— Нельзя смеяться над нашими ценностями! — торжествующе кричал лорд умирающему от боли.

А у Боруха Никаноровича не было ценностей – ни положительных, ни отрицательных. В страданиях он не видел смысла. В какой-то момент изнуряющая боль прекратилась. Профессор с удивлением увидел со стороны свое мертвое тело, и темного духа рядом с собой.

— Ну, что, Борух Никанорович, — сказал ему дух, — вы можете сейчас пойти со мной на место вечного мучения, а можете отложить этот поход, и помучить пока других людей. Что вы выбираете?

— Вы это всем предлагаете? – поинтересовался Свинчутка.

— Нет, очень редко. Мы можем материализовать ваш дух, чтобы вы еще какое-то время продолжили свою работу на земле.

— А как я буду выглядеть?

— Так же, как и раньше. Но при этом вы будете неуязвимы.

— А как произойдет материализация?

— Дело в том, что для материализации духа нужна наиболее соответствующая ему консистенция. Вас в гробу положат в склеп, под ним прорвет канализацию, источники из которой разорвут в клочья ваш гроб, растворят ваше тело, как сахар в чае, чтобы сделать его уже обновленным, состоящим из… ну, вы сами догадались?

— Как это возможно?

— Это очень сложный научный опыт, доступный разуму, намного превосходящему человеческий, как вы понимаете. Зачем вам детали?

— Но, наверное, вонь будет сильная? А вдруг я из-за этого не смогу работать?

— Вонь будет от ваших поступков, но не физическая.

— И что я должен буду делать?

— Точно то же самое, что и раньше. Единственное – вы должны будете представляться тем, из чего будете состоять – это обязательное условие.

— Не будет ли это мешать работе?

— Как ни странно – нет.

— И как долго я буду в этом качестве?

— Мы хоть навсегда бы оставили… Но есть другие Силы… — голос духа стал недовольным, — ну, вы понимаете, какие.

— Интересное предложение, — кивнул Борух Никанорович и согласился.

А дальше все произошло так, как обещал ему демон. Сэр Джеймс, заглянувший через некоторое время в склеп, подумал, что Свинчутку унесло в канализацию. Как же он удивился, когда тот через некоторое время зашел к нему в кабинет сквозь стену, и дал ряд указаний, что говорить о нем!

… И вот уже годы прошли, как бывший профессор находился в таком качестве. Иногда ему казалось, что лучше бы у него был опять рак, но прежнее тело. Он получил очень большую власть над многими людьми, но намек даже на самую гнусную и ничтожную радость или удовольствие навсегда ушли из его жизни.

Крупный провал Свинчутки

Борух Никанорович, как частенько это бывало вечерами, ужинал с губернатором. Еда не доставляла ему удовольствия: стоило ей попасть ему в рот, как она превращалась в ту же консистенцию, из которой он состоял сам. Однако некоторое подобие удовольствия, Свинчутке доставляло ощущение того, что нечто похожее испытывает и его сотрапезник, которому передавалась часть энергетики супергероя.

— Так что, Борух Никанорович, понравился вам Орест? – с отвращением пережевывая еду, спросил губернатор.

— Таки понравился! Думаю, что он восполнит мою боль от тех потерь, которые на днях выпали на мою долю.

— Это вы о чем?

— О Министерстве обороны, о чем же еще… Сколько туда удалось внедрить моих учеников, некоторые из них были уже посвященные, готовые принять такую же сущность, как у меня…

— Какую сущность?

— Ах, да, я оговорился… Что не скажет расстроенный старик? Ведь сколько всего они сумели сделать: я не говорю о банальном разворовывании, это мелко. Но они смогли унизить военных, внушить многим, что экономисты – это лучшие командиры, чем боевые генералы и офицеры, что генералами могут командовать наманикюренные бабы, начали разрушать сеть учебных заведений Министерства обороны… И на тебе: новым министром назначили генерала! И все мои труды по воспитанию этого коллектива – пропали!

— Почему же так произошло?

— Потому что Президент России не такой, как я и мои ученики. Совсем не такой…

— А почему же у вас тогда хоть что-то получается?

— Потому что вокруг него много моих учеников, которые готовятся принять такую же сущность, как у меня, а многие, наверное, уже и приняли! Ведь я то же не все знаю! – повеселев, сказал Свинчутка.

— Какую сущность?

— А, неважно! – махнул рукой Борух Никанорович. – Давайте лучше выпьем!

И они выпили водку со вкусом той сущности, о которой говорил супергерой: сам он с подобием улыбки, а губернатор – сморщившись от отвращения, но не смея отказаться.

Семья своего рода

Эмма Эдуардовна со своим пятилетним сыном, которого она называла не иначе как «Андрей Борисович» и Орест Анемподистович жили в одном доме, но в разных квартирах, которых в нем было две. Это, с одной стороны, давало им возможность, когда это было нужно заявлять, что они живут одной семьей, а с другой – когда интересы дела требовали другой легенды, говорить, что они вообще друг с другом не соприкасаются. Тайна появления на свет Андрея Борисовича была, в общем-то, совсем не мистического характера.