Утром я стоял у конюшни во всеоружии и запихивал сундучок, обратно в сумку седла Вереска. Конь увлеченно чистил перья, чем несколько мне мешал. Это он специально стойло перегородил, что бы я до сумки не дотянулся. Правда я просто перелез через крыло, за что поймал удар сложившимся крылом в спину, слабенький правда, а в броне вообще не ощутимый. — Менестрель? — Я здесь! В конюшне! — Я крикнул Леголасу, что подходил к воротам конюшни. — Это что? Вереск? — Леголас узнал моего коня. — С каких это пор у лошадей крылья растут? — Если пить дорвинионское вино с утра, у коней не только крылья расти будут. А если серьезно, то я же чародей и зверь у меня тоже должен быть волшебный! — Я весело потрепал коня по гриве. — Отряд готов? — Да. Сейчас, только лошадей выведем и можно отправляться, Лес нас пропустит. — Леголас с трудом оторвал взгляд от Вереска. — Прекрасно, я тоже сейчас подпруги проверю и выведу коня во двор. — Чем я и занялся. Эльфы начали выводить лошадей. Нас всего четверо? Не малова-то ли? Уловив мой вопрашающий взгляд, Леголас пояснил: — Меньшим отрядом быстрее и мы привлечом меньше внимания. — Так. Вы все лучники, а в тяжелой броне и с полуторным мечом, лишь я один... Ладно, это твой выбор. Кстати, держи колчан. — Я высказал свое “фи” и снял с плеча колчан Леголаса. — Стрелы не заканчиваются, если вытащишь стрелу из колчана, за двадцать минут нужно выстрелить иначе она все равно исчезнет. Стрелы постоянно создаются новые, абсолютно одинаковые. Они с обычным белым оперением и с виду колчан выглядит полупустым. Это место для обычных стрел, расширенное магией пространство, позволяет носить еще до восьмидесяти стрел, советую взять хоть немного бронебойных. В горах я встречался с медведем-оборотнем, а еще там живут горные тролли. — Благодарю, это будет весьма полезно. Я часто безвозвратно терял стрелы ломая их об орочью броню. — Леголас закончил застегивать ремни и пошел в арсенал. Кони гружены всем необходимым, спальные мешки, котелки для еды, небось еще и запасы провизии и лекарств. Мирувор точно, сие зелье, как горячительный напиток и исцеляющеее в одном флаконе, меня им в Имладрисе и отпаивали. Я осмотрел двух лучников, я их прежде не встречал, сильван и синдар, оба видимо из отряда самого Леголаса в его бытность командиром. Зеленые туники, серые легкие плащи для маскировки в горах, луки, короткие клинки. Рейнджеры или скорее следопыты. — Охотники за пауками? — Я спросил кивая на их оружие. — Да, некогда, мы хорошо показали себя в глазах анарена, он не в первый раз ведет нас за границы Зеленого Леса. — Синдар оказался смелее и ответил первым. Кивнув на Вереска, он спросил: — Ваш конь действительно летает? — Еще как, ему нравится это дело, но с вами я буду перемещаться по земле, ни к чему привлекать внимание. — Вереск возмущенно заржал от этой новости, пришлось его успокаивать. Мясом. Эльфы недоверчиво переглянулись. Хех, пусть им потом Элдеран расскажет, что другие мои кони вместо еды употребляют! Леголас вернулся, я увудел в его колчане кроме белоперых, еще и стрелы с зеленым оперением — зеленолесские, и десять стрел с сине-серебряным оперением — бронебойные. У меня обычные призывные стрелы с синим оперением и пятьдесят бронебойных в расширенном пространстве. Обычными стрелами я не пользуюсь принципиально. — Все готовы? Тогда отправляемся! — Леголас вскочил на белую лошадь, и мы последовали его примеру. Проходить через лес было куда легче, чем когда он пытался меня прогнать, если не убить, а принца лес определенно любил. Пройдя под знакомой мне аркой, я с удивлением заметил не в далеке чей-то дом. — Там кто-то живет? — Я спросил у Леголаса. Тот увидев дом нахмурился и ответил: — Это Беорн, человек меняющий свою шкуру на медвежью, мне не часто доводится видеть его. — Медведь-оборотень? Интересно, видимо он достаточно разумен, что бы окончательно не уподобляться зверю. Мой первый и последний лже-медведь лишился головы, не хотелось бы повторять опыт и уворачиваться от когтей и зубов. — Беорн мирный, если его избегать. С ним проживает стая обычных медведей, вот кого действительно следует опасаться. Беорн теряет разум только ночью, видимо это плата за сохранение человечности днем. Леголас погнал лошадь вперед, обходя по широкой дуге дом оборотня. Я осмотрел пасеку и пастбище, действительно на удивление цивилизованный оборотень. Из трубы на крыше дома валил дым и в окне я увидел тень огромного человека, тот настороженно провожал нас взглядом. А собаки-то у этого великана, не собаки вовсе. Оборотни Саурона... впрочем это не мое дело. А вот и горы, что ж. Хм. Тропинка протоптана весьма неплохо. Медведями. Я осмотрелся по сторонам но косолапых не увидел. Хорошо. Идем долго и медленно. В горах иначе нельзя, даже эльфу, а тем более на лошади.

