О чёрт!

Кэссиди была так взволнована, что обнимала Бранта. Обнимала самого гнусного ублюдка, когда-либо ходившего по земле. Проливавшего в прошлом много крови. Сначала король стоял, как статуя. Затем он тряхнул головой и улыбнулся. Брант улыбнулся. Это было маленькое чудо. Он мягко положил руку на спину Кэссиди и даже обнял её.

Йорк не сдержал смешок. Всё почти получилось… Неожиданно смущенный вид Бранта сменился на озадаченный, и на его лбу появилась морщинка.

— Что это значит? — прорычал он.

Кэссиди отскочила назад, издавая лёгкий прерывистый вздох. Йорк потянул её за себя так, чтобы оказаться между его женой и его же королем. Он не смог сдержаться, когда его руки сжались в кулаки.

— Почему ты, блядь, врешь? — Прорычал Брант. — Какую цель пытаешься достичь?

— Мой лорд? — Йорк не знал, что имел в виду его король.

— Эта женщина не бесплодна. — Глаза Бранта прищурились, а кулаки сжались.

Настала очередь Йорка хмуриться. Он взглянул через плечо на Кэссиди, которая выглядела так же потрясённо и растерянно, как и он.

— Её запах, — прорычал Брант, указывая рукой на Кэссиди. — Если она бесплодна, то у меня крошечный член. — Фыркнул он.

Йорк повернулся и поднял Кэссиди на руки. Она ахнула, но не попыталась отстраниться, когда он уткнулся носом в её шею. Он глубоко вздохнул.

Блядь!

Йорк зарычал. Его член мгновенно набух, а сердцебиение ускорилось. Адреналин в крови зашкаливал. Его первым порывом было забросить его женщину на плечо и найти ближайшее укромное место, чтобы основательно оттрахать её. Но он сопротивлялся этому… пока.

— Пахнет так чертовски хорошо. — Его голос казался хриплым даже для его собственных ушей.

— Что? — Кэссиди толкнула его в грудь. — Что происходит? — Она облизнула губы, её красивые глаза были распахнуты в лёгком испуге.

— Эм… Кэсс… — Йорк усмехнулся. — Хотела бы ты забеременеть? — Волнение охватило его.

Смущение и боль отразились на её нежных чертах лица. Глаза её затуманились, и на её лице появились морщинки.

— Не говори этого. Я хотела бы иметь ребенка, но я же говорила тебе, что не могу… Я не овулирую. Даже самые сильные лекарства от бесплодия не сработали. Пожалуйста, Йорк, не говори так, это несправедливо. — Её губы дрогнули.

Брант усмехнулся.

— Всё, что я могу сказать, так это то, что у нас самое сильное грёбаное семя.

Йорк проигнорировал своего короля и взял Кэссиди за подбородок.

— Я бы никогда так не сделал. Ты в начале своей горячки. Раньше я не мог её почуять, и сейчас она почти не пахнет, но это происходит… — Он не мог не улыбнуться.

Её смущённое выражение стало ещё более выраженным.

— Я не понимаю, о чём ты говоришь. Что, чёрт возьми, такое горячка? На улице очень горячо, но я не знаю, какое это имеет отношение ко мне или к детям.

Брант подошёл к своему разрушенному столу и порылся в обломках. Он слегка хихикнул.

— Горячо на улице, — пробормотал он, покачав головой.

— Не смотри так взволновано. — Йорк обхватил её лицо обеими руками. — Ты входишь в фертильную часть своего цикла.

— У меня нет фертильной части моего цикла. У меня нет цикла… периода. — Она попыталась отстраниться от него. — Прекрати этот сумасшедший разговор.

— Не двигайся. — Он положил руки на её бедра, удерживая её так, чтобы она не могла уйти. — Мы с Брантом можем почувствовать запах того, что ты готова произвести яйцеклетку. Мы называем это войти в горячку, а вы, люди, называете это овуляцией.

Кэссиди прищурила глаза, всё ещё хмурясь.

— Ты имел в виду овуляцию?

— Да, именно это я имел в виду.

— Подожди минуту. Ты хочешь сказать, что чувствуешь в моём запахе, что я собираюсь овулировать?

Йорк кивнул.

— Да, это уникальный и неповторимый аромат, который ни с чем не спутать. Он заставляет меня хотеть трахнуть тебя прямо сейчас.

— Это мой офис! — закричал Брант. — Даже не думай об этом.

Йорк продолжал игнорировать своего короля, всё его внимание было сосредоточено на женщине перед ним. Его женщине. Она нахмурилась. Он видел, что она всё ещё думает. Края её губ приподнялись вверх в зарождающейся улыбке.

— Ты уверен? — Её голос был хриплым.

— Абсолютно уверен, Кэсс. Ты будешь способна зачать в течение следующих нескольких дней. Мы могли бы зачать ребенка. — Его сердце бешено колотилось со скоростью примерно миля в минуту. Он сжал челюсти, чувствуя, как в нём поднимается волна эмоций. Мысль о ребенке с этой удивительной женщиной делала с ним безумно странные вещи.

Её сердце затрепетало, а дыхание стало немного прерывистым. Похоже, у неё может случиться паническая атака или что-то в этом роде. Её взгляд опустился и остановился на полу. Он не мог понять, что она чувствует или думает.