Зубы стучат от резко охватившего меня холода. Пальцы сжимают пыльный подоконник.

Её нет. Девочки нет. Где она?

Не поддаюсь панике, пытаясь объяснить произошедшее, но в последнее время мне всё труднее найти логическое объяснение всему, что происходит.

Выпрямляюсь