Оглядываться не стал, просто рванул в сторону, оборачиваясь уже на ходу. Кто-то совершенно вымазанный в крови, босиком, в шортах и майке, быстрый и по эту, мою, сторону забора. Остановился, пригнулся… «Живчик»? Нет, лицо нормальное, человеческое, только мертвое. А пригнулся, словно прыгнуть собирается… И двигается плавно… Что-то новое: такого не видел. Откуда он вообще здесь взялся?

Это я думал, нажимая на спуск. Две очереди, шесть патронов. Все же попал. Потом свалил еще двоих со своей выгодной позиции. Вроде отбился. Все резвые, на сами ворота, кстати, никто из них так и не кинулся – соображали, что бесполезно, как мне кажется. Но и просто смыться ума пока не хватило – только та молодая мексиканка без руки догадалась.

Сменил магазин, огляделся. Пока тихо. Оружие как часы работает, отдача несильная, ствол почти не прыгает. Это его вес спасает, он все же большой, и не пушинка. Хороший агрегат, никому не отдам.

Огляделся. Пока пусто вокруг. Совсем пусто – ни одного живого мертвого. Нормальное выражение? Это ли не доказательство, что мир перевернулся вверх тормашками, если подобные фразы из абсурда стали реальностью? Ладно, пес с ней, с реальностью, дело надо делать. Грабить. А для начала все же территорию проверить чуть лучше.

Рванул створку ворот, вновь открывая их, вернулся к машине, сел за руль, опустил стекло. И тронулся с места – покатил неспешно к складу, на который мой сосед показывал. И машину уберу с глаз долой: мало ли кто по трассе поедет, заинтересуется открытыми воротами и красным грузовичком. Нечего лишнее внимание привлекать. Объехал угол большого серого сундука складского корпуса и остановился как вкопанный. У дальнего от меня склада, у самой стены, лежало с десяток трупов. А еще несколько трупов, довольно активных, сидели среди них прямо на асфальте и жрали.

– Мамадарагая… – выдохнул я в одно слово, подтягивая к себе оружие.

Картина была жуткой, словно кто-то пытался создать сцену из ада в местных условиях. Шевелящиеся, полуразложившиеся, с перемазанными слизью и запекшейся кровью харями трупы пожирали точно таких же, но неподвижных, изгрызенных и полуразорванных. Трясли, дергали, рвали зубами, чавкали… До них метров пятьдесят, но вонь я даже здесь ощущаю, куча мертвечины уже давно там лежит, даже «сок дала».

– Щас я вас… твари… – прошептал я, ощущая, как волосы шевелятся и мороз мурашками бегает по затылку.

Рука нащупала рукоятку М-4. Хорошо, автомат поточнее будет, чем пистолет-пулемет, а приближаться к заразе этой совсем не хочется. Переводчик в вертикальное положение, в самозарядный режим… быстрый взгляд на прицел, на сколько выставлен? Жаль, коллиматорного нет, не помешал бы, но он на «зиге» стоит, а «зиг» в трейлере остался.

Не люблю «пип-сайты», [50] но тут другие и не приняты: на «хеклере» такой же стоит… Ничего, прицелимся… вот так…

Первый выстрел хлыстом ударил по царящей тишине, отразился эхом от стен, вылетевшая гильза со звоном отрикошетила от лобового стекла и улетела куда-то в салон. Мертвяк – крепкий мужик в когда-то белой майке, измазанный кровавой дрянью до самых глаз, – мешком повалился вперед. Затем сидящая рядом косматая женщина дернулась от попадания, выбившего кровавое облако из ее головы, и тоже ткнулась в асфальт.

Еще мертвяк – маленький, круглый, гнилой и даже в стуке, вдруг резко вскочил на четвереньки, повернувшись ко мне, и получил пулю прямо в переносицу. Еще один, по виду смахивающий на водителя грузовика, вдруг резво бросился бежать. Я успел пальнуть раз шесть в него, но ни разу не попал в голову. Видел, как пули бьют его в спину, но он сильно согнулся, быстро двигался и вскоре исчез за углом склада. Но еще один, хромающий и сильно поврежденный, бросился на меня, хоть сломанная в колене и сильно подгибающаяся нога ему разогнаться мешала. Если бы он не раскачивался, я бы его первой пулей свалил, а так раз пять пришлось пальнуть, прежде чем прямо над глазом у него появилась черная дырка, и он свалился.

Все… гоняться за убежавшим? Да хрен с ним, если сам придет – пришибу, я сейчас ко всему готов. А вот то, что они убегать научились, это новость. И вообще зомби вроде как чуть разумнее себя вести стали. Не показалось же это мне, верно? Не могло показаться: я на них уже насмотрелся до этого. И быстрые они какие, как нормальный человек – вовсе не как те, что были тогда в аэропорту, медленные, переваливающиеся и неуклюжие. Это почему так? Жратва?

А вот и нужный склад. И вот те раз, а ворота-то открыты! И открыты зверским способом – вилочным погрузчиком. Подогнали, забили вилы под поднимающуюся створку да и подняли насильственно.

Огляделся. Машин вокруг нет, но они и в склад могли заехать. Что там внутри, мне отсюда не видно, надо посмотреть. Рука потянулась было к «хеклеру», но в последний момент остановилась. Там люди могут быть, а на людях броники бывают. Не панацея, конечно, но все же… Кто-то же отстрелял тех мертвецов, что валялись у стены: у них всех в головах дырки от пуль видны были.

Схватил М-4, благо «почи» с магазинами к этому автомату у меня на разгрузке висели, эдакими диковинными камуфляжными пятнами на черном фоне. Автомат ухоженный, недавно чищенный, авось не заклинит. Воюет с ними как-то вся американская армия, хоть и жалуется. В руках-то он ухватистый и стреляет ничего – кучно так, сейчас проверил.