Их оглушил громкий вопль Герды.

— Ложитесь! — что есть мочи закричал Охотник и повалил здоровой рукой Майли на снег. Финист упал сам, прикрыв для верности голову ладонями. Все вокруг озарила ослепительная вспышка. Прогремел оглушительный взрыв. Ясное зимнее небо заполонило грибовидное облако дыма.

— Какого демона?! — взревел Николя и бесцеремонно пихнул Финиста ногой, когда все закончилось. Не дожидаясь ответа, бросился к распластавшемуся посреди выжженной земли Вожыку. Финист болезненно скривился и помчался следом.

— Госпожа Герда, вы в порядке? — выскочил из дома перепуганный Эглаборг и помог привалившейся к стене девушке подняться на ноги.

— Да-да, — с трудом ответила Герда, приходя в себя. — Вожык там…

Она махнула рукой во двор. Целитель перевел взгляд на Финиста, который нес мальчика на руках. Николя с хмурым видом шагал впереди.

— Что случилось? — ошарашено спросил Эглаборг.

— Перерасходовал силу. Надеюсь, просто отключился, а не надорвался или еще чего похуже, — ответил Николя, бросая укоризненный взгляд на Финиста. Тот потупился и передал Вожыка целителю:

— Помогите ему.

— Хорошо, только у нас все окна в доме выбило. Меня чудом не задело. Надо бы починить, а то околеем.

— Я все решу, — успокоил его Охотник и обратил внимание на бледную, тяжело дышавшую Герду, которая так и не смогла отойти от стены. Видно, боялась, что ноги подведут.

— Жива? Больше не будешь подглядывать? — попытался свести все в шутку Николя, но Герда посмотрела на него такими измученными глазами, что он замолчал и приложил ладонь к ее щеке. Она недоуменно приоткрыла припухшие губы, глядя выжидающе, чуть испугано. Он едва заметно улыбнулся, с тоскливой грустью, словно хотел и не мог забрать себе весь ее страх и боль.

Финиста передернуло от интимности этой сцены. В ушах набатным боем отдавался ненавистный голос: “Она не твоя и никогда твоей не будет”. Что-то тихонечко кольнуло в груди. Охотник снова использовал дар? На что? Почему все так сложно и запутано?!

С веранды донесся шум. Герда попыталась сделать шаг, но чуть не упала — Николя поддержал ее здоровой рукой и прижал к себе. Финист поспешил к ним, желая помочь, но Охотник остановил его полным ледяного презрения взглядом. Герда приглушенно всхлипнула и мелко задрожала.

— Тише. Дыши, помнишь, как я тебя учил? — успокаивающе зашептал ей на ухо Охотник. Она послушалась, легко и без возражений не то, что ученики Финиста. Набрала полную грудь воздуха и шипящей тонкой струйкой выпустила из ноздрей. Щеки тут же порозовели, а взгляд обрел былую ясность. Герда, наконец, встала на ноги.

Финист громко закашлялся, устав наблюдать за их “трогательными” нежностями. Герда отошла от Николя и опустила голову.

К ним подоспела ничего не понимающая Майли и требовательно спросила:

— Что произошло?

— Произошло то, — язвительно прищурился Николя. — Что кто-то научил пирокинетика мгновенно опорожнять весь запас силы, но не додумался предупредить, насколько это непредсказуемо и опасно для всех окружающих и, особенно, для него самого.

Финист скрипнул зубами, но ничего не сказал. Да, он виноват, но разве Охотник не знал, что оборотень самый неподходящий учитель для пирокинетика. И вообще, не следовало пугать мальчика дурацким испытанием. Он не был готов. Финист предупреждал, но Николя не стал слушать.

— Ты-то сам чего-нибудь добился? — после затянувшейся паузы, поинтересовался Финист. — Покажи, это будет справедливо.

После ее приступа Николя обязан будет отказаться и признать поражение!

***

Охотник оценивающе глянул на Герду. Она затрепетала. «Откажитесь. Вы же прекрасно знаете, что я не намного лучше с даром управляюсь. Пожалуйста, не заставляйте меня позориться перед всеми…»

— Ладно, — разочаровал ее ответ Николя. — Герда, стань туда. Делать будешь то же, что на последних занятиях.

Она вздохнула и нехотя поплелась в указанное место. Во всем теле до сих пор ощущалась болезненная слабость, в голове шумело, а ноги словно утопали в вязкой кашице. К горлу подступил удушливый комок.

«Зачем вы заставляете меня участвовать в ваших разборках? Вам мало того, что произошло с Вожыком? Но я не стану послушной куклой. Я… я не буду делать вообще ничего. Да, именно так. Может, тогда вы успокоитесь?»

Герда остановилась, вздохнула и повернулась лицом к своим «мучителям».