– Пожалуй, не стоит.

От его довольного выражения лица, Ева тоже не может сдержать улыбки.

– Пойдем ко мне в комнату, иначе наши разборки услышат все учителя, а это будет не очень хорошо, - Джастин слегка качает головой.

– Ладно, но, если ты начнешь приставать, я буду кричать, - она делает выражение лица, как можно серьезнее.

– Я и вовсе и не думал.

Джастин делает пару шагов, подходя к своей комнате, Ева следует за ним.

Он достает из кармана ключи и вставляет в замок.

Ева кусает внутреннюю часть щеки, чувствуя себя крайне неуверенно.

Открыв дверь, Джастин отходит в сторону, пропуская ее вперед.

Сердце Евы начинает бешено колотиться, в животе собирается волнительный комочек, но она старается отбросить всю свою неуверенность в сторону.

«В первый день он был очень правильным, боялся за свою карьеру, вряд ли сейчас что-то изменилось», - Ева старательно успокаивает себя.

Она движется очень медленно, будто бы оттягивая момент.

Джастин закрывает дверь на ключ и проходит за ней в комнату.

– У тебя здесь вполне неплохо, - она внимательно оглядывает гостиную, - учителя, оказывается, живут намного лучше, чем ученики.

– Ну, конечно, - он ухмыляется, наблюдая за ее заинтересованным взглядом.

– А там что? – Ева указывает на дверь, которая находится сбоку гостиной комнаты.

– Спальня.

– Ясно, - она смущенно опускает взгляд в пол.

– Присаживайся, не стесняйся, - Джастин указывает на диван. – Тебе чай или все-таки что-то покрепче?

– Нет, мне чай. Зеленый, если можно, - Ева садится на небольшой, но довольно удобный диван кофейного цвета.

– Конечно, можно, - он улыбается, слыша ее несмелый голос.

Джастин включает электрический чайник, достает кружки и чай из шкафчика.

– И что, у всех учителей такие комнаты?

Он слегка оборачивается через плечо, улыбаясь.

– Наверное, я как-то не интересовался, - Джастин сыплет чай в специальный керамический чайник, - сколько тебе кубиков сахара?

– Нисколько, я пью без него.

– Серьезно? – он скептически приподнимает бровь.

– Да, вполне, - Ева пожимает плечами.

– Хм, буду знать, - Джастин, улыбаясь, берет в руки чайник, начиная лить воду.

Сделав это, он отходит, давая возможность завариться чаю.

– Ты будешь не против, если я присяду рядом с тобой?

– Нет, конечно, - Ева слегка отодвигается, освобождая как можно больше места для него, - это ведь твоя комната.

– Ты права, - уголки его губ слегка приподнимаются, а сам он садится рядом с Евой.

Она сжимается, стараясь не касаться Джастина. Ева чувствует себя крайне неуверенно, слегка боится находиться рядом с ним на таком близком расстоянии.

– Ну, - он поворачивается к ней полу боком, - расскажи что-нибудь о себе.

– Что, например? – Еве становится неловко, когда Джастин так нагло рассматривает ее.

– Что люб…

Не успевает он это договорить, как в дверь раздается уверенный, громкий стук.

– Джастин, открой, пожалуйста, это Бекки Морган.

Брови Евы сразу же сходятся на переносице, а губы сжимаются в линию.

– Что ей нужно? – он задает себе это вопрос еле слышно, сам себе.

– Джастин, я слышала, как хлопнула твоя дверь, - в голосе Бекки слышны нотки смеха.

– Что теперь делать? – Ева резко встает с дивана, взволнованно шепча. – Если она увидит, что я здесь, то всем расскажет.

Она чувствует, как к горлу подступает паника.

– Успокойся, - Джастин быстро проводит по волосам, - идти в комнату и спрячься в шкаф.

– Что? – брови Евы удивленно поднимаются вверх. – Нет, я не буду этого делать.

– Быстро, Ева, - голос Джасина становится грубее и властнее.

– Я что твоя любовница, чтобы прятаться в шкаф?

– Сейчас это не важно, - он хватает ее за руку, быстро открывая дверь в спальню.

– Джастин, - Ева повышает голос, чувствуя, легкое волнение.

– Не кричи ты, - он накрывает ее рот одной рукой, а второй обхватывая вокруг талии.

Ева пытается противиться, дергаясь в его руках, но Джастин оказывается намного сильнее ее.

– Бибер, открывай дверь, - Бекки снова стучит в дверь.

– Черт, - выругавшись, - Джастин открывает шкаф и с борьбой заталкивает Еву туда.

– Я тебе этого никогда не прощу, - Ева угрожающе шипит, сжимая руки в кулаки.

– Сиди здесь и молчи, поняла?