– Все сказал? – зло спросил Мякишев.

– Мое слово еще впереди. Чем вы недовольны?

– Где вы нашли пистолет, Сладков? – прервал перепалку Вербицкий.

– В квартире Гордеева при обыске.

– А санкцию на обыск вам кто давал? Майор удивился:

– Да вы что, ребята! Мы взяли оборотня в паго-нах, а вы…

– Он без погон и никто его не брал, – отрезал Мякишев.

– Вот что, уважаемые товарищи сыщики. Я в вашу бригаду не вхожу, у меня свое расследование. И подчиняюсь я только начальнику управления генералу Лемешеву. Если вы будете чинить мне препятствия, я обращусь к прокурору округа за помощью.

– Ты занимаешься убийством Толстопальцева, Сладков? – продолжал злиться Мякишев. – При чем тут Гордеев?

– При том, что он задушил шнурком бывшего капитана. У меня есть свидетели. Его сфотографировали с сообщницей на месте преступления.

– Вопрос на засыпку. – Мякишев усмехнулся. – Кто фотографировал? Ты получил снимки по почте. Фотографа допрашивал?

– Фотографии признаны подлинными, этого достаточно.

– А зачем этот фотограф прятался в кустах и фотографировал въезжающую во двор машину?

– Поджидал убийцу.

– Ну да, Гордеев ему позвонил и сказал: «Жди, друг, я еду убивать Толстопальцева».

– Фотограф видел труп Толстопальцева и устроил засаду.

– Наконец-то ты прокололся, Сладков, – Мякишев встал. – Значит, труп уже лежал в квартире. Кого же приехал убивать Гордеев? Да еще подружку взял себе в помощь. Ищи фотографа, майор, это он придушил Толстопальцева, а потом сел в кусты поджидать козла отпущения. Вот почему ты получил фотографии по почте. И еще. Мы уже проводили обыск в квартире Гордеева, но пистолета там не нашли.

– Плохо искали. Отпечатки с оружия сняты и сверены. В обойме не хватает пяти патронов, что соответствует количеству трупов.

– Эксперты с тобой не согласны, Сладков. Только четверых убили из этого пистолета. Твоего стукача Валька убили той же пулей, но из другого оружия. Всем стреляли в лоб, у всех пуля прошла навылет, а у Валька застряла в голове. Значит, стреляли с большого расстояния. И я думаю, что из винтовки, похожей на ту, которой уложили налетчиков на инкассаторов. Экспертиза уже доказала, стрелял не Гордеев и не из пистолета, его пули легли в стену дома. Его самого ранил другой снайпер, тот, что палил из карабина. Это доказано. Карабин найден в квартире Топтуновых. Так что ты еще не дозрел до допросов.

Сладков глянул на Вербицкого.

– О чем он говорит?

Вербицкий постучал пальцем по газете.

– Это «утка», майор. Антон Гордеев на свободе. У нас тоже есть к нему немало вопросов, но другого характера. Хорошо, что напомнил мне о своем расследовании. Пора объединить дела в одно производство. Пока этого не случилось, ты мне не подчиняешься, все верно. Свободен, я тебя не задерживаю.

Сладков выскочил из кабинета, хлопнув дверью.

– Ты что, и вправду делал обыск у Гордеева? – спросил Вербицкий подполковника.

– Нет, конечно. Так, блефовал.

– Навести жену Антона. Ты же говорил, что был шафером на их свадьбе, успокой ее, поговори. Надо выяснить, кто из посторонних в последнее время был у них в квартире. Может, слесарь или телемастер…

– Тот, кто мог подбросить пистолет?

– Какой ты умный, Сережа! Как мне повезло с помощниками.

– Все издеваетесь, Илья Алексеич. Антон по лезвию бритвы ходит, дурак самонадеянный. В любую секунду ему могут вонзить нож в спину.

– Не вонзят. Он стоит спиной к стене, а это лучшая тактика, когда тебя уже клюнул жареный петух.

На этот раз Мякишев так и не попал к жене Гордеева, у машины его поджидал Громов.

– Удобный случай свернуть тебе башку, Олег! – вместо приветствия сказал подполковник. – Ты сам-то читал, какую галиматью напечатал?

– А зачем мне читать, если я писал.

– Остряк! А дальше что?

– А дальше дадим опровержение. Попадись вам Антон, вы бы его арестовали? Конечно. Слишком много соплей на нем висит. Будем считать, что я забежал вперед и подстегнул вас. И не давайте комментариев репортерам, они теперь с вас не слезут, а врать вам не положено, не те времена. Фразочкой «Без комментариев» не отделаться.

– Чего ты от меня хочешь?

– Открой машину, холодно.

Они сели в «девятку» подполковника, и Олег передал ему письмо и фотографии.

– На снимках Никита Кочергин и его жена. Зовут ее Инга. Вербицкий однажды был у нее в гостях, но она представилась Мелиссой. Жила в одном подъезде с циркачами, она же, по всей вероятности, и улики для вас в квартиру Топтуновых подбросила.

– Это ты их запечатлел?

– Не то качество. Антон их фотографировал. В багажнике моей машины два кейса с арсеналом оружия, он обезоружил парочку. Теперь ее надо вылавливать. Антон их спугнул, но они здесь, в городе.