Здесь мужчина заставил свои мышцы перекатится от правой руки к левой. Продемонстрировав что владеет он своим телом явно за пределами возможностей среднего человека.

– Ещё двадцать человек охраны прибудет с «караваном» - вздохнула рыжеволосая Алаира.
– Мы не знаем, как поведут себя местные, это не грабить прибрежные города Вилларии где все забиваются под землю, при одном только нашем виде. Опять же, как сработает диверсионный отряд...

Здесь бородач нахмурился и внёс веский довод.

– Не забывайте, мы здесь по приказу командующего. Да нам приказано не лезть на рожон, но сплавать туда обратно и не принести результата только потому, что «а вдруг боги вмешаются...» Мы «Пираты чёрных вод» или кто в конце концов? Но да. Если штурмовики провалятся... Я сразу дам приказ отступать. Если нет, заутюжим город, выгребем ратушу, торговое представительство, особняк лорда и к утру растворимся тумане. При этом утюжить будем так, чтобы ни одному идиоту не пришло в голову остаться на поверхности! И ещё, в этот раз будем пай-мальчиками, в общем никакого излишнего насилия. Это снизит шанс форс-мажора с «Заблудшими». Если они умирают от рук местных в честном бою, Хранители не кипишуют. А если хранители не кипишуют, шанс что вмешаются боги нулевой. И вы, мать вашу, как послушники при храме!

– Ладно убедил, - кивнул Мидурес, - у меня от квартала знати до сих пор слюни текут. Там одного Хирумского стекла на три мешка серебром должно быть.

Последней сдалась Алаира. Но прежде чем выразить своё согласие она обратилась к Ритору.

– Я понимаю твоё недовольство нашими сомнениями, но пойми одно: Виринтел для «Заблудших» дом родной, пусть они появляются и на наших землях, но все к 40 уровню вынуждены плыть сюда. Им необходимо провести месяц в Белом городе на границе с демонами чтобы двигаться дальше после 50 уровня. Тут многое крутится вокруг них, поэтому и вмешательство богов куда вероятнее. Но уверена, если глупостей не делать, то всё пройдёт нормально. Так точно без глупостей?

Она строго посмотрела на Ритора. Но тот молча поднял руки вверх, раскрыл ладони и растянул грубое лицо в обезоруживающей улыбке.

Хотя операцией в целом командовал Ритор, диверсанты находились в подчинении Алаиры.

– Ладно, - продолжила женщина, - коли с берега ловить нечего остановимся на атаке с моря.

(с темнотой вокруг города активировали магический барьер, его работу обеспечивала городская стена.)

Слово взял Ритор:

– Хорошо, тогда выходим в море и ждём пасмурной погоды. Корабли должны подойти на расстояние спуска шлюпок ровно в момент опускания сумерек. В одиннадцать стемнеет, а в двенадцать сменится ночной караул. После смены охрана фортов перейдёт на ночной режим, запрут все двери и вообще будут начеку. В общем у десанта всего час на попытку захвата фортов. Если провалимся в этот час, в ближайшие лет десять провернуть подобное будет вдвое сложнее.

Собеседники одобрительно кивнули.

***

Примерно в это время Юра с товарищами наперебой рассказывали Эрите о, ставшей теперь такой любимой и недоступной, родине.

***

Ночь стояла тёмная. Скорее всего одна из тех ночей, когда под утро свинцовое небо прорвёт резким холодным ливнем, от которого к обеду останутся лишь досыхающие лужи.

Но Колю темнота не смущала, и он вразвалочку шёл по портовой улице. Сегодня мужчина засиделся в таверне и сейчас спешил к своей пассии, так как пассия была строгая и вообще очень в его вкусе. Но и сильно Коля не волновался, пусть за поход «налево» капитанша местной гвардии скорее всего сразу отрежет ему голову, (уж больно горячая и темпераментная женщина) но за опоздание наверняка лишь слегка пожурит. И заставит отрабатывать на мягких матрасах. А мужские силы, после очищения крови от алкоголя, в Коле имелись. Да гопник «залез под юбку» опасной во всех отношениях женщине. Что его нисколько не расстраивало: любил наш «Джентльмен удачи» приключения. Да и настроение последние дни было приподнятым, так как таинственные Хранители явно были им и его друзьями довольны, что напрямую отражалось на ночном сне.

Сон попаданцев сейчас выглядел в среднем следующим образом. Заснув, спустя некоторое время, они попадали в некий третий мир, где само твоё существо немедленно обжигало невыносимой болью. Но на данный момент обжигало так, планово, для порядка и никаких щупалец при этом тебя никуда не тянуло. В общем надо было лишь сосредоточиться, оттолкнуться и взлететь повыше к свету, где в благостном умиротворении набираться сил для нового дня.

«Хранители, Администраторы, Боги... Эта лапочка (Эрита) постоянно о них талдычила, но видать сама не понимает кто и чем занимается. Хотя выходит, что Хранители это некто кто с нами возится, но не люди. И наблюдатели, которые в табличках пишут разное, получается вроде они и есть. И эти Хранители тесно связаны с Администраторами, что за всем здесь следят и выглядят как люди, но не люди, а Боги. А... нафиг это всё. Пусть Жека разбирается.

И Коля стал коротать дорогу за одним из своих любимых занятий - «бардовским делом». Родись гопник в Питере, мучили бы вас его творчеством суровые водители питерских маршруток. Но родился и умер он в селе Малые бодуны, так что никто кроме собутыльников его творчество не слушал. Но пока рифмы крутились не очень.

«Темным вечерочком, спёрли из колхоза,

Спёрли из колхоза 20 тонн навоза...»

Про навоз как-то стихов совсем не хотелось, но гопник не сдавался, ведь тема тёмного вечерочка зацепила.

«Тёмном вечерочком, я с дояркой Надей,

У пруда ночного вышел погулять.

Страстно обнимая и на груди глядя,

Девственность у Нади я решил забрать.»

Новый вариант Коле понравился больше. И хотя навоз уже продали, а деньги пропили, звучало всё равно пошло и по-колхозному. Да и Надя не дура, девственность кому попало не отдаст.

«Тёмным вечерочком, я с цыганкой Розой,

У пруда ночного вышел погулять.

Страстно обнимая, в томны очи глядя,

Уста её горячие, стал я целовать.»