Шрифт:
— Ни черта. Пара пустых бутылок, тряпье какое-то. И адрес я ему давал то тещи моей, то тетки.
— И еще: почем, говоришь, были джинсы?
Он криво ухмыльнулся:
— У одного кента брал оптом по сто тридцать.
— А Марату говорил, что сто пятьдесят?
Горелов прямо вскинулся:
— Вы откуда знаете?
— Ладно, — успокоил я его, поднимаясь, — меня это не касается.
— Отдайте счет, — снова стал упрашивать он. — Всю правду ведь рассказал…
— Обождешь, — жестко сказал я. — А пока можешь получить с меня. Минус шесть восемьдесят…
По-моему, когда я отсчитывал ему деньги, он смотрел на меня, как на полного психа. Мы все-таки жили с ним в совершенно разных измерениях.
Феликс и Лика ждали меня в машине.
— Поехали ко мне, — предложил Феликс. Поздно вечером, проводив Лику до метро, мы возвращались по пустынным улицам домой, и Громов спросил меня:
— А тебе не кажется, что ты сейчас лезешь не совсем в свое дело? Если это шайка, пускай ее ловит уголовный розыск.
— Нет, — ответил я твердо, — не кажется. Сухову я, конечно, все передам, но вот задачи у нас с ним разные. Понимаешь, Латынин дружил с Кригером, а это для меня характеристика. Я тоже дружил с Кригером. И старик перед смертью попросил меня помочь вытащить парня. Пускай Сухов ловит шайку, если она, конечно, существует, а я буду искать Латынина. Я не верю, что он имеет отношение к убийству, по крайней мере прямое, но я не знаю, насколько он уже увяз в этом деле. Зато я знаю, чего хотел от меня Кригер: чтобы я не дал увязнуть еще больше. И я обещал ему, что он может на меня положиться.
— Хорошо, — сказал Феликс. — Тогда по-другому спрошу. А ты, часом, не боишься?
— Боюсь, — честно ответил я.
15
Свой следующий рабочий день я начал с того, что дозвонился Сухову и рассказал ему про официанта. Он реагировал как-то вяло. Поблагодарил, но сказал:
— Побаловался, и хватит. Давай кончай свою самодеятельность.
— Какую самодеятельность?! — возмутился я. — Это моя работа, мне, между прочим, за нее деньги платят!
— Не забивай мне баки, — ответил Сухов, — за то, чтобы ловить жуликов, деньги платят мне. А тебе платят за то, чтобы ты потом описывал, как я их ловлю.
Я обиделся:
— Пожалуйста, могу больше ничего тебе не сообщать.
— А вот это зря, — сказал он. — Не лезь в бутылку, мы ж с тобой одно дело делаем, в конце концов. Я тебе вот что предлагаю: ты ищешь Латынина и ищи. Найдешь — спасибо. А вот Марата оставь, пожалуйста, мне, я сам им займусь.
— Это почему же? — спросил я ревниво.
— Да потому, что ты можешь там напортачить и еще влипнуть во что-нибудь. Ну скажи, найдешь ты его, что будешь делать?
— Ну-у… — задумался я.
— Вот именно «ну-у», — передразнил меня Сухов. — Я чувствую, этого Марата, как того официанта, на кривой козе не объедешь. А спугнуть можно. Если ты уже не спугнул, — добавил он.
Да, резон в его словах был. Но мне не хотелось так просто сдаваться.
— Как же я буду искать Латынина без Марата, если все на нем завязано?
— Обещаю, — сказал Сухов, — что узнаю, расскажу. Договорились?
— Договорились, — согласился я с сожалением. — Кстати, нашли вы потом что-нибудь в квартире?
— Нашли. Два автомата и ящик с гранатами.
— Понятно, — сказал я. — Вот, значит, какой у нас будет обмен информацией.
— Чудак человек, — засмеялся Сухов, — сравнил кой-чего с кое-чем. Разве ж я могу тебе все рассказывать? Ничего мы там не нашли. Хоть и сидели до самой ночи.
Потом я сел и стал думать, как мне найти Витю Жильцова. Мосгорсправка вряд ли поможет. Про него мне было известно только, что он учится в школе где-то в новом районе. В Москве тысяча с лишним школ, и больше половины из них наверняка находится именно в новых районах. Неужели звонить по справочнику в каждую из них? А вдруг еще среди старшеклассников окажется не один Витя Жильцов? Сколько времени у меня уйдет на проверку?
Я снял трубку и позвонил Воропаевой. Мне хотелось знать, не существует ли каких-нибудь сводных списков учащихся хотя бы по районам? Оказалось, таких списков нет.
— А вы попробуйте позвонить по секторам учета райкомов комсомола, сказала Светлана Николаевна. — Он ведь наверняка комсомолец, этот Жильцов. В Москве, не считая Зеленограда, тридцать один район, вычтите отсюда центральные, и вам останется совсем не так много работы.
Я был восхищен.
— Раз уж вы такая добрая фея, — сказал я, — просветите меня заодно, что за дискотека такая, куда ходил Латынин.
— Год назад у нас в районе открылось молодежное кафе, там устроили дискотеку.
— Туда легко попасть вечером?
— Я бы не сказала. А вам очень надо?
— Хотелось бы.
— Тогда я, пожалуй, могу вас провести.
— Вы?!
— Я, наверное, в вашем представлений совсем старая грымза, да? засмеялась Воропаева. — Просто еще недавно я работала в райкоме комсомола, так что меня там знают. Когда вы хотите?
— Да хоть сегодня, — сказал я.
— Хорошо. Часов в восемь вас устроит? Сейчас объясню, как туда подъехать…