– О чем ты? – я не понимала его.

– Для того заклинания, что ты использовала нужно иметь очень большую силу, ведь как бы человек заново рождается, пробуждаешь его.

– А ты можешь это сделать?

– Никогда не пробовал его применять, но думаю, что да могу. Но я свою магию развиваю уже семь лет, а ты только узнала о ней, и уже воспроизвела такое мощное заклинание.

– Да не грузи ее, - сказал Артем, который вернулся с печеньем, - держи свое печенье.

Я взяла корзинку со сладостями, и тут же забыла о магии, ну, что поделать я сладкоежка.

– Артем, ты просто волшебник, это самое вкусное, что я, когда ли бы ела.

– Не за что, - лучезарно улыбнулся парень, - ешь не заляпайся.

Я пропустила это мимо ушей.

– Ну, все я готов, поехали домой, - как ни в чем не бывало, сказал Сережа, что только что спустился.

– Эй, молодой, попридержи коней, точнее волков, - ехидно улыбнулся Артем, за что я смерила его убийственным взглядом.

– Не хочешь нам ничего рассказать, - продолжил Максим.

– Учитывая, что вы хотели меня убить, - он сделал вид, что задумался. – Нет, не хочу.

– Не советую нам хамить, волчонок, - сказал Максим.

– А я не советую ему угрожать, потому что будешь иметь дело со мной,- стрела в разговор я.

– Да, не советую злить эту ведьмочку, она очень изобретательна, - Сережа подмигнул мне.

Я лишь закатила глаза. Встала, поцеловала в щеку Максима, Артема за попу ущипнула, а Кириллу подмигнула.

– Пока ребята.

Пихнув, широко улыбающегося друга в сторону двери. Какой же он ребенок, но без него моя жизнь была бы скучной. Возле ворот нас окликнул Артем.

– Эй, красавица, - я обернулась, - я не могу позволить, что бы ты шла ночью домой, пусть и в сопровождение оборотня. Держи.

Он кинул мне ключи, я их чуть не уронила.

– Спасибо.

Тот ничего не ответил. Когда Сережа увидел машину, у него чуть челюсть не отвисла.

– Ущипни меня, какая малышка.

– Слюни утри, не хочу, что бы ты ими запачкал салон.

В ответ он пихнул меня в плечо, и намеревался сесть на водительское место.

– Нет, нет, веду я.

– Да сохранит меня господь, - перекрестился он, но без споров сел на пассажирское место.

Это была не машина, а мечта. Едва я коснулась педали газа, как она рванула с места, это большое счастье, что при выезде ни во что не въехала. Когда мы выехали из поселка, я решила задать вопрос, который мучил меня.

– Мне хоть расскажешь, что произошло?

– Я не помню, все как в тумане, вот я раздеваю девушка, а в другую секунда, она начинает кричать, и у меня желание ее разорвать, - он замолчал, ему было сложно говорить об этом.
– Я убил ее.

Я услышала то, что больше всего боялась услышать, я сделала из него убийцу. Хотелось рвать и метать, но я вовремя взяла себя в руки, закрыла глаза и лишь сильнее сдала руль.

– А почему ты побежал сюда? – вопрос возник внезапно.

– Я просто хотела убраться от туда. Ты единственный человек, которому я могу рассказать все, я учуял твой запах и шел по нему.

– Ух ты, не слабый у тебя нюх.

Он лишь слабо улыбнулся. Я и представить не могла как ему сейчас паршиво. Конечно, он все будет отрицать, но ему нужна помощь. И, кажется, я знала, что нужно делать. Когда я проехала нужный поворот, он заметил это.

– Мы поворот проехали.

– Я знаю, мы едем снимать стресс.

– Что ты задумала? – прищуренным взглядом смотрел на меня друг.

– Мы давненько, не сидели нашим трио.

– Ну, наконец, нормально выпьем.

– Кому что, набери ее, узнай, где она, - приказала я.

Пока он звонил, я думала можно ли как-то изменить то, что я натворила. Я резко почувствовала боль на груди, это было в области, где висел кулон. Я не могла к нему прикоснуться, он был как раскаленное железо. Было очень больно, но вдруг все закончилось.

– Она у себя на квартире, - он увидел мое выражения лица, и спросил, – Все в порядке?

– Да, - спокойно ответила я, - Надо захватить виски.

– У нее еще с прошлого раза осталось.

И то, правда, в прошлый раз, когда мы собирались красиво напиться, еще бутылочки три оставалось. Я прибавила газу, и через десять минут мы входили в дом Эмми.

– Сейчас будет веселье, - в предвкушение сказал Сережа.

Позвонив в двери, мы ждали, когда нам отроют. Когда двери открылись, мы наблюдали не очень радостную картину: Эмми стояла вся заплаканная, я обняла ее и спросила: