Некоторое время Лаура хранила молчание. Наконец она произнесла:

— Ты был прав. Я никогда этого не забуду. Я не могу представить другого места на планете, где было бы так же красиво.

А Ник не мог представить другой женщины, более восхитительной, чем та, что сейчас стояла рядом с ним.

— Если хочешь знать правду, — дрожащим голосом сказала она, — вся эта поездка изменила мою жизнь. Когда я буду уезжать, мне кажется, я оставлю здесь частичку своего сердца.

Ее слова щемящей болью отозвались в его сердце.

— Давай пока не будем говорить о твоем возвращении в Штаты. У меня есть идея. Почему бы нам не остановиться на эту ночь в небольшом отеле, который мы прошли минуту назад?

Лаура, вздрогнув, обернулась. Она была поражена.

— Мы возьмем номера с видом на море. Я хочу, чтобы ты увидела, как утром всходит солнце. Я поставлю будильник, и мы сможем насладиться этим зрелищем с террасы. Поверь, оно стоит того. Лаванда придает особенную красоту этому месту, многие великие художники пытались запечатлеть этот вид…

Лаура смотрела на него. Ник физически ощущал, как стремительно бегут ее мысли.

— Мы ничего с собой не привезли.

— Кроме нас самих. — Его сердце гулко стучало в груди. Она не сказала «нет». Он задержал дыхание. — И какое это имеет значение? Всего одна ночь.

Их время кончалось. Огорчение Ника ее приближающимся отъездом росло с каждой секундой. Если им суждено попрощаться навсегда, пусть это случится здесь.

— Я бы хотела остаться, — тихо сказала она.

Выплеск адреналина мешал ему дышать. Ник не мог поверить.

— После того как позавтракаем на террасе, мы вернемся на виллу. У нас будет время, чтобы собраться и приехать к поверенному ровно в десять.

Лаура кивнула.

Вместе они вернулись к прелестному небольшому отелю. Ник взял два номера рядом на втором этаже с видом на море и внимательно посмотрел на нее:

— В номерах есть кофе и чай. Ты не хочешь заказать чего-нибудь еще?

— После нашего замечательного ужина, боюсь, я просто не смогу ничего съесть. Но спасибо за заботу.

Ник взял ключи и протянул ей один. Они начали подниматься по винтовой лестнице.

— Я зайду через пять минут, чтобы пожелать тебе спокойной ночи.

Лаура зашла в номер и закрыла дверь. Ей стоило сказать Нику, что она хочет вернуться на виллу, но, когда она подумала о том, что больше никогда его не увидит, слова остановились у нее в горле. Ее охватила такая грусть, что темнело в глазах.

Лаура убеждала себя, что ночевать здесь в разных комнатах — все равно что жить на его вилле. Но все было по-другому.

Пусть остальной мир не знает, что происходит, но она-то знала! Она отчаянно влюбилась в Ника. Ей хотелось быть с ним всегда и везде. Но между ними стояла Дорин. И остаться сейчас с ним на ночь было неправильно.

Она не может этого сделать!

В следующую минуту Лаура распахнула дверь и тут же столкнулась с его мускулистым, крепким телом.

— Ник, — прошептала она сдавленным голосом.

Вид у него был измученный.

— Давай вернемся домой.

— Я заметил чувство вины в твоих глазах. Еще до того, как ты закрыла дверь.

Он понимал ее слишком хорошо.

— Прости.

— Нет. Это ты меня прости, что поставил тебя в такое двусмысленное положение.

— Я же пришла сама, не забывай об этом.

— Тем не менее этого больше не повторится, — твердо сказал Ник. — Тебе нужно что-нибудь забрать?

— Только мою сумку.

— Тогда я жду тебя внизу. Не задерживайся.

Хотя Лаура и испытывала облегчение оттого, что они уезжают, душа ее рвалась и рыдала от сожаления: она только что сама испортила ночь, которую они могли провести вдвоем, подальше от чужих глаз. Чтобы не передумать, она решительно взяла сумку и поспешила вниз. По пути к машине они молчали.

— Ник, — не выдержала Лаура, когда вернулись на побережье. — Ник, я…

— Не говори ничего.

— Я должна! Мы обсуждали это на катере. У меня не хватило мужества сказать тебе, что я хочу вернуться домой, сразу же после того, как мы попрощались с Ивом. — Она опустила голову. — Я не стану отрицать, что ты мне очень нравишься. Я хочу, чтобы эта ночь никогда не заканчивалась. Мне странно это чувствовать. Я думала, Адам что-то для меня значит.

— Лаура… — произнес Ник сквозь стиснутые зубы.