Финист выехал из-за деревьев и направился к видневшейся в просвете деревьев фигуре, напряженно застывшей в седле перед густыми кустами можжевельника. Стоило подъехать ближе, как уши уловили глухое рычание.

— Какого демона ты тут забыл? — не поворачиваясь, сварливо спросил Николя. Небось, по ауре догадался. — Впрочем, не важно. Проваливай!

Финист хотел возразить, но тут на Охотника бросилась крупная рыжая бестия с приплюснутой медвежьей мордой. Сгустившийся в кулак воздух ударил ее об ствол росшей рядом сосны. Тварь заскулила. Из-за кустов выпрыгнула еще одна. Меч Николя со свистом опустился поперек ее головы. Брызнула тёмная кровь. Тварь полетела на землю с расколотым черепом. Ее предшественница уже пришла в себя и приготовилась к прыжку. Финист направил Золотинку на нее, свесился набо и ударил, когда тварь была уже в полете. К Николя подоспела третья — ей сильно досталось от кованых копыт жеребца.

Новая бестия мягко спрыгнула откуда-то сзади. Финист молниеносно развернулся в седле и снес голову прежде, чем она успела вонзить зубы в его затылок. Золотинка от страха попятилась. С ближней сосны обрушился еще один хищник. Финист отрубил когтистую лапу и сбросил скулящую тварь на землю. Кобыла резко развернулась и столкнулась задом с жеребцом Николя, который тоже бежал от превосходящего численностью противника. Но твари оказались проворнее и хитрее: они наступали отовсюду и, образовав вокруг жертв кольцо, стремительно его сжимали.

— Демоны, откуда их столько?! — ошалело спросил Финист, с трудом переводя дух.

Воздушный сгусток шибанул кинувшуюся к ним тварь. Золотинка от страха лягнула еще одну. Финист снова вскинул клинок.

— Какая разница? Обернись птицей и улетай! — крикнул Охотник.

Им обоим приходилось волчком крутиться в седлах, отбиваясь от сыпавшихся со всех сторон хищников. Вдвоем здесь никак не справиться! Финист упрямо скрипнул зубами.

— Я не могу бросить кобылу. Она мне как родная!

— Сейчас тебя вместе с этой родной…

— А тебя что ли нет?

— Это моя работа! А какого демона ты тут забыл?!

Финист продолжил сражаться молча. Он просто не мог оставить самоуверенного болвана на растерзание орды свирепых демонов. Такой трусости он бы никогда себе не простил!

— Давай пробьем брешь и уведем их в узкое место. Там защищаться легче, — предложил Финист, чувствуя, как по жилам тяжелым свинцом растекается предательская усталость.

— Нельзя. Вдруг они не пойдут за нами, а направятся в город? — возразил Охотник, яростным порывом ветра отшвырнув еще с десяток гулонов. Бестии с визгом полетели в снег и тут же оказались под лапами спешивших к центру схватки сородичей.

— Тогда прикрой меня. Я позову подмогу.

— Только быстро, — без лишних слов понял его Николя.

Жеребец закружился на месте, копытами поднимая в воздух стены снега. Николя вихрем поддерживал завесу, укрывая их от неприятеля. Не теряя время даром, Финист набрал в легкие побольше воздуха, выпрямился и завыл по-волчьи. Громко, протяжно, как никогда отчаянно.

Всего мгновение, и Финист вновь принялся сечь стремительно наступавших гулонов. Лошади вытоптали снег до самой земли. Все вокруг покрывали тела поверженных демонов, по которым неслись все новые твари. Лес превратился в колышущееся рыжее море, волнами накатывающее на два несокрушимых и все же терпящих поражение утеса. Вдалеке показались жидкие серые всполохи. К раскатистому рычанию демонов прибавились более тонкие нотки волчьих голосов, но они оказались слишком малочисленны и утонули в бурном потоке. Вместе с ними и надежда.

— Молился сегодня своим богам? — не преминул съязвить напоследок Охотник.

— Я не верующий, — безразлично ответил Финист. Желания менять религиозные убеждения он не испытывал.

— Я тоже, — вздохнул Николя.

Дыхание вырывалось сдавленными сипами и белесой испариной клубилось над головой. По лицу градом катился пот, застилая глаза. Сердце бешено колотилось в груди, набатом отдаваясь в ушах.

Круг сомкнулся до предела. Это конец! От всех отбиться они точно не сумеют.

Финист запоздало раскаялся, что был так резок с Майли. В конце концов, чего стоило слукавить самую малость? Он покосился на Охотника. А уж как Герда будет убиваться! Только непонятно из-за кого больше.

Гулоны клацали челюстями у самых копыт, издеваясь над жертвами. По подбородкам текла голодная слюна. Злобные меленькие глазки мерцали то желтым, то зеленым светом. “Ну, когда же? — отрешенно подумал Финист. — Кончайте, нет сил ждать!”

Издалека донесся оглушительный зов. Твари разом навострили уши. Финист недоуменно переглянулся с Охотником. Гулоны развернулись и помчались в сторону звука. Как только последний демон скрылся, они оба обессилено скатились с лошадей и повалились на снег недалеко от вытоптанного места.

— И часто у тебя так? — с трудом приходя в себя, поинтересовался Финист. Николя медленно повернул к нему мертвецки-бледное лицо.

— Бывает, — ответил он, странно растягивая каждый звук. Финист нахмурился и внимательно присмотрелся. Звериный нюх с легкостью выделил из мешанины едкий запах человеческой крови.

— Ты ранен? — встревожено спросил Финист.

Николя медленно поднял руку и посмотрел на поалевшую перевязку.

— Шов разошелся, — безразлично ответил он и закрыл глаза.