Она прошла около пятидесяти метров, когда услышала шум. Обернувшись, она увидела лучи фар, разрывающие завесу мокрого снега. Когда свет приблизился, Энни увидела, что всего в десяти метрах впереди была грунтовая дорога. Грузовик переключился на малую передачу, а затем остановился.

— О, черт, — тихо сказала Энни. — Грузовик, появился из ниоткуда. Я думаю, они заметили меня.

— Можешь укрыться? — Спросил Патрик.

— Я постараюсь, — ответила Энни. Грузовик приближался практически прямо к ней. Она немедленно бросилась в противоположном направлении, не решаясь включать фонарик. Она вставила вперед руки, но все равно постоянно натыкалась на деревья, валуны и спотыкалась о камни. Болело все. Но она не обращала ни на что внимания и продолжала бежать. Она не думала о том, в какую сторону бежит, только бы подальше от грузовика. — Я… Я больше не слышу… Двигателя, — задыхаясь, сказала она. — Они, наверное, остановились.

— Уходи так далеко, как только сможешь, найди укрытие, — сказал Патрик.

— Я постараюсь, — ответила Энни, тяжело дыша. — Я… — Она в очередной раз споткнулась и упала лицом в снег. Собравшись подняться и продолжать бежать, она поняла, что не просто оступилась — она зацепилась ногой за какой-то… За что-то похожее… на…

…. Парашютные стропы.

Энни повернулась на месте и опустилась на снег. Она увидела стропы и потянула за них. Из-под снега появились еще нейлоновые шнуры. Господи, это были парашютные стропы! — Я нашла парашют! — Закричала она.

— Энни, говори тише. Я прекрасно тебя слышу, — сказал Маклэнэхан. — Это Дев?

— Подождите… — Она отчаянно принялась выдергивать стропы, разбрасывая снег во все стороны. Нет, не в ту сторону — она нашла белую ткань парашюта. Она развернулась и принялась рыть снег в другом направлении. Господи, пожалуйста, пусть это будет он… Пусть он будет жив…

Она обнаружила Дэва под десятью сантиметрами снега лежащим на спине. Он был в шлеме с опущенным светозащитным козырьком и одетой кислородной маской. Стропы парашюта были обернуты вокруг дерева, что означало, что он либо врезался в него, опускаясь на землю, либо его протянуло по земле и ударило о дерево. Помогая себе красным фонариком, она стащила в Дэва кислородную маску. Из-под нее вырвалось легкое облако пара.

— Генерал, я нашла его! — Сказала Энни. — Я нашла его! Кажется, он жив!

— Слава богу, — сказал Патрик. — Проверь его, насколько сможешь, перед тем, как двигать его.

— Похоже, он в порядке, просто без сознания, сказал Энни, начав осматривать Дэва. Он был надежно укрыт темным обмундированием, которое надел в самолете. На левой стороне передней части шлема она увидела большую царапину, должно быть от удара о дерево. — Я не вижу никаких переломов. Он просто потерял сознание, — повторила Энни.

— Если парашют все еще на нем, отстегни стропы и оттащи Дэва настолько, насколько сможешь, — сказал Патрик.

Энни отстегнула стропы от подвесной системы парашюта, затем вытащила комплект выживания Дэва, положила ему на грудь и, схватил его за ремень на плече, потянула. Деверилл был высоким, но не слишком крупным, тем не менее, она не смогла сдвинуть его с места. Она потянула сильнее, налегая всем весом и, наконец, вытащила его из-под снега. Но протащив его всего несколько десятков сантиметров, она поняла, что не может удерживать его от соскальзывания по склону. Не выйдет. Если она потянет его сильнее, они сползут вниз по склону, прямо к тем, кто был в грузовике или направлялся к месту крушения «Вампира»…

Совсем рядом пронесся луч фонаря. Они идут! Они всего в паре десятков метров и все ближе с каждой секундой. Она услышала голоса, злые мужские голоса. За ними шли.

Не оставалось другого пути, кроме как вниз по склону. Энни потянула тело Дэва, поползшее головой вперед. Тянуть его стало немного легче, так что она потянула сильнее. Луч фонарика снова дернулся в ее сторону, на этот раз гораздо ближе. Она врезалась в дерево, матерясь вполголоса, протащила тело Дэва мимо него и двинулась дальше.

Взволнованные лихорадочные крики. Энни поняла, что они нашли парашют. Было лишь вопросом времени…

Неожиданно она достигла конца склона и упала прямо на промерзшую грунтовую дорогу. Она подвернула ногу, пытаясь приземлиться на ноги, и смогла лишь расплакаться от боли. Лучи фонариков снова дернулись в ее сторону.

Сейчас их возьмут…

Авиабаза Борисполь, Республика Украина, в это же время

Посадка прошла ничего так — на самом деле она больше походила не контролируемое крушение. Из-за отказа большей части гидросистемы, майор Джон Уэстон не имел никакого контроля над большей частью плоскостей управления, гондолами двигателей шасси. Он сумел произвести аварийную продувку неисправных систем и выпустил основные и носовую стойки шасси. Но это не имело значения — так как у него не было управления положением гондол двигателей, он не мог произвести посадку «по вертолетному». Им предстояло прилично шмякнуться вне зависимости от того, насколько хорошим пилотом был «Мусорщик».

Авиабаза Борисполь была большим пунктом совместного базирования украинской армейской авиации и ВВС. Уэстон изучил общую компоновку базы документов по полетной информации. Северо-восточную часть занимали eskadriyls армейской авиации с тяжелыми транспортными вертолетами Ми-6 и Ми-8, и одна эскадрилья ударных вертолетов Ми-24. Южную часть базы занимали самолеты — перехватчики, бомбардировщики и транспортники. Уэстон сориентировался по большой взлетной полосе, а затем медленно и аккуратно направился к рулежной дорожке напротив газоотбойных щитов за стоянкой вертолетов. Если от «Пэйв Хаммера» что-либо отвалится они, по крайней мере, не повредят украинские машины и не перекроют своими обломками главную полосу.