сотни или тысячи других смертных. Какой бы мотивацией ни руководствовался

такой субъект, нам с подобными подопечными работать легко и просто. Ведь

человеку всегда легче, когда скопом. Ему даже помирать легче и веселее, если

знает, что делает это не в одиночку. Ему, подчас, даже обидно, если он уходит, а

всякая мразь остается дальше жить на земле. И не объяснить человеку, что все

идущие по улицам уже, по сути своей, покойники. Каждый из них обречен на

смерть уже самими фактом своего рождения. Не успеют оглянуться, как уже

окажутся в гробу.

Каждый из них пытается бороться со смертью по-своему. Кто-то пишет картины,

чтобы они остались после него, кто-то рожает детей, чтобы они несли частицу его

в будущее, кто-то становится государственным или военным лидером и пытается

уничтожить как можно больше народу, дабы его личное имя навсегда осталось в

Истории.

А я всегда говорил моему подопечному, что самое лучшее для обеспечения

бессмертия - это великое и незабываемое преступление. Такое, чтобы весь мир

содрогнулся! Но подопечный мой к подобным идеям почему-то относится

скептически. Он считает себя не достаточно плохим человеком, чтобы совершить

что-то подобное. А я считаю, что у него просто не хватает фантазии.

Конечно, кроме фантазии, для этого дела требуются также огромные

организаторские способности и непомерная целеустремленность. Необходимо

преступление выставить подвигом, чтобы привлечь на свою сторону как можно

больше народу.

Классическим примером является война. Солдаты двух или более враждующих

сторон свято верят в то, что убивают себе подобных во имя благой и светлой цели.

Даже жертвуют своими жизнями во имя ее. Вот мне и хотелось добиться от своего

подопечного чего-то подобного. Но коллеги-конкуренты жутко усложнили мою

задачу. Люди уже понаделали за последнее время столько всяческих невиданных

ранее злодейств, что затмить их и войти в Историю уже просто невозможно. Если,

конечно, не придумать кнопку, способную уничтожить всю Вселенную. Но тогда и

Истории тоже не будет. То есть, если даже была бы такая кнопка, все равно ни

один честолюбивый человек ее бы не нажал, как не нажали те кнопки, которые

имеются уже давно и с помощью которых, по мнению оптимистов, можно

уничтожить человечество. Тот же, кто недостаточно честолюбив, никогда не

получит доступа к таким кнопкам.

Прописная истина, что убийца нескольких, тем более одного человека, навсегда

останется убийцей. Убившей же миллионы не только не попадает в разряд убийц-

преступников, но и окажется в Истории в роли героя и Отца Нации, или, как

минимум, обретет славу великого человека.

Однако массовыми убийствами в наше время уже никого не удивишь. Эта ниша на

полке славы уже забита до отказа. Художественными талантами мой подопечный

не блещет, да и не по моей это части развивать художественные таланты. Потому,

пытаясь обработать своего человечка, я решил повести его по самому

распространенному пути смертных. Тому пути, который почти все они избирают

для борьбы со своей участью. Я имею в виду борьбу со смертью через

продолжение рода. Это сидит в каждом из них, хотя они себе в этом и не

признаются. Называют свое стремление хоть как-то остаться в живых

возвышенным словом «любовь». Сами придумывают себе другого человека, сами

мучают и его и себя, доводя подчас до самоубийства.

Я решил, что для меня это, свойственное всем людям безумие, будет благодатной

почвой. Тут можно столько мук и разбитых жизней организовать, что Преисподняя

захлебнется от работы. Только успевай котлы подставлять. Так можно искорежить

душу человеческую, что сам Господь Бог ее не починит.

В общем-то, тактика моя казалась беспроигрышной. Я своему подопечному такие

советы давал, что потом он сам на стену лез, и всех окружающих, на которых он

боль свою выплескивал, доводил до белого каления. Я, собственно, устроил ему

Ад на земле. Еще, казалось, чуть-чуть, и дело в шляпе. Я не буду вдаваться в

подробности. Не в них суть. Да и не хотелось бы мне раскрывать свои