон. И теперь, услышав о приезде педофила, Света запихивала в лифчик вату и надевала на себя несколько пар колготок в надежде на то, что слишком полный подросток не вызовет у сатира желания. Два года Глаголевой удавалось уворачиваться от дедули, но настал и ее черед. Екатерина Максимовна позвала сироту на прогулку по реке…

Светлана замолчала, я с трудом открыла рот:

— Ты рассказываешь страшные вещи! Можешь предъявить доказательства?

— Нет, — замотала головой девочка, — он хитрый, только у себя дома балуется, никуда девочек не возит, первый раз на корабль позвал, до этого лишь в квартире перепихивался. Не пойман — не вор.

Я ощутила прилив злобы.

— Надо чтото делать!

— Да? — хмыкнула Света. — Например?

— Пойти в милицию! — крикнула я.

Светлана засмеялась.

— Ты Красная Шапочка? Думаешь, менты волка пристрелят? Они даже со стульев не встанут! У Васьки бабла море. Кому поверят, нам или ему? Василий Олегович любому забашляет. А Екатерина Максимовна тех, кто на ее мужа наехал, живо к Роману сплавит. Знаешь, где теперь Ася? В МГУ учится, жениха там встретила, он богатый, с квартирой, я тоже так хочу.

— Ни в коем случае, — испугалась я. — Запирай на ночь каюту.

— Какая разница, где с ним первый раз трахаться? — отмахнулась Света. — Здесь увернусь, он в Москве меня догонит. Уж лучше тут, романтично, в круизе всетаки. Чем раньше он меня дрючить начнет, тем быстрее я ему надоем.

Чтобы предостеречь глупую девочку от ужасного поступка, я решила ее обидеть:

— Получается, ты тоже зайка! Соглашаешься спать с Самойловым в обмен на спокойную жизнь в приюте и поступление в институт!

Я предполагала, что она с возмущением воскликнет: «Неправда! Если это так выглядит, ни за что не соглашусь спать с Самойловым».

Но Света отреагировала иначе.

— Зайка сама напрашивается, приматывается, хочет внимания, надеется, что Васька ее навсегда к себе возьмет. А я мечтаю выплыть из дерьма. Есть шанс без взятки в Институте восточных языков и менеджмента [12] очутиться.

— Ну ты и замахнулась! — воскликнула я.

— Если выигрывать, то джекпот, я не тот человек, который обрадуется ста рублям, — отрезала Светлана. — В этом вузе учатся сыновья богатых папочек, я найду себе жениха. А если таковой не отыщется, то не беда, за границу усвищу, осяду в Лондоне, Париже, НьюЙорке. Такой вот план! Ради его исполнения я с десятком Васек перепихнусь и не поморщусь. Я даже нервничать стала, когда сообразила, что Васька на Ирку глаз положил!