Дилан прищурился, но всё-таки выдавил из себя:

– Он её сын, - это был не вопрос. Грёбаное утверждение.

Джейн оторвалась от стены, хмуря брови:

– Что?
– кажется, в её голове образовалась чёрная дыра. Питерсон сложил руки на груди.

– Именно, - Карин довольно щёлкнула пальцами.
– Он её сын. Она - та женщина, что оставила его в бараке во время пожара. И ещё кое-что не менее занятное, дорогие мои, - всё это нравится Карин. Она наслаждается тем, что может “щёлкать загадки, как орехи”:

– В отличие от других детей, Джошуа не проходил обследований в больницах. А теперь вопрос: как миссис Добрев смогла найти сына? Она наверняка думала, что он погиб? Я думаю, она даже не искала его. Случайно нашла, когда приехала в очередной приют, чтобы взять себе воспитанника. Я уверена, что изначально она даже не поняла, что это её сын.

– Но, как она догадалась?
– Джейн всё больше путалась. Чем внимательней она слушала, тем больше появлялось вопросов:

– И почему вы уверены, что всё было именно так?

Карин потирает ладони, откашлявшись:

– Дело в том, что, - бросает взгляд на Дилана.
– Я не говорила вам об этом, ведь пообещала, но ещё в начале августа ко мне в офис пришла девушка. Она вручила мне записную книгу или это был дневник. Неважно, - качает головой.
– Только позже я узнала, что это была Ронни.

Дилан открыл рот, рассерженно выдавив:

– Что?

– Погоди, - Карин хочет всё объяснить.
– Я сама была удивлена, когда поняла, что вы её знаете. Но это произошло до начала учебных занятий, то есть вы не могли быть с ней знакомы, - делает мучительную паузу.
– Следовательно, эта девушка многое знала и скрывала.

– Поэтому, - Дилан начинает догадываться.
– Вся доска в твоей комнате исписана её именем.

– Я не могла понять, кто она, пока не прочла дневник её бабушки полностью, - Карин роется в бумагах, поднимая толстую книгу в бархатном переплёте. На вид она тяжелая.

– Здесь все ответы, - Карин сжимает губы от обиды, ведь решение проблем были у неё под носом.
– Настоящие имя миссис Добрев - Монте Равин. Странное, не так ли? Равин родилась в Канаде, потом безответно влюбилась, приехала в наш город за своим возлюбленным, который бросил её, узнав, что девушка беременна. Тогда она осталась ни с чем, родила в том же бараке, где жила. Винила ребёнка в своих несчастьях. Поэтому и оставила гореть, - цокает языком.
– Жестоко.

Ни один мускул лица Дилана не дернулся, а вот Джейн присела на стул, согнувшись. Опустила лицо в ладони, шепча:

– Так Ронни всё это время знала?

Её вопрос остается без ответа, ведь тот очевиден. И, кажется, Рид не хотела, чтобы его подтверждали.

Карин делает глоток воды из стаканчика, чтобы продолжить:

– Но вот, что смутило меня, - девушка нахмурилась, привлекая внимание слушающих.
– Когда она начала понимать, что Джошуа - её сын, то её стиль написания изменился. Она начала буквально писать бред, - листает дневник.
– Что-то вроде: “Он может узнать”, или “Мне приходится следить за своими мыслями”. Но фраза, на которой обрывается её последняя запись, заставила меня задуматься: “Мой сын погиб в ту роковую ночь, и Джошуа - не мой сын”.

– И как это понимать? Старушка сбрендила?
– мужчина опирается спиной на стену.

– Давайте не будем скрывать. Все вы наверняка подметили, что Джошуа появляется неожиданно, а так же спокойно выходит из темноты. Об этом тоже писала Равин. Она говорит, что мальчик пугает её, что она не может спрятаться, ведь он буквально везде, - Карин готовится выдвинуть самое нелогичное предположение.
– Что, если Джошуа мёртв?

– Да ты у нас открыватель, - Дилан закатил глаза.
– Мы и без того знаем, что он погиб с остальными воспитанниками…

– Нет же, - перебивает его сестра, ворча.
– Что, если он погиб ещё тогда, в бараке?

Её слова заставили присутствующих напрячься.

– Ведь Равин не водила его по врачам. Она писала, что мальчик никогда не болел, но внешнее состояние ухудшалось. Будто он рассыпался, - Карин понимает, как глупо это звучит.
– Вдруг Джошуа - это какой-то неугомонный призрак.

– Но, как он рос с остальными детьми? Его возраст менялся, - не понимает Питерсон.

Карин сжимает губы, не в силах найти ответа, но слабый голос Джейн звучит уверенно:

– Внушение, - поднимает голову, хмурясь. Ставит локти на колени, смотря перед собой:

– Что, если это внушение, - продолжает шептать.

Тайлер. Он рос вместе со всеми. Он - внушение, тогда и Джошуа нечто похожее.

– Что, если он всем внушал, - Рид вновь опускает голову, смотря в пол.

– Вполне возможно, - вдруг поддерживает Карин.
– Равин тоже писала об этом. Говорила, что всё вокруг - это ложь, что она не контролирует собственные воспоминания. Она, словно всё время находилась под давлением, под чьим-то надзором.