Перед нами поставили стаканы. Я к своему не притронулся и только смотрел, как он сразу отхлебнул половину. Не сводя с него глаз, я закурил.

– Вам нужен не сыщик, – сказал я. – Вам нужен волшебник. Какого черта я тут могу поделать? Если знать, когда на него найдет, и если удастся с ним справиться, его можно сбить с ног и уложить в постель. Но ведь для этого надо оказаться на месте вовремя. А это, сами понимаете, один шанс из ста.

– Он примерно вашего роста, – возразил Спенсер, – но не в такой хорошей форме. А находится поблизости вы могли бы все время.

– Вряд ли. Пьяницы – люди хитрые. Он обязательно дождется, когда меня не будет. Нет, в санитары я не гожусь.

– Я не говорю про санитара. Роджер Уэйд никогда бы этого не потерпел.

Он просто талантливый человек, который сошел с рельсов и потерял самоконтроль. Слишком много денег заработал на этой халтуре для недоумков.

Но для писателя единственное спасение – это писать. Если талант есть, он пробьется.

– Ладно, понял, – сказал я устало. – Будем считать, что он потрясающий парень. И чертовски опасный. У него есть страшная тайна, которую он пытается утопить в вине. Это дело не для меня, м-р Спенсер.

– Понятно. – Он взглянул на часы, озабоченно нахмурившись, отчего лицо его сразу съежилось и постарело. – Что ж, сделал все, что мог.

Он потянулся за своим толстым портфелем. Я посмотрел в сторону Золотой девушки. Она собиралась уходить. Седой официант, изогнувшись, подал ей счет.

Она рассчиталась долларами и обворожительной улыбкой, отчего он расцвел, словно поздоровался за руку с самим господом богом. Она надела белые перчатки, и официант оттащил столик чуть не на середину зала, чтобы дать ей пройти.

Я бросил взгляд на Спенсера. Он хмуро уставился на пустой стакан.

Портфель лежал у него на коленях.

– Слушайте, – сказал я. – Если уж так хотите, я съезжу, посмотрю на этого парня. Поговорю с его женой. Но думаю, что он меня вышвырнет из дому.

Спенсер не успел ответить, как чей-то голос произнес:

– Я так не думаю, м-р Марлоу. По-моему, наоборот, вы ему понравитесь.

Я поднял голову и встретился взглядом с васильковыми глазами. Она стояла возле нашей кабинки. Я поднялся и, не успев выбраться из-за стола, застрял у стены в неуклюжей позе.

– Не вставайте, пожалуйста, – сказала она голосом, изготовленным из материала, что идет на летние облака. – Я, конечно, должна перед вами извиниться, но мне было важно присмотреться к вам заранее. Меня зовут Эйлин Уэйд.

Спенсер сварливо заметил:

– Его наше предложение не интересует, Эйлин. Она ласково улыбнулась:

– По-моему, вы ошибаетесь.

Я пришел в себя. Сколько можно стоять на согнутых коленях с разинутым ртом – что я, примерная выпускница, что ли? Хотя посмотреть было на что.

Вблизи от нее и вправду ноги подламывались.

– Я не говорил, что меня не интересует это дело, м-с Уэйд. Я сказал ? может быть, не слишком внятно – что, по-моему, толку от меня не будет, а вреда я могу наделать чертову уйму. Это может оказаться жуткой ошибкой.

Она сделалась очень серьезной, улыбки как не бывало.

– Вы слишком поторопились с решением. Нельзя судить о людях по их поступкам. Если уж судить, то по характеру.

Я задумчиво кивнул. Вообще-то я как раз так и думал про Терри Леннокса.

Судя по фактам, он был далеко не подарок – не считая фронтового подвига, если Менендес сказал правду – но факт – это еще не все. К нему невозможно было не питать симпатии. Много ли за целую жизнь вам встречается людей, о которых можно так сказать?

– А для этого человека надо узнать, – мягко добавила она.

– До свидания, м-р Марлоу. Если вдруг передумаете... – Она быстро открыла сумочку и протянула мне визитную карточку. – И спасибо за то, что пришли.

Она кивнула Спенсеру и пошла прочь. Я смотрел, как она шла через бар и дальше, по застекленному переходу в ресторан. Походка у нее была замечательная. Я увидел, как она свернула под арку, ведущую в вестибюль.

Потом белая юбка последний раз мелькнула и скрылась за углом. Тогда я опустился на стул и припал к джину с апельсиновым соком.

Спенсер за мной наблюдал. В глазах у него было что-то жесткое.

– Неплохо сработано, – заметил я. – Но все-таки надо было на нее поглядывать, хоть изредка. Чтоб такая мечта целых двадцать минут сидела рядом, а вы ее не замечали...

– Да, это глупо. – Он попытался улыбнуться через силу. Ему явно не нравилось, как я на нее смотрел. – У людей странные представления о частных сыщиках. Как подумаешь, что вот заявится к тебе домой такой человек...