Она качает головой, начиная всхлипывать. Она долгое время молча размышляла о чем-то, но не стала говорить вслух.

Лиз встала во весь рост, оттряхивая с узких джинс травинки, и потихоньку уходила от меня.

– Прости, я слишком много наговорила. Мне нужно идти, - огорченно выговаривает она, но я не могу её остановить.

Лиззи любит животных, природу, экологию и все, что было связано с окружающей средой. Она была защитницей животных и была всеми руками за здоровую пищу. Она была девушкой солнцем, которая даже ночью могла сиять без перерывов.

Сижу тут ещё пару часов, не обращая внимания на все остальное. В голове столько разных мыслей и не одной разумной, которая бы объяснила, что послужило преображению Лиззи в такую угрюмую женщину.

– Сколько цветов насчитала?
– Слышу мелодичный голос позади себя и уголок губ дергается вверх. Картер усаживается неподалёку, срывая пару травинок.

– Ты все ещё тут?
– рассеяно двигаю губами, несмотря на то, что парень смеётся.

Я, косо поглядывая на него, замечаю некоторые изменения в его внешности. Когда мы были ещё детьми никто даже и не додумывался, что все обернется вот так.

Тогда мы поклялись, несмотря ни на что, сохранить нашу дружбу и не забыть друг друга. Он повязал саморучный браслет на моё запястье, затем я проделала тоже самое с ним, давая крепкое обещание, что так оно и будет.

Картер смотрит в небо и выдыхает. Шрам на его брови уже начинал затягиваться, а моё желание потрогать его расло с каждым разом больше и больше.

– Ты до сих пор не сказала своей матери правду. А она должна знать, что случилось. Ви, все будет с ней в порядке, поверь мне.
– Он поднимает брови, хотя лицо Чейза серьёзное до мурашек.

Я сглатываю, вспоминая взгляд отца. Таким же взглядом он прожигал во мне дыру, допытываясь днями и ночами, где я пропадала после школы.

– Я знаю. Но сейчас не подходящее для этого время. Сказать в лицо то, что твой любимый человек изменяет с другой - это неправильно. Ты подумал, что с ней станет? Это разобьет ей чёртово сердце.

Я начинала злиться. Злиться, потому что он не мог понять элементарного. Злилась на себя, потому что не могу обидеть человека. Даже сказав ему простую правду.

Руки Картера сжимаются в кулаки, что его костяшки пальцев белеют. Губы стягиваются в полоску, в глазах чистое презрение. Я вздрагиваю.

– Она должна знать. По крайней мере, так она будет мучить себя саму, гадая, что случилось. Ты хочешь, чтобы она страдала?

Я учащенно дышу, не могу подобрать слов. Не могу ясно мыслить. Рано или поздно правда всплывет наружу. Она узнает сама, прочитав в какой-нибудь газете или увидит в том же самом телевизоре.

Я мотаю головой, замечая, какими глазами на меня смотрит Картер.

Я ведь сделала с ним практически тоже самое. Бросила его, не сказав ни слова.

Выдыхаю, медленно закрывая веки. Картер часто дышит. Он знает, что я виновата. Я тоже чувствую укол совести.

Начинаю немного продвигаться к парню ближе, хватая его за запястье. Браслет, который я ему подарила, все ещё был на нем. В целости и сохранности.

Немного погодя, замечаю ещё одну особенность на его коже. Маленький, еле заметный шрам возле большого пальца.

– Прости...
– начинаю я, осекаясь, когда чувствую, как грубая кожа дерёт мою. Перевожу глаза на Картера и хмурюсь.
– Что это?

Картер смотрит отрешенными глазами на меня. Либо он не хочет говорить, либо я не достойна этого. Конечно, кто я вообще такая после того, что с ним сделала, верно?

Чейз осторожно выворачивает руку и убирает себе на колено. Он смотрит за горизонт, голос практически еле слышен, когда он начинает говорить.

– Я разбил стекло в окне и дверь, когда был ещё дома. Тогда я узнал, что отец погиб. Его зарезали какие-то ублюдки, оставив истекать в муках и одиночестве. Я ничего не хотел тогда, кроме как разбить что-нибудь. Почувствовать боль. Я приехал в этот город...
– Картер замедляется, будто сдерживая свой нрав. Он приехал сюда для чего?

Я склоняю готову, сбитая столку. Картер качает головой и один локон падает ему на лоб. Закатный лучик игриво перебегает по его волосам, к глазам и подбородку.

– Чтобы попасть в команду и получить кубок. Тогда я смогу все исправить, Эйви. Я смогу изменить свою жизнь и жизнь матери. Я заставлю, чтобы мои родители гордились мной, - уверенно сказал он.

В голове считаю, какой день это был, когда мистера Чейза не стало. Он был душой компании, добрым и очень доброжелательным мужчиной.