Эти объятия в кухне так и не стали чем-то большим. Стас, решив дать Игорю время и личное пространство, ушел писать реферат. Игорь сначала бесцельно послонялся по квартире, потом решил навестить родных, предупредив Стаса.

Мать выглядела неважно. Она скептически отнеслась к новой работе сына, была недовольна тем, что Игорь теперь редко бывал дома. По-хорошему ее требовалось отправить на лечение, но Киреев обещал это только после того, как Игорь выполнит условие их сделки. Тяжба с квартирой подтачивала силы матери, заставляла волноваться. Игорь мысленно пообещал себе, что ускорит процесс.

Сестра где-то гуляла. В выходные ее сложно было застать дома. Она училась в университете первый год, но уже чувствовалось, что учеба не слишком ее интересует. Размышляя об этом, Игорь поймал себя на мысли, что сравнивает ее со Стасом – умным, серьезным, ответственным Стасом, который сейчас делает уроки, ждет его и надеется на продолжение их вчерашней сумбурной ночи.

Воспоминание отдалось тяжестью в паху. Резко захотелось напиться. Понимание того, что вот сейчас он вернется к Стасу и они, возможно, займутся сексом, настоящим сексом… это пугало. О процессе он уже немало знал, но только из Интернета. В жизни он никогда анальный секс не пробовал.

Когда он ехал обратно, внутри все переворачивалось. Стас встретил на пороге, видимо, услышал, как Игорь поворачивает ключ в замке. Он выглядел мило и по-домашнему, немного растрепанным, как будто весь день зарывался в волосы пальцами. Игорь вдруг представил, как сам запускает руки в волосы парня и сглотнул. Он помнил, какие они мягкие на ощупь. Надо было срочно отвлечься на что-то. Стас как нельзя кстати предложил:

– Может, посмотрим фильм вместе?

Это было хорошее предложение. Они устроились в гостиной. Игорь развалился на диване, а Стас присел рядом, слегка прикасаясь плечом. Смотрели что-то из ужасов – Игорь не любил такие фильмы, предпочитал что-нибудь комедийное и легкое. Но Стас, похоже, был доволен. Он смешно вздрагивал в особенно страшных (по его мнению) местах и все сильнее прижимался к боку Игоря. На середине фильма Игорь заподозрил, что ужастик выбран не случайно. Сам он от близости горячего тела уже начал заводиться, этому способствовали и мысли, периодически возвращавшиеся к прошлой ночи. Опускать глаза на ковер он просто не решался – сразу представлялся Стас, сидящий на коленях у его ног… Стас, прижатый к его телу… Стас с поднятой кверху задницей, с ниточкой стрингов между ягодиц…

Стас, видимо, понял, что с ним происходит, потому что его рука как-то незаметно оказалась на выпирающей ширинке. Игорь затаил дыхание. Мысли путались, хотелось подтолкнуть парня к более активным действиям, но он не мог. Не знал, как.

Стас все сделал сам. Расстегнул ширинку, приспустил джинсы вместе с трусами и склонился над гордо торчащим членом. Игорь сдавленно застонал, когда по стволу прошлась горячая ладонь. Потом почувствовал дыхание головкой члена. Потом – прикосновение жаркого и влажного языка. И совсем потерялся в ощущениях, когда Стас принялся за дело всерьез. Он старательно сосал, принимал как можно глубже, но до конца взять в рот не мог и помогал себе рукой. Менял темп, не позволяя Игорю собраться с мыслями и отвлечься.

Игорь же плыл, словно в тумане. Минетом его баловали всего пару раз в жизни, а уж таким минетом, как сейчас, и вовсе никогда. Его одолевали странные желания. Хотелось схватить парня за волосы и самому насадить его на член. Хотелось до дрожи в пальцах снова почувствовать мягкость и нежность округлых ягодиц, сжать их до боли, услышать стоны Стаса. Поэтому он, как в бреду, запустил одну руку под резинку шорт и сжал по очереди упругие половинки. Другой рукой судорожно вцепился в подлокотник кресла, потому что Стас в ответ застонал, и этот стон послал по его члену и всему телу оглушающую волну, словно ударил в гонг. Игоря почти подбросило вверх, он сам издал громкий стон, больше похожий на крик.

Стас не терял времени даром. Вторая его рука была в собственных трусах и быстро водила там вниз-вверх. Он уже стонал без остановки. В таких условиях Игорь не мог держаться долго, еще несколько секунд – и он бурно кончил, выплескиваясь в горячий рот и опять проваливаясь в темноту.

Очнулся он все на том же диване. Фильм еще не закончился. На экране убивали (или насиловали) очередную жертву, крики казались особенно громкими после оглушающего взрыва наслаждения. Игорь обнаружил, что сидит, откинув голову на спинку дивана. Одна его рука покоилась на спине Стаса, другая тихонько поглаживала его по голове. Сам Стас лежал в неудобной позе, подогнув под себя ноги и выставив на обозрение полуобнаженный зад, а голову устроил на животе Игоря. Он не спал, его ресницы щекотали чувствительную кожу, когда Стас моргал. Изредка он проводил кончиком языка по опавшему члену Игоря, и тогда в него словно впивались сотни острых иголок – остаточная реакция после оргазма.

Это было… неописуемо. Почему именно с этим парнем? Почему раньше, с девушками, он никогда ничего подобного не испытывал? Может, ощущения настолько острые, потому что он знает – это ненадолго, это запретно, это неправильно?

Из размышлений его вывел хриплый голос Стаса:

– Пойдем спать ко мне?

Он приподнялся и как-то умиротворенно смотрел на Игоря. На шортах в паху было заметно влажное пятно. Это внезапно отрезвило, напомнило, что рядом с ним парень, такой же, как он сам. Но отказаться он не посмел.

– Пойдем, - его голос был столь же хриплым, он помнил, что кричал довольно громко. Должно быть, сорвал.

Стас ненадолго сходил в душ, в постель лег в трусах. Хорошо еще, что не в стрингах, иначе Игорь рисковал остаться совсем без крыши.

Засыпали они рядышком. Игорь улегся на спине, боясь лишний раз шевельнуться и подозревая, что не уснет от напряжения. Стас сам придвинулся к нему и обнял рукой его предплечье, прислонившись лбом. Быстро засопел, наверное, утомился.