Пет насмешил его жаргон.

– Именно это я и хочу сделать.

Полиция не любит людей, которые «играют в игры», заявили Пет, однако она стояла на своем, и к пяти часам дело закрыли. Магазин уже убрали, систему сигнализации восстановили, окна вставили, так что «Тезори» был готов снова принимать покупателей.

Пет уже собралась уходить, когда зазвонил телефон.

– Привет, кузина, – сказал голос.

– Где ты? – спросила Пет, оправившись от изумления.

– В аэропорту Кеннеди.

– А флакон…

– Увидишь. – Андреа сказала, что будет в городе через час и хочет встретиться.

– Жду тебя.

– Отлично. Ты не попросишь приехать моего дядю? – Андреа повесила трубку.

Они собрались в гостиной к шести часам – Люк и Пет, Стив и Анна. Стив ходил из угла в угол, говоря о Витторио, вспоминая его предательство, твердя, что брата нужно призвать к ответу, раз известно, где он сейчас.

Прошло еще полчаса, но Андреа так и не появилась.

– Очередные игры, – предположил Люк.

– Нет, – возразила Пет. – Она приедет.

Десять минут спустя позвонил привратник и сообщил, что приехали мистер и миссис Иверес.

Пет открыла дверь, но не увидела ни Марселя, ни Андреа. Все пространство занимали огромные кожаные чемоданы с золотым тиснением.

Андреа стояла чуть в стороне.

– Это все твое, – сказала она. – Твое… и твоего отца. Примите мои извинения.

Это были кофры с драгоценностями Ла Коломбы.

И, попивая шампанское, Андреа рассказала о своем договоре с Витторио. Чтобы не потерять репутацию и дело, Витторио согласился расстаться с коллекцией и передать Пет свою долю в американском отделении «Тезори».

Сначала Стив заявил, что этого мало. Витторио должен ответить за убийства партизан в деревне, в которую привел своего тестя-нациста.

– Папа, тебе решать, – сказала Пет, – стоит ли открывать эти кровоточащие раны.

Стив взглянул на Анну, и она молча взяла его за руку.

– Пожалуй, нет, – проговорил он. – Может, Витторио и не был виноват, а я обвинял его, потому что хотел найти виновного.

Они открыли кожаные чемоданы, и комнату наполнило сверкание сотен драгоценных камней. Женщины, как дети, мерили одно украшение за другим, а мужчины аплодировали им. Глядя, как любовно перебирают вещи Анна и Андреа, Пет решила обязательно подарить им кое-что. И вообще, коллекцию необходимо поделить с Андреа. Здесь слишком много драгоценностей для одной женщины – любой, кроме Ла Коломбы.

Пет смотрела на себя в зеркало. Единственной ее одеждой было длинное ожерелье из великолепных бриллиантов – самое роскошное украшение из всей коллекции бабки. Пет казалось, что Ла Коломба где-то рядом, возможно, даже в ней. «Без сомнения, – думала Пет, – прекрасная куртизанка иногда вот так любовалась своим отражением».

– Иди сюда, – позвал ее Люк.

Пет направилась к нему, и при каждом ее шаге бриллианты дрожали и переливались. Люк потянулся к ней.

Но перед тем как отдаться желанию, Пет сняла ожерелье. Ей не нужны украшения, когда ее обнимают руки любимого, и никогда не будут нужны.

«Ла Коломба тоже знала об этом», – размышляла Петра д'Анжели, лежа рядом с Люком. Свет, блеск и красота стали частью их любви, частью того, что всегда будет объединять их.