Убегает дорога вперед и вперед,

Уходя от родного порога,

И уйду я по ней далеко на восход,

А оттуда — подальше немного.

Расширяется мир, разветвляется путь,

Я шагаю, шаги убыстряя,

Где придется на этом пути отдохнуть,

И куда он ведет — я не знаю.

Премся третий день, надеялись за сегодня добраться до подножия, но не успели. Темнеет, значит скоро следует ожидать гоблинов. — До темноты не успеем всего немного, думаю становиться на отдых это лишнее. — Я поделился мнением с остальными. Леголас осмотрел местность. — Ты прав, следует поторопиться, скоро гоблины вылезут из своих пещер. — Мы последовали дельному совету. Солнце скрылось и мы на всякий слчай взяли в руки луки. По Урфаэлю и его свечению рун, я понял что мы больше не одни. — Гоблины рядом, шагов тридцать не дальше, хоть в это и трудно поверить. — Я тихо пробормотал, знал что эльфы меня услышат. Я осмотрел склоны гор сверху и принюхался, иногда и такое помогает. Внезапно Вереск остановился как вкопанный. Я получил от коня мыслеобраз волчией ямы и муравейника. Ловушка под землей значит. — Под нами впереди ловушка, там наверное гоблинские туннели, вот почему самих гоблинов не видно. Внимательнее смотрите под ноги. — Пришлось предупредить эльфов. Мы спешились и аккуратно повели коней в обход, тропа оказалась кем-то перерытой при ближайшем рассмотрении. Избегая ровных поверхностей мы спустились с гор, добравшись до подножия, за крутым склоном предположительно будет узкая тропа к Ривенделлу, дорог к этой долине ведет немного, но те что ведут через горы — самые опасные, а зимой и вовсе непроходимые. Сейчас осень и у нас был самый короткий маршрут. Из Лотлориэна добираться можно по полмесяца, взависимости от погоды, по мокрым скалам даже эльфу не пройти. А местные Эвересты — горы Келебдил, Фануидол и Карадрас, вообще малодоступны в любое время кроме жаркого лета. Эти горы как раз и перекрывают путь на юго-восток в Золотой Лес и человеческие земли Рохана и Гондора. — Сделаем привал в той роще. — Леголас кивнул в сторону деревьем и спешился. Ура! Есть в дороге верхом на лошади, несколько дней подряд, это уже чересчур. Мы завели коней под ветви деревьев и начали разгружаться. Сильван быстро подстрелил куропатку, что переполошнной стайкой покинуло рощу при нашем приближении. Мда. Еда сама к нам пришла, пусть я ничего и не имею против “консервов”, но запасы следует беречь, а поесть горячего никогда не помешает. Как оказалось для эльфа я весьма прожорлив — из-за активного использования магии, в Мордоре такого не замечал, впрочем там я из Урфаэля призывными не стрелял и кучу мощных артефактов не делал. Я услужливо помог счастливчику, ощипать заклинанием птичку. Да, знаю что полезно, но если чуток изменить формулу, можно и шкуру целиком содрать, впрочем зеленолесцы ничего против подобного в отношении врагов не имеют. — Жарим или варим? — Синдар деловито потыкал кинжалом птичью тушку. Мы с принцем хотели сварить, а сильван желал зажарить на палке. — Воды я наберу. Акваменти. — И котелок стал сам по себе наполняться водой. Сильван нарвал какой-то травы, а синдар нашел грибы. Леголас остался следить за лошадьми и окружающей территорией. Я зажег на ладони огонек Инсендио и посмотрел на собранную кучку хвороста. Протянул ладонь и пламя весело затанцевало на сухих ветках. — Весьма полезно. — Синдар посмотрел на получившийся костер, над которым в котелке закипала вода. — Не спорю. — Я принюхался к запаху грибов. Кусочки мяса птицы мы начали забрасывать в котелок. Готовое незамысловатое блюдо мы ели с помощью деревянной ложки и кинжалов. Синдар ушел заменять на посту Леголаса. Когда принц к нам подошел, я готов поклясться, что услышал тихое урчание... в животе принца. Под моим смеющимся взглядом он покраснел. Точно ребенок, Трандуил на его месте уже бы чего-нибудь съязвил. Принц героически вернув невозмутимость начал есть, медленно и пафосно, тщательно прожевывая. Я тихо захихикал, ему бы еще в руки полный сервировочный набор дать, а не ложку деревянную. Вылитый Малфой бы получился, уверен! — Не смешно. — Буркнул принц полным ртом. Я отвернулся улыбнувшись, ладно, пусть спокойно поест. Скоро до долины дойдем, там отдохнет и поест нормально. А я... ну, с распростертыми объятиями меня уж точно никто встречать не станет. Интересно, Белый Совет меня искал как Саурон? В прочем о чем это я — Галадриэль через зеркало, Саруман через палантир... С высокой вероятностью — Да, искали. Интересно, а Элронд освоил с помощью Вилья способность смотреть на местность, с помощью магии Воздуха? А то возможность заставить говорить правду, больше на владение осанве похожа, он ведь отчасти майар, но это мало связано с истиными силами одного из Трех. Мы затушили костер и тщательно убрали следы нашего присутствия. Оседлав коней, которые чуть ли на ходу не спали, мы приблизились к узкой дороге. Итак, резкий поворот и мы спускаемся по склону горы к долине водопадов. Ривенделл или долина Имладрис, как всегда прекрасен. Дозорные нас заметили и позволии проехать. Отлично. Кто это нас встречает? Знакомое лицо, эльф телери с обручем на голове. Линдир вроде, из знатного дома и менестрель местный, причем я слышал, он лучший после Дайрона. Чего это он на меня так выпучился? А. У меня же лошадь крылатая, да и броня видная, чего о короне и звезде Феанора говорить. Переборов сиюминутное удивление Линдир поклонился нам: — Приятно видеть вас в долине Имладрис, принц Леголас. — Мы поклонились в ответ, а Леголас сообщил: — У меня донесение Владыке Элронду от отца. Не подскажешь ли, где нам его найти? — Он сейчас в библиотеке с Митрандиром. Я доложу ему о вашем прибытии. — Окинув меня напоследок любопытным взглядом, менестрель ушел. К нам поспешили эльфы, что бы отвести лошадей в конюшню и ясное дело, что Вереск вызвал у них кратковременный ступор. Передав уздцы какому-то мелкому нолдору, я мысленно посоветовал коню вести себя вежливо. Вереск зафырчал и взъерошил перья, но мирно последовал за конюхом. — И куда нам? — Я спросил принца. Я в Риведелле кроме лазарета толком ничего не видел. — В зал Огня, там обычно накрывают большой стол для гостей, слуги потом отведут нас в комнаты. Однако сначала я хочу увидеть Владыку Элронда. — Темный менестрель... или я должен сказать Тьелперинкваро. — Какой... неожиданно и неприятно знакомый голос я услышал. Удостоверившись в наличии прочнейших щитов, я положил ладонь на рукоять Хроариста и скосил влево, позеленевшие глаза. Мда-с. Уши меня не обманули. Пиздец котенку. — Сенешаль Глорфиндель, приятно вас видеть. — Я натянуто улыбнулся эльфу в серебряно-золотой броне. Судя по взгляду меня хотят убить, ну или сильно покалечить.

====== Глава 28. Агрессивные переговоры. (Тайный Совет Элронда) ======

Люди в масках,

Так опасны здесь —

Но не столь как мы.

Тех кто знает,

Что скрывает ложь —

Правды не спасти.

Знаешь маски это люди — значит мы,

В этих масках правды жизни не спасти,

От игры коварной всем нам не уйти,

В масках ответов всех нам не найти.

Нам играть всю жизнь на сцене,

Обнажен как на арене.

Пугать и лицемерить и врагу поверить

В жизни как на сцене —

Взлет или паденье.

— К чему весь этот... маскарад? Зачем скрыл кто ты? — Глорфиндель был в боевой готовнасти, но начинать драку не спешил. — Отчего нет? От этого ничего бы не изменилось, про город я бы вам не сказал, просто вместо искалеченого жителя Эрегиона у вас на руках был его Король. — Я следил за его движениями, сенешаль старше меня... был когда-то, пока на тысячелетия не выпал из времени в Чертогах. Однако его боевые навыки заслуживают уважения, а магия ваньяр — опасения. — Может и так. Но ты отнял у нолдор надежду. Многие уплыли из-за потери твоего царства... — Зато они живы и не погибли на Дагорлаге. Они бы не достигли города, так или иначе, и уплыли бы просто уже после гибели Гил-Галада. Я же изгой, мой народ тоже, просто сейчас, тех кто нас осуждал больше нет, а мы получили чего хотели и это отнюдь не сильмарилы. Глорфиндель закаменел лицом, а я непроизвольно включил “Карающий Взгляд”. Мы стали медленно друг к другу приближаться и кружить на площади. Вокруг Глорфинделя начал мерцать воздух, а он сам и его латы испускать свет. Вокруг меня наэллектризовался воздух от магии и засветились синим руны на оружии, непроизвольно напитываясь моим светом. Хроарист со свистом покинул ножны, как и клинок сенешаля. Эльфы, что Ривенделла, что Зеленолесья отошли подальше. Мы не слышали их, кажется они что-то кричали. Я возвел купол что бы нам не мешали — Балрогоубийца против Драконоубийцы, мирным эльфам, между нами лучше не вставать. — Братоубиыцы, а ты к тому же еще и предатель! — Глорфиндель нанес первый рубящий удар, я ушел и ткнул Хроаристом ему в живот, эльф увернулся. Мы продолжили кружить подобно волкам, неподелившим территорию. — Свой народ я не предавал, лишь благодаря мне они живы. Братоубийцы? Ха! Кто по твоему орки, как не искаженные квенди? Все убивают себе подобных, эльфы не стали исключением, да, это тяжкий грех и наказание ему будет суровое, но не смей считать себя лучше других! — Я метнул кинжал и когда нолдор начал отмахиваться от него клинком, я вновь сделал укол Хроаристом, и когда сенешаль отпрыгнул, я метнул второй кинжал. Первая кровь моя! На землю упала окровавленная прядь золотых волос. Я отрезал височную косичку Глорфинделя с левой стороны. Сенешаль ухватился за меч покрепче и подойдя ко мне, обрушил на мой блок град ударов. От силы их мне начало отбивать руки. Подгадав момент, я пнул ногу на кторую оперся для очередного удара эльф. Депулсо! Глорфиндель спотыкнулся, полетев вперед и потеряв равновесие, пока он не пришел в себя я ударил его кулаком в латной перчатке по лицу. Не успел, эльф пригнулся и ударил локтем по нагрудной пластине, металл промялся... но не у меня. Чары доспеха не пропустят ни меча, ни пули, по сути сенешаль сейчас ударил локтем каменную стену. Эльф болезненно сжал зубы, на налокотнике была небольшая вмятина, а вот руке небось больно. — Ты служил Саурону, а ведь он погубил тысячи, тысячи эльфов! — Сенешаль взял меч в здоровую руку и стал пытаться меня подловить ложными выпадами. Я демонстративно материализовал кинжал в своей левой руке. Глорфиндель тут же увеличил дистанцию. Мы начали кружить по новой. — Не защищай эльфы потомков Нуменора, ничего бы не было. Саурон был врагом только людям. Дикарям, которых он хотел сделать подобными Югу и Востоку, у тех есть города, своя культура, и они не дикие звери. Нуменор же был полон самодовольных идиотов без страха и чувства меры! — Я стал безостановочно наносить удары двумя оружиями. Эльфу с трудом удавалось избегать косых росчерков и сотрясающих блоки ударов. — Гондор, собирая под собой разрозненные человеческие поселения, мог бы стать таким же! Исильдур! Не он ли или его потомки могли стать новыми Ар-Фаразонами? Кольцо Саурона раздувает искру темного желания в пламя безумия, но эта искра должна быть изначально! — Я пропустил по своему клинку магию, отчего при следующем блоке Глорфинделю пришлось пасть на колено, взметнув тучу пыли. — Вы все похожи — у вас всех есть искра, вы все тайно желаете власти. Колца которые я просил уничтожить, дабы у Саурона не было лишнего повода обращать внимания на нас, почему-то целы! А вы ведь ими даже не пользуетесь! Не умеете! Так зачем они вам? — Я разорвал дистанцию, Глорфиндель сумел ослепить меня вспышкой света. — Враг или как вы там называете Саурона, он даже не понадобится. Ваш страх и ненависть сами могут раздуть эту вспышку в ваших сердцах. Вы станете не лучше назгулов, а то и хуже — орками! И Единое тут будет ни при чем! И из-за кого? Из-за людей? Не верю, большинству плевать на них! Бабочки однодневки! Дело в страхе! Вы слабы! И не стремитесь стать сильнее! Пользуетесь какими-то костылями, что я создал как инстументы дабы понять как устроен этот мир! Инструмент исследования и созидания, а не оружие! — Я продолжил увороты и ответные огрызания Хроаристом. — Даже для Гортхаура его кольца были инструментом — инструментом порабощения. Три кольца были ошибкой, которая увы не может быть исправлена мной! Менять лик Арды вы не сумеете, а цепляться за них как утопающий за соломинку, когда можно просто научиться плавать я считаю Глупостью! Какой силой обладали Высшие и где она сейчас! Упадок эльфов, но это ваша вина, чего вам стоило преумножать знания, а не растрачивать их в бессмысленных боях?! И вот, победа! Гондор победил, Ура! Но стоило ли оно того? Гондор жалок, эльфов мало и всем уже нетерпится убраться подальше от земель, где властвует смерть и дурные воспоминания. Ну, уйдете вы и что? Что с Зеленолесьем, для которых эти земли родные? Что им делать? Идти на Валинор? Зачем? Им и тут неплохо, мой народ тоже останется, не зря же сюда возвращались? Это вы проиграли, еще в тот момент когда приютили людей приплывших с Затопленного Нуменора. Они могли и сами воевать, вам было недостаточно потерь при Морготе? Это Тщеславие? Решили возвысится в глазах людей? А они сейчас помнят о вас, помнят о погибших среди вас? Я прекратил гонять Глорфинделя с целью покрошить его в капусту. Я вынослив, но всему есть предел. — Не вмешивайтесь в войны которые вас не касаются и непринесут вам ничего кроме боли. Что получили эльфы в войне против Саурона? Спасибо от людей, пять десятков лет доброй памяти, неоправданное спокойсвие в душе и легенду о великой войне, случившейся для них неведомо когда! Сражаться нужно только за свой дом! Война всегда несет потери, вы забыли об этом! Не удивлен что вы пали! Надеюсь на Валиноре или в Чертогах мозги вам на место поставят, лучше бы вы здесь надолго не оставались, от вас все равно один вред коренным эльдар. — Я быстро сократив расстояние выбил оружие из рук Глорфинделя. Его рисунок боя я изучал долго, все эти пробные тычки, провокации и не зря, уж очень немногое я знал о стиле боя Гондолина, а чему учат в Имладрисе и подавно. — Убьешь меня? — Глорфиндель тяжело дышит и смотрит мне в глаза. — Я чародей, пожелай я тебя убить, уже бы вскипятил кровь в твоих жилах. Мне плевать что ты обо мне думаешь, мою точку зрения услышал и ты, и они. — Я кивнул на толпу, что собралась за прозрачной преградой. Я чувствовал как ее пытались пробить и грубой физической силой, и разнообразной магией. Я отвел Хроарист от горла сенешаля и отошел подальше. — Хочешь я покажу им чего ты боишься? Почему ты так яростно бросаешься на любые признаки Тьмы? Ты ведь стар, ты видел Искаженных. — Я указал рукой на него и произнес заклинание наложения иллюзии, одновременно снимая барьер. Раздались пораженные и испуганные вздохи, на месте Глорфинделя, перед толпой стоял орк. Статный, по-эльфийски стройный. В золото-серебряной броне. Прямой нос стал крючковатым. Резко изломанные, но по-прежнему изящные брови низко нависали над ярко-янтарными, ввалившимися глазами. На высоких скулах выступили странного вида ровные борозды, похожие на шрамы. Короткие двойные шипы, словно наконечники стрел, косо расходились двумя рядами от глазниц, теряясь в волосах, все таких же глянцево-золотистых, лишь одной височной косы уже не хватало с левой стороны. Подбородок еще сильнее выступил вперед, обозначенный острыми углами челюстных костей, перечеркнутый шрамом, будто небрежно сшитым швом, а ставшие неестественно узкими, приобретшие сероватый оттенок губы слегка отгибались кверху по-волчьи острыми, белоснежными клыками. Искаженный, обезображенный, поразительный в своей гротескной, неестественной, отталкивающей… красоте. Он стоял на коленях перед окаменевшими эльфами. Я наколдовал перед орком зеркало и янтарные глаза твари расширились в ужасе. Я убрал зеркало и снял иллюзию. — Фините. А ведь риск стать такими же действительно есть, только от страха и ненависти вы станете подобны оркам быстрее, чем если начнете поклоняться Морготу и проводить кровавые ритуалы с кровью девственниц, поеданием младенцев и так далее. Душа эльфа тесно связана с телом, мы не созданы для таких губительных эмоций, испытывайте хотя бы жалость и целесообразность, а не ненависть, проявляйте храбрость и стойкость, а не страх. Иначе Тьма проберется и на Валинор... впрочем она уже там, в ваших душах и в глубине разума. Все. Глорфиндель побежден и не мечом, а именно словом, не даром оно ранит больнее и сильнее. Испуганная толпа молча расступилась и я подошел к делегации Зеленолесья. — Это так или иначе бы произошло. — Я кивнул Леголасу на уходящего сенешаля. — Я решил разобраться сразу, не втягивая вас в мои личные проблемы, ведь отступи я и он бы прицепился уже к вам. Он напуган, но тщательно это скрывает, оттого и причина ненависти ко мне, побывавшему в плену у Саурона. Маэглин своим предательством поддточил его веру в безгрешность эльдар. Жители Гондолина прятались в горах от ужасов Средиземья, находясь подальше от феанорингов и тварей Моргота. Они не вмешивались ни в чьи дела, но это их не спасло. Хочешь мира — жди войны, они должны были быть готовы, но даже к предупреждению от посланника Валар, отмахнулись, уверовав в свою недостижимость. — А как же Ост-ин-Эдхиль? Ты постоянно упоминаешь его скрытность и что добраться до него, можно лишь на крыльях. — Да, он тоже сокрыт надежно, но и мы всегда готовы к войне и даже есть куча способов побега и сохранения бесценных знаний. Гнездо параноиков — так неофициально назвали здание Совета Ост-ин-Эдхиль и не зря. — Не нужно было предавать позору сенешаля долины Имладрис, показывая всем его страх. — Произнес сильный голос подошедшего к нам эльфа. А вот и сам воспитанник сынов Феанора и по совместительству — местный правитель. — Владыка Элронд. — Мы поклонились. Элронд смотрел на меня осуждающим взглядом, я не стал оправдываться: — Или так, или подвергнуть его ненависти принца, за дружественное отношение ко мне. Глорфиндель затаил обиду на меня в тот момент, когда узнал, что я был в Мордоре за Черными Вратами. То что я оказался создателем колец, лишь подлило масла в плямя его ненависти. Надеюсь оно теперь угаснет надолго, но не думаю что навсегда. — Твои слова жалят подобно клыкам ядовитой змеи, твой герб хорошо тебя описывает. — Взгляд серых глаз уперся в мою нагрудную пластину и изображенный на ней Родовой Герб. — В малых дозах — яд лекарство. — Ответил я на выпад Лорда. — Зачем вы здесь. — Элронд обратился к Леголасу, но не ко мне. Обиделся? Ну и ладно. — У меня донесение из Эрин Гален, плененное Странником существо сбежало. — Мы догадывались об этом. Враг внезапно начал поиски и послал назгулов. Они нагрянули в Шир. Однако они опоздали, Этого там больше нет. — Тогда где оно? У кого? — Леголас испытывал облегчение и волнение. Опять эти Сами-знаете-что, кому, куда, когда, сколько и прочие тайные сокращения любимой погремушки Саурона. По моему, одно упоминание Врага и назгула уже давно все объяснило греющим уши эльфам. — Через месяц, когда прибудят гости, коих я созвал со всех концов Средиземья; я соберу совет, на нем мы и обсудим этот вопрос. — Элронд выразительно посмотрел на меня. — Но об этом никто не должен знать. Мы кивнули. Элронд приказал слугам проводить нас до наших комнат. В зал Огня нас позовут в ближайшее время. Придется опять переодеваться, только перевязь с мечом я снимать не буду — перебьются. У них тут псих на свободе бегает. Ну что же, только трупак-фейс не хватает к моей мрачной роже. Прекрасный эльф чтоб вас, из-за вросшего обруча у меня всегда брови нахмурены, впрочем не зажмурься я тогда, ослеп бы надолго и на оба глаза. А все равно, мантия мне нравится! Какой контраст по сравнению с сияющим серебром, глаза отдыхают просто.

— Господин? — Услышал я голос. Хм. Знакомый. Кого это там нелегкая принесла? Уже стол накрыли? — Войдите! Дверь открыл Эрестор/Мэглин. Я улыбнулся своему секретарю. Советник Элронда молча разглядывал меня какое-то мгновение и весело усмехнулся: — Владыка, вы собираетесь на торжественный обед, а не на похороны. — Ты не видел меня две тысячи лет и вместо приветствия, начинаешь меня оскорблять? — Я с наигранным возмущением воззрился на него, вспыхнув синими глазами. — Простите, Господин, но ваш вкус в выборе одежд не касающихся доспехов, всегда ввергал меня в ужас. — Секретарь стушевался, но остался при своем мнении. Затем он внезапно посерьезнел: — Владыка, неужели было обязательно унижать сенешаля? Не то что бы я против того, что бы с него сбили спесь, но это пагубно повлияет на ваши этношения с долиной Имладрис. Вам будут мстить... некоторые весьма своеобразно — ответным унижением. — А поподрбнее? — Кто это там меня унижать собрался? — Близнецы, — как злое предзнаменование произнес Эрестор, — сыны Элронда весьма... изобретательны и шаловливы, в отличии от его дочери Арвен. — Очередные близнецы-озорники? Они случаем не рыжие? — Мало мне было дуэта Уизли в прошлой жизни и младшеньких сыновей Феанора, как тут еще одни на мою голову нарисовались. — Нет — не рыжие. Впрочем, на дуэт Феанорионов Амрода и Амраса, они довольно многим похожи. — Эрестор задумался и предупредил, — Глорфиндель для них любимый дядя, мстить они за него будут, причем шалостями. — Угу, знаю. Ведро с водой над дверью, ванна с красителем, навоз на пороге и в обуви... Не волнуйся, опыт по борьбе с мелкими вредителями у меня есть. — Не перегибайте палку, если им удасться вас разозлить. — Напутственно произнес советник. И мы перешли на более спокойные темы. Мы с моим секретарем начали делиться историями о том как провели эти две тысячи лет. Разумеется ни он, ни я не говорили о делах государств. Ни о Ривенделле, ни о Зеленолесье, ни об Ост-ин-Эдхиле. Во избежание. У Белого Совета есть способы вытащить правду из незащищенной головы и сил секретаря, в один прекрасный момент, может не хватить на противостояние Галадриэль и Элронду. Вдоволь наговорившись, советник ушел... у нас еще будет время пообщаться, собрание совета наступит через месяц.

Слуга Элронда постучался в мои двери. Стол накрыт, посланников Зеленолесья приглашают на пир. Оправив мантию, я направился в след за телери. Хм. Зал Огня. Открытое пространство с великолепным видом на водопады и сады. Высокие каменные, резные колонны и арки. Большие костры и длинный стол с простым деревянным троном во главе. Леголас и его товарищи уже сидят на одной стороне стола. Напротив них эльфы Элронда. Сам Элронд сидит во главе столы и по правую руку от него, расположился Митрандир и... человек? Тот о чем-то беседовал с молодой эльфийкой. Глорфинделя не видно, вот и хорошо. Эрестор приветственно мне кивнул. Я поклонился Элронду и подсел к зеленолесцам. Мы оказались по левую руку от Элронда. — Приветствую тебя Владыка Келебримбор за этим столом. — Величественно произнес Владыка долины Имладрис. Дальше он начал представлять мне всех и каждого. Человек оказался, тем самым дунедайн по кличке Странник, молодая эльфийка была дочрью Элронда и Келебриан — Арвен. Мать Арвен уплыла в Благославенные Земли, еще когда Арвен была эльфлингом. Далее был советеник Эрестор и ему подобные. Однако почему-то именно напротив меня, внезапно подсели близнецы... Элладан и Элрохир, кто из них кто, не понять, лишь известно что Элладан старший и начинает разговор первым. Хотя бы привычки заканчивать друг за другом фразы я не заметил. Местная надежда международного терроризма и величайшие знатоки по части приколов. Судя по глазам какая-то пакость сегодня точно будет, хоть они и тщательно это скрывают.. Как там было с близнецами Уизли? Первое правило при общении с ними — НИКОГДА не есть ничего из их рук, если не хочешь превратиться в канарейку или покрыться щупальцами. Второе правило — НИКОГДА не забывать первое правило. Эти же близнецы, имеют темно коричневые волосы и серые глаза. Полуэльфы, не смотря на то, что их мать — дочь Келеборна и Галадриэль. Нам принесли еду. Так-с. У меня и зеленолесцев резко помрачнело лицо. Это что? Что это за салатики? Где каши, мясо, гарниры... Одним словом, где еда? Это для появления аппетита или они тут все, в заправду, начинают пиры с вегетерианской пищи? Наш сильванец потыкал двузубой вилкой какой-то фрукт. — Что это? — Как можно тише произнес лесной эльф, когда остальные за столом принялись за еду. Леголас пожал плечами и поднес фрукт к лицу. Понюхал. — Пахнет приятно. — Леголас было собирался его укусить, как я ловко изъял фрукт из его рук. Тот удивленно вскинул брови. Я посмотрел на близнецов. Это была их идея или просто недосмотр Элронда? Я посмотрел на Владыку, который о чем-то увлеченно говорил с серым магом. — Его так... не едят. — Он ядовит? — Леголас не на шутку испугался. — Вовсе нет. Просто... он не слишком приятен на вкус. — Ты знаешь что это? — Сильван поинтересовался загадочным желтым фруктом. — Как его здесь называют я не осведомлен, но Да — знаю. Сейчас вы увидите концерт. Внимательно следите за сидящими за столом. — Я с лукавой улыбкой сказал зеленолесцам и поудобнее взял в руку... лимон. — Что ты собираешься с ним делать? — подозрительно осведомился Леголас. Он что, думает, что я его брошу в кого-нибудь? — Съем, конечно, — якобы недоуменно ответил я, специально повысив голос и привлекая внимание, сидящих напротив нас. — Что еще можно делать с едой? — В подтверждение своих слов я, насвистывая что-то бодренькое, взял ножик, очистил лимон от кожуры, начал разделять его на части... Элронд заметил, внезапно опустившуюся на зал тишину и собирался о чем-то спросить, как увидел меня и замер. Я начал морщиться, но есть фрукт. Сырым, естественно и без гарнира. Для пущей пафосности. Лица окружающих приобрели цвет под стать кожуры поедаемого цитруса. Леголас оттодвинул тарелку с другими неопределимыми фруктами подальше, заметив реакцию окружающих. Его примеру последовали и сильван с синдаром. Я прокашлялся и прохрипел: — Говорят, этот фрукт полезный. Значит он лекарство, а лекарство вкусным не бывает, — Я принялся поедать кожуру, — Вкусными бывают только яды. — Выдавил я, делая колоссальное усилие и сглатывая кусок прожеванной цедры. Элронд приобрел наконец здоровый оттенок лица и подозвал слуг, что бы те, заменили блюда. Ура, не зря мучился — нам принесли горячей еды. Да ради кабанятины я и не на такое способен! Кто-то втихаря от меня попытался притянуть к себе тарелку с жареными птичьими ножками, но наткнувшись на мой подозрительный взгляд, Элладан резко передумал. Я медленно подтянул тарелку к себе и зеленолесцам и с аппетитом взрызся в ножку, смывая изо рта кисло-горький вкус лимона. Еще бы запить чем... О! Знакомое лицо однако. К нашему столу поспешил старый полурослик в котором я узнал Бильбо Бэггинса. Да этот старый прохвост, явился не один, а с компанией молодых полуросликов. Слава богу что это не его дети, по лицам видно. Элронд улыбнулся и представил нам своих гостей из Шира, ну точнее попытался. — Для тех кто меня не знает, я Бильбо Бэггинс. Писатель и в прошлом путешественник. — Бильбо поклонился нам и кажется узнал меня и Леголаса. — О. Хе-хе, годы действительно не затрагивают эльфов! Рад видеть вас в добром здравии Господин Леголас! Хм? О. Темный менестрель, вижу ваш недуг почти исчез! Одолеть дракона в бою это настоящий подвиг, я записал его в свою летопись. — Старый прохиндей подмигнул мне. Мы с Леголасом переглянулись, он что, написал книгу о своем “маленьком” приключении? Дальше начали представляться другие хоббиты. — Меня зовут Перегрин Тук или просто Пиппин. — Представился нам молодой полурослик. — А я Мериадок Брендибак, но предпочитаю Мерри, для краткости. — Утвердительно кивнул сам себе хоббит. — Сэмуайз Гэмджи, но лучше Сэм. — Закончил за всех самый упитанный и на вид — самый спокойный из них. Так-с, если Бэггинс здесь, значит вероятно, Белому Совету известно где Единое. Интересненько. Леголас поспешил представиться полуросликам в ответ: — Рад познакомиться с вами, я Леголас Зеленолист, эльф из Эрин Гален — Великого Зеленого Леса. — Меня же зовут Темным менестрелем, но это прозвище к которому я привык. Мое настоящее имя Тьелперинкваро или Келебримбор, что одно и то же, просто на разных эльфийских языках. — Я приветственно качнул головой молодым хоббитам. — Он страшный. — Тихо пробормотал Мерри Пиппину, тот кивнул. Сэм шикнул на них, а я весело рассмеялся. Друзья Леголаса тоже представились и когда с церемониалом было покончено, хоббиты уселись рядом с нами за стол. В зале нарисовался Линдир и начал что-то бренчать на арфе. Музыка приятная для ушей и сливающаяся со звуками природы. Затем Линдир запел и конечно же на синдарине. Мерри посмотрев на Линдира, перевел взгляд на меня: — Вас назвали менестрелем, почему? — О. Какой живой интерес в глазах! — Потому что я пою. — Ответил я очевидное. — На многих языках, но прежде всего на Всеобщем. Однако у меня совсем нет таланта к музыкальным инструментам. — А Темным, почему? Это из-за одежды? — Мерри окинул взглядом мой наряд. Леголас и его товарищи, хихикнул и весело посмотрел на меня. — Нет, мои песни порой бывают грустны в той же степени, что и веселы. Бывают правдивы, а бывают выдуманны, но с тайным смыслом. Те что правдивы... оттого и грустны, что пою я о Темных временах Средиземья, ничего не утавая, не многим это нравится. — А вы можете спеть? Ну сейчас, только не грустное! — Мерри поняв, что его ругать не спешат, решил попытать счастья развлечь всех. Я усмехнулся и посмотрел на Владыку Элронда. Тот подумав, кивнул и подал знак Линдиру прекратить петь. Я прикрыл глаза и с улыбкой запел.

Говорят, что с каждым годом этот мир стареет,

Солнце прячется за тучи и слабее греет.

Говорят, что все когда-то было лучше, чем теперь.

Говорят, а ты не слушай,

Говорят, а ты не слушай,

Говорят, а ты не верь!

Разноцветный, огромный, веселый,

Неподвластный ни дням, ни годам,

Этот мир ослепительно молод,

Сколько лет ему, столько и нам.

Говорят, что поначалу было все чудесней,

Но и эльфы все исчезли с Валинором вместе

И в страну чудес и сказок навсегда закрылась дверь.

Говорят, а ты не слушай,

Говорят, а ты не слушай,

Говорят, а ты не верь!

Говорят, что Правда с Кривдой воевать устала,

Что без страха и упрека рыцарей не стало,

Что отныне все на свете ты кривою меркой мерь.

Говорят, а ты не слушай,

Говорят, а ты не слушай,

Говорят, а ты не верь!

Мир таким и был придуман юным и бесстрашным

Всемогущим чародеем, рыцарем отважным.