– Ты в порядке, Муселёнок?

– Ты почитаешь мне ещё? Пожалуйста? Сказку о грустном ребёнке?

– Тогда садись ко мне, - сказала она, отодвинулась немного в сторону, позволяя ему взобраться на каменную скамью. Инаель открыла книгу.

– Где мы остановились? Ах да: и девочка плакала горькими слезами, и они наполнились всем тем горем, которое она испытывала в этот момент. И когда она плакала, её слёзы превратились в кристаллы. Они блестели и сверкали на солнечном свете, красивее, чем что-либо виденное до этого момента человеческими глазами. Но девочка была так опечалена, что просто не могла прекратить плакать ...

– Но это невозможно!
– прервал Канаель и посмотрел на мать, нахмурившись. Инаель Д’Ар подавила улыбку, потому что Канаель так сильно напоминал ей саму себя, когда она была ещё ребёнком. С любовью она убрала ему со лба непослушный локон.

– Ага, и почему невозможно?

– Слёзы не могут превратиться в кристаллы!

– Ах, нет?

– Нет! Это невозможно!

– Если ты так говоришь, - ответила она, улыбаясь.

– Лучше расскажи мне историю о великой битве, мама!
– выкрикнул Канаель, а его глаза заблестели.

– Мир видел много великих битв ...

Хотя она точно знала, что он хотел услышать.

– Нет, нет ... Великую битву, которую мы выиграли благодаря Канаелю, герою!

– Ты имеешь в виду своего дядю, имя которого ты носишь, Муселёнок?

Выпятив грудь вперёд, он усердно закивал, притянув колени к подбородку и обхватив их руками. Он внимательно слушал её следующие слова.

Она кивнула.

– Ну, хорошо: жила была девушка из Зимнего царства, вместе со своим отцом, за пределами цивилизации в маленькой деревне под названием Ордьин.

– Навия О’Бай! Она скоро приедет, чтобы навестить нас?

– Наверняка, - ответила она.

– А дядя Ашкин?

При мысли, что её сын называет когда-то внушающего страх стратега дядей, на её лице снова расплылась улыбка.

– Само собой разумеется, они ведь всегда навещали нас вместе. Ты знаешь, они могут приехать только в том случае, если брат Ашкина позаботится об их матери. Но он очень часто в пути, поэтому редко бывает в Сыски.

Ответ, казалось, удовлетворил его.

– Рассказывай дальше!
– сказал тогда он.

– Богиня весны Кев послала Навии сбивающие с толку сны. Там она первый раз встретилась с Канаелем Де’Ар. Когда на её деревню напали и убили отца, ничего не осталось, что смогло бы ещё удержать её на родине. Глубоко внутри она знала, что должна отомстить за отца.
– Инаель сделала эффектную паузу.
– В Летнем царстве сын правителя ожидал, чтобы занять место в истории ...

– Это было здесь!

– Правильно, - сказала Инаель и в первый раз за долгое время почувствовала, что скучает по брату. Хотя она и была тогда ещё маленькой девочкой, но воспоминания, которые не хотели меркнуть, давали ей в мрачные дни утешение, и она цеплялась за те знания, что остались у неё от брата.

Потому что он сохранил мир во всём мире. Она была первой женщиной в истории Сувия, севшей на ацтейский трон, но она была уверенна, что это развитие будет долговременным. Кошмар, который принесли с собой осколки сна и война с Гарьеном Ар’Лен и Странниками, был только бледной тенью в пределах границ её правления. Не считая Гехаллу, не было ничего, что причиняло бы ей головную боль. Новые дипломатические отношения с другими тремя странами, с тех пор, как заключили великое мирное соглашение, были превосходными, и у Инаель было такое чувство, что она смотрит в довольные лица, когда произносила речь народу на площади богов.

Инаель оглянулась через плечо и увидела, как солнце бросает тёплые лучи на стеклянные башни столицы. Она прислушалась к сладкому песнопению, которое доносилось до неё с площади богов.

Наконец, после всех этих лет ...

На одно мгновение она закрыла глаза и подумала о Песне Небес, которая когда-то пела ей колыбельные. Прошло столько времени, но пока существуют люди - те, что живут в их сердцах, никогда не будут забыты. Единственно, о чём лучше забыли бы, это хроника Потерянного народа. Книга, которую нельзя уничтожить.

Книга, которая находилась в надёжном месте, о котором знала только Навия О’Бай. Тайна, которую она заберёт с собой в могилу. Инаель горячо надеялась, что люди и потомки Потерянного народа забудут о хронике, а с ней и возможность разбудить Ткача снов из его вечного сна.

– Ваше Величество!
– Утренний Танцор, её фаллах, появился на краю сада и быстро подошёл ближе.
– Совет в полном составе.

Она серьёзно кивнула.

– Спасибо, - сказала она, ожидая, пока слуга уйдёт. Потом она встала и взяла Канаеля за руку.
– Пойдём, к сожалению, я должна уделить внимание делам.