Несмотря на то, что теперь это был на вид совсем другой человек, но восточный или даже средиземноморский типаж сохранился, как и взгляд, заставляющий ёжиться.

— Я хочу поговорить, — не спрашивал, а ставил перед фактом парень. Его голос был по-прежнему бархатист и мелодичен.

Валя почти не дышала. Ей было настолько страшно, что этот страх трудно представить. Ведь любые человеческие страхи можно уменьшить, надеясь, что кто-то сможет прийти тебе на помощь. Тут же, никто из рода человеческого помочь был не в силах. Рядом с Валентиной сидел практически Бог или практически Дьявол.

Валька молчала. В этот момент она даже боялась думать. Любое её слово, действие, мысль… могли привести к плачевным последствиям.

Сосредотачиваясь на окружающем мире: звуках, видах, ощущениях от дуновения ветерка… девушка смогла на время прекратить нескончаемую череду мыслей и внутренний диалог. Видимо, это чуть-чуть успокоило её и теперь она даже увидела энергию, которая исходила от Маира и была частью его: энергетические потоки пульсировали и распространялись далеко от того места, где он сидел. Его силища была колоссальна. Валя невольно бросила взгляд за спину Маира — ведь там были не менее впечатляющие крылья.

— Видишь их? — уточнил Маир, зная, что она поймёт, о чём тот спрашивает.

Валя сразу же кивнула, не заставляя собеседника ждать и не давая ему поводов разозлиться.

— Выслушай меня, — несколько подавленно проговорил Маир, — и не бойся. Я не причиню тебе вреда, — добавил он.

Выбора у Вальки не было, даже если бы она и не захотела его слушать.

— Я сотворил немало миров и умею то, что вы, люди, даже не способны представить, не то, что понять. Из меня получился хороший Творец, но мне хотелось большего — стать Создателем. И я бросил все силы на это. Я создал свой мир, населённый разумными существами. Я жил этой идеей, отдавал себя без остатка, тратил почти всю энергию на него.

Валя внимательно слушала и даже пыталась вникнуть, чем явно заслужила расположение к себе могущественного собеседника.

— Я пошёл на риск и разрешил моим созданиям самим принимать решения и строить реальность, — продолжил парень, — и они стали ввергать мир в такой хаос! Было больно видеть, как мои милые создания начали уничтожать друг друга, затевали войны, делили территорию. Они унижали и унижались, роптали на судьбу, совершали злодеяния, — он задумался и потом добавил: — почти как вы, люди.

Пока Валентина не понимала, почему Яла разрушила его мир.

— Чем дальше, тем становилось хуже. Однажды, сестра увидела моё творение и ужаснулась! Она подумала, что это всё я придумал, что я издеваюсь над обитателями своего мира, что я создал его, чтобы вымещать зло. Ялазуг сказала мне, что мои создания так же злы и жестоки, как и я сам. Что я становлюсь демоном, злым демиургом, в душе которого нет места добру, любви, благодарности, сочувствию, милосердию…

От этого рассказа Маир становился всё мрачнее и печальнее.

— Но это было не так! Она, наивная девчонка, горе-Творец, не понимала, что этот эксперимент ещё не завершён. Что я не бросал и не натравливал друг на друга обитателей мира, а наоборот, контролировал и помогал. Более того, я любил их всех, каждое создание! Я решил вмешаться и впустить в свой мирок потоки энергии. Настрадавшиеся и намучившиеся обитатели стояли на пороге великих изменений! Ещё немного и их жизнь стала бы иной. Они поняли бы, кем являются и для чего живут. Мы — мои создания и я, стали бы друзьями!

Маир замолчал, и Валя поняла, что именно случилось потом.

— Яла уничтожила его! — подтвердил догадки парень. — Не осталось ничего! Я был уже изрядно вымотан и спасти или восстановить свой мир я не смог… — обречённо, с болью в голосе, проговорил Маир. — Хотя нет, кое-что осталось — перо. Вот это самое, — покрутил он в руках светящуюся фиолетовую ниточку, которая совсем недавно была на руке Вали. — Оно (перо) из моего крыла, оно есть энергия, оно было основой. Я вложил частичку себя в тот мир, он был иным, не таким, какие я создавал прежде.

Маир посмотрел Вальке в глаза и проговорил:

— У тебя ещё нет детей, и ты не понимаешь, каково это — лишиться ребёнка. Вот именно такое чувство я и испытал — словно кто-то убил моё дитя.

Валя молча слушала. У неё уже были мысли на этот счёт, было, что сказать, но она просто продолжала слушать.

— Тогда мне казалось, что Ялазуг просто завидовала, поэтому с такой лёгкостью лишила меня смысла жизни. Я был очень зол и обижен. Я сбежал в надежде, что сестра не будет меня искать. Да и если будет, то не найдёт. Но она нашла. Моё перо было ей хорошим подспорьем, ведь оно очень хотело вернуться «домой».