Шрифт:
– Васильева Полина, 19 лет. Вы, разве, ее не знаете?
– Нет.
– Хмм.. Странно.
– А Влада можно навестить?
– Я, думаю, вам сейчас лучше поехать домой. Парень в себя еще не приходил. Как очнется, мы сообщим. Оставьте мне свой номер только.
– Да, хорошо, – я машинально продиктовал врачу свой номер. – До свидания.
– Всего вам хорошего.
– Тем, ты как? – спросила меня Женя.
– Не очень. Хорошо хоть, что у Толи и Никиты все в порядке.
И тут я понял, что сказал. Мы с Женей переглянулись и, поняв друг друга без слов, рванули в машину.
– Как мы могли забыть? – винил себя я.
– Сколько времени? – спросила вдруг Женька.
– Ох, ты ж ё!
– Что?
– Почти 4 утра!
– Твою мать! – выругалась она.
– Не ругайся. Ты же девушка.
– Прекрати, пожалуйста, – попросила меня Женя. – Лучше за дорогой следи.
– Слежу я, слежу.
– А то не хватало еще и тебе в больницу попасть.
– Все будет хорошо.
Домчались мы быстро, выскочили из машины и помчались в дом.
– И что у них тут было? – раздался вопрос Жени.
– Ну, думаю, они неплохо провели время. Только вот где они?
– Есть у меня одна мысль, – загадочно сказала девушка и направилась в сторону оной из комнат.
Я последовал за ней. Она не ошиблась. Эта парочка мило сопела. Никита обнимал Асю.
– Какие милые, – улыбнулась моя любимая.
– Это надо запечатлеть, – сказал я и потянулся за телефоном.
– Может, не надо? – улыбнулась Женя.
– Почему? – удивился я.
– Просто я уже представляю, что тут будет утром, – тихонько засмеялась она.
– Ахах, ты права. Но я рисковый человек, – я все-таки зафоткал мелких.
– Ладно, пойдем тоже спать, – шепнула мне на ушко девушка.
Я же притянул ее к себе за талию и страстно поцеловал. Она ответила, но ожидать чего-то большего мне явно не стоило.
– Жень, что между нами происходит? – оторвавшись, спросил у нее я.
– А ты как думаешь?
– Это явно уже не просто дружба, а нечто большее. Но почему мы не можем быть вместе? – я все не отпускал ее.
– Тем, пожалуйста, пойми. Я недавно потеряла почти мужа. Он был для меня всем. Честно говоря, не думала, что когда-то смогу еще любить. Но сейчас не время думать об отношениях. Пойми, пожалуйста. Я боюсь потерять тебя, – Женя посмотрела мне в глаза, и я понял, что она честна со мной.
– Я тоже не хочу тебя терять, – признался я.
– Тем, пойдем спать. Утро вечера мудренее.
– Пойдем, – она взяла меня за руку и повела к себе в комнату.
Мы легли. Женька прижалась ко мне, а мне не оставалось ничего кроме, как обнять ее. Девушка прильнула к моим губам, а, оторвавшись, прошептала:
– Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, – ответил ей я и заснул.
Проснулся я от криков внизу. Разбудил Женю, оделся и спустился вниз, чтобы разобраться, что происходит.
– Это все из-за тебя! – сидя на полу кухни, ревела Ася.
– Я-то тут при чем? Ты сама его вчера разлила, – отнекивался Никита.
– Что за шум, а драки нет? – спросил я, подходя к кухне.
– Стооой! – закричали одновременно мелкие, и я остановился.
– Да что тут происходит?
– Молоко, – сквозь слезы ответила Ася.
– Ты как? – спросил ее Никита.
– Нога болит.
– Аккуратней нужно быть, – парень подошел к девушке и взял ее на руки.
Он отнес ее на диван в гостиной и усадил на него.
– На кухню не ходи, – крикнул мне по дороге Никита.
– Ну, хорошо, – я пошел следом за ним. – Что с молоком-то?
– Доброе утро, – спустилась наконец-то Женя.
– Молоко, – ответили хором Никита с Асей.
– Да что с молоком-то? – никак не понимал я.
– Кажется, я поняла, – загадочно сказала Женя и пошла в сторону кухни.
– Что не так-то? – потопал следом за ней я.
– Посмотри, – девушка указала мне на пол.
Я не додумался посмотреть вниз и просто пошел, за что и поплатился. Буквально через минуту уже сидел на полу.
– Что это было? – не понял я.
– Молоко, – засмеялась Женя.
И тут наконец-то до меня дошло. Дети вчера настолько заигрались, что пролили молоко и не вытерли его. Видимо, утром эта парочка пошла на кухню, а Ася поскользнулась и упала.
– Вот я тупой, – засмеялся уже я.
– А вы во сколько вчера пришли? – вдруг донесся крик из комнаты.
Я встал и, взяв Женю за руку, пошел в гостиную.
– Где-то в половину пятого. А что?
– Где вы были-то? Аааа.. че это я? Вам же, наверно, было, чем заняться, – намекнул Киоссе