– Почему? – быстро спросил он, а его ладонь расцвела большим «кольтом». – Что с ними не так?

– С ними все не так! – ответил я, вскидывая карабин и прикрываясь капотом машины. – Это мертвые собаки! Быстро в машину!

Последние слова я крикнул, и этот крик сработал как сигнал к атаке. Свора из пяти разномастных собак бросилась вперед молча, оскалив пасти. И я открыл частый огонь из карабина, быстро отступая назад, высоко поднимая ноги и молясь про себя, чтобы ни за что не запнуться. Звонкий стук «зига» разнесся по окрестностям, хвосты прозрачного пламени срывались с пламегасителя, гильзы непрерывной струей летели в песок. Первого пса я убил сразу, он кувыркнулся и затих. Еще одному попал в позвоночник, наверное, потому что он упал и начал как-то странно дергаться. Надо же, а у меня еще хватило времени отметить эту странность.

А вот трое других успели добежать до меня как раз в тот момент, когда магазин опустел окончательно. Единственное, что я успел сделать, – это оттолкнуть ногой морду с раззявленной пастью, щелкнувшей прямо у моего колена, и судорожно схватиться за рукоятку пистолета.

Джефф, успевший усесться в кабину, снова выскочил наружу и, перегнувшись через капот, вогнал пулю в череп еще одной собаке. А вот две других заметались вокруг меня, норовя вцепиться в ноги, мешая Джеффу стрелять, а меня вгоняя в дикий ужас. Одна царапина – и все!

«Таурус» вылетел из кобуры в ладонь. К счастью, я даже на предохранитель ставить его перестал. И затем не меньше десятка выстрелов я выпустил один за другим куда-то себе под ноги, даже не попадая в собак, выбивая фонтаны красной земли, матерясь и подпрыгивая, отталкивая оскаленные морды тяжелыми ботинками и всеми силами уворачиваясь от укусов.

Спас меня сначала болтающийся на ремне карабин, в цевье которого вместо моей ноги вцепились собачьи зубы, потом вмешался Джефф, который просто схватил одну из собак, небольшую мерзкую шавку, за хвост и, оттащив в сторону, прострелил ей голову, приставив к ней ствол пистолета. А последнюю удалось убить мне, в запале высадив в нее все оставшиеся пули, после чего я судорожно сменил магазин в пистолете, а затем забил полный сдвоенный рожок в карабин.

Джефф тоже испугался. Тут и догадываться не надо было – достаточно глянуть на его побледневшее лицо и то, как он оглядывался по сторонам, удерживая «кольт» двумя руками. Но больше никто на нас не бросался – лишь вдалеке, у покосившегося сарайчика, использовавшегося раньше рабочими-дорожниками, топтался на одном месте однорукий мертвяк в одежде, насквозь пропитанной свежей кровью. Я посмотрел на мертвых собак и обратил внимание, что у них у всех морды перемазаны кровью. Точно, они мужика и порвали. Других вариантов я не вижу: кровь на нем красная, а на такой жаре она буреет очень быстро.

– Быстрее в машину, – пробормотал Джефф, забираясь за руль, и я с ним согласился на все сто.

Заскочил на правое сиденье, хлопнул дверцей, заблокировался, а заодно и стекло приподнял. Так оно спокойнее.

Мы никуда не уехали, а остались на этом самом холме, продолжая наблюдать. В машине с заблокированными дверями и готовым к бою оружием мы чувствовали себя в достаточной безопасности. Разве что трясло меня неслабо, и, пока я набивал магазин карабина патронами, руки тряслись так, что от всех нормативов я отстал в разы.

Я подумал, что против такой нестандартной цели, как мертвая собака, надо иметь с собой дробовик, потому что попасть в небольшую, в сущности, еще и дергающуюся голову твари на расстоянии чрезвычайно трудно. А на остальные попадания они реагируют слабо – точнее, совсем не реагируют. Присмотревшись к собачьим трупам, я понял, что большая часть выпущенных мной пуль угодила в цель. И в туловища попадал, и в морды, а вот именно в мозг попаданий было всего два. И что толку? Если бы не Джефф, то меня бы сейчас ели или я отсчитывал последние минутки до того, как сам в такую же тварь превращусь.

Признаки жизни на стоянке Ар-Ви мы все же обнаружили – стоящий в дальнем конце двора огромный шестидесятифутовый «Революшн» вдруг тронулся с места и чуть выдвинулся вперед, затем остановился. Через затонированные окна не было видно, кто там внутри и сколько человек. Наверное, засекли нашу машину и встали так, чтобы удобно было наблюдать. Мы за ними – они за нами.

– Заметили нас, – пробормотал Джефф. – Мы стрельбой внимание привлекли. Черт бы побрал этих дохлых собак.

– Ничего страшного, – ответил я. – А то так и гадали бы, есть там кто-то или нет. Потом пошли бы проверять, а нас бы пристрелили через окошко. Получилось, что заставили потенциального противника вскрыть свои позиции.

Джефф хмыкнул, подумал секунду, затем улыбнулся:

– А ведь верно. Что будем делать?

– Разведаем пути отхода с прицепами. А заодно бросим взгляд на склад, где сухие пайки хранятся.

Конечно, без Серхио это делать не очень прилично, но ему бы следовало в таком случае присоединиться к нам. Ждать, что он организует в поход ополченцев из Койотовой Купальни, я не собирался. А может, даже там на всех хватит, кто знает… В любом случае правила проживания в большой семье всем известны.