– Подожди, значит и ты так же шёл к власти?
– мрачно выдавила я.

– Очень бы хотел сказать, что нет. Что я образчик честности, доброты и справедливости, но нет. Буду с тобой честным - я почти такой же, как и все, - сказал метаморф, в упор глядя на меня.
– Только у меня целью была не власть, а месть. Поэтому я и начал объяснения с отца. Дело только в нём. Здесь тоже придётся сделать небольшое отступление от рассказа, чтобы дальше лучше понять мои мотивы. Видишь ли, у нас существует строгая иерархия. На вершине всего стоит Совет, в котором есть глава и пятнадцать Старцев. Это высшая ступень в нашем сообществе. Совет контролирует абсолютно всех метаморфов и его решения обсуждению не подлежат. Решения эти принимают голосованием, точно так же, как выбираются Старцы и глава. То есть, в идеале считается, что мы как бы сами выбираем себе вожаков. Эти выборы проходят раз в сто лет. Затем чуть ниже идут главы общин. Этих общин всего десять на весь мир и территории огромны. Роман как раз и есть глава одной из общин, а я - его правая рука. Таких, как Роман и я, выбирают раз в пятьдесят лет. Общины в свою очередь делятся на регионы, где тоже есть свои главы, которые подчиняются главам общин. Их выбирают раз в двадцать пять лет. Ещё ниже стоят...

– Если не существенно важно, то можешь не продолжать, - перебила я.
– Приблизительно я понимаю, как идёт деление. Это как у нас президент, губернаторы, мэры и так далее. Да?

– Верно. И чем ниже должность, тем меньше срок у власти, - Лука кивнул.
– Но борьба на всех ступенях идёт одинаково жёстко. Мой отец начинал с самых низов и, борясь за власть, не гнушался любыми средствами, но при этом реально оценивал риски, и когда-то потеряв одного из сыновей, больше такую ошибку не совершал. Хотя у нас это распространённое явление, когда пробиваясь к власти, отец тянет за собой и сыновей. Мой же, потеряв первого ребёнка, решил остальных не подставлять под удар и даже больше, скрывал, что у него есть дети. И это же в последствие сыграло против него самого. Всех, кто у него рождался, он прятал. И чем выше забирался, тем скрытнее становился. Меня, например, даже у матери забрали и отдали в детский приют, к людям... Впрочем, об этом позже. Так вот, он оберегал нас, как мог, чтобы убрать все рычаги давления на себя, и это получалось. Только вот не учёл он одного, что, не имея родни, подставляет себя по-другому. У нас остерегаются убивать других морфов, зная, что отпрыски обязательно отомстят, а так как считалась, что у отца родных нет, его без раздумий пустили в расход...

– И сделал это Роман, - вставила я.

– Именно так, - подтвердил Лука.
– Роман на тот момент был его правой рукой и успел хорошо себя зарекомендовать. А грамотно и вовремя убрав моего отца, он занял его место. У нас такое, как я уже говорил, без внимания не оставляется и мы, дети, должны были отомстить за отца. Правда, убить просто так Романа мы посчитали слишком незамысловатым вариантом и решили сделать с ним то, что он проделал с нашим отцом. Для этого пришлось разработать сложный план мести и постепенно идти к его исполнению. В виду того, что мне никто не покровительствовал, требовалось начинать путь с самых низших ступеней и двигаться вверх не одно столетие. И вот представь, что ты долгое время идёшь к своей цели, ведёшь скрытую борьбу, лжёшь на каждом шагу, уходишь от ловушек того же Романа... Что ты так на меня смотришь? Думаешь, Роман жаждал меня видеть рядом?
– метаморф хмыкнул, увидев, что я с недоверием смотрю на него.
– Этот ублюдок не первый срок стоит во главе общины и планировал там остаться, пока в Совете не освободится для него местечко. А чтобы остаться, необходимо убирать всех конкурентов, то есть своих помощников. Он такое уже не раз проделывал. Когда до очередных выборов оставалось совсем чуть-чуть, он дискредитировал свою правую руку и таким образом оставался единственным сильным и достойным претендентом на место главы общины. И со мной он пытался сделать то же самое, потому что выборы через три месяца. Но я хорошо изучил и его, и методы, которым убирались другие помощники, а чтобы получить карт-бланш на выборах и убрать Романа, знал, что лучший вариант - это достать браслеты...

– Поэтому ты нашёл меня, - сухо продолжила я.
– И сейчас фактически признаёшься, что использовал меня.

– Ириша, я использовал тебя лишь первое время... Вернее, да, мне хотелось, чтобы ты достала браслеты, но постепенно не это стало самым важным.

– Ладно, это я понимаю. Браслеты вам нужны и вы на многое пойдёте ради них...

– Ну, если быть до конца откровенным, браслеты не так уж и нужны. За время, пока они у Салазара, метаморфы нашли, как без них обходиться. Тут важно было их вернуть, чтобы заработать дополнительные очки на выборах. Причём важно как мне, так и Роману, - прервал Лука.
– И понимая, что Роман в любом случае попытается меня убрать, пришлось проявлять дополнительную осторожность, особенно с тобой... Ты, если честно, вообще разрушила все мои планы и заставила их сильно поменять... нет, даже не сильно, а кардинально, - он улыбнулся.
– Но я нисколько об этом не жалею. Однако даже с этими изменениями я не мог позволить себе рассказать всё. Если бы Роман хоть на секунду подумал, что ты что-нибудь знаешь, я ни за что бы тебя не уберёг. Одного твоего взгляда бы хватило, чтобы он всё понял и тогда любым способом старался бы вытянуть из тебя знания моих планов... Нет, конечно, если бы я знал, что он сорвётся и начнёт действовать, я бы всё тебе рассказал, чтобы избежать проблем, которые сейчас возникли. Но я надеялся, что всё же переиграю его, хотя приготовился на все случаи. А самое важное во всём этом, что я не желал отягощать своими проблемами и желал для тебя жизни в любви и спокойствии. Ты ведь и так многое перенесла. Сначала авария, сомнамбулизм, уход мужа, потом узнала о подмене и нас, после смерть мужа и его похороны, столкновение со свекровью, обучение, как сновиды... Слишком многое в твоей жизни случилось за короткий период и я не хотел тебя волновать ещё и происходящим вокруг.

– Скажи уже прямо - боялся, что я не выдержу и начну истерить, и таким образом выдам тебя, - презрительно вставила я.

– Не истерить, а скорее допустить какую-нибудь оплошность, которая выдаст мои планы и ещё больше насторожит Романа, - мягко поправил он.
– Поверь, он бы и пытками не погнушался, чтобы узнать всё. Так что недомолвками я, как мог, старался тебя обезопасить.

Лука замолчал, с надеждой глядя на меня, а я задумалась. "Знай я всё сначала, смогла бы вести себя так, как будто ничего не ведаю?... Боюсь, что нет. Роман меня всегда бесил и уж точно однажды бы я посмотрела на него со злорадством, или даже ляпнула что-нибудь двусмысленное. Или даже хуже, когда Роман принял облик Луки, начала бы с ним обсуждать месть и раскрыла все планы. Так что Лука, с точки зрения логики, поступил правильно, что молчал. Но всё равно, меня злит его недоверие! Нужно проучить его, чтобы впредь так не делал!".

– Твои слова насчёт молчания, не убедили меня. Это, конечно, хорошо, что ты желал меня защитить, но по факту, всё выглядит так, как будто ты использовал меня втёмную, - недовольно сказала я.

– Ира, я осознаю, как всё выглядит с твоей точки зрения, - виновато произнёс он.
– Но ничего уже изменить нельзя. Как случилось, так случилось. Могу пообещать лишь одно - больше я так поступать не стану.

– Точно? Не будешь?
– строго спросила я.

– Не буду, - он улыбнулся и, наклонившись ко мне прошептал: - По глазам вижу, что простила меня, так что скажи своим церберам, чтобы оставили нас вдвоём, и я покажу тебе на деле, как сожалею о случившемся, а заодно ещё не раз попрошу прощения.

Поняв, что Лука имеет в виду, я ощутила, как меня моментально бросило в краску и стало очень жарко, когда я представила, как он просит прощения наедине. "Но не выйдет. Салазар ясно дал понять охране, чтобы они меня не оставляли. Даже если я начну на коленях ползать и умолять их, они не уйдут. Так что и не стоит пытаться", - с сожалением подумала я, а вслух холодно сказала, чтобы ещё немного помучить Луку:

– Не нужны мне просьбы о прощении, тем более такие. Сексом доверие не заслужишь. Да и мало он меня сейчас интересует.

– Нужны, - хитро протянул он.
– А насчёт интереса - твоё тело говорит обратное. Дыхание сбилось, щёки порозовели и ты начала облизывать губы, а это говорит как раз о том, что ты хочешь меня. Да и не сексом мы будем заниматься, а любовь, - добавил он, а потом громко крикнул: - Архип!

То, что случилось в следующее мгновение, испугало меня. Неожиданно одна из дверей в номере, и входная, открылись, и в комнату ворвалось пять метаморфов. В две секунды они скрутили мою охрану и быстро вывели их из номера, оставив нас с Лукой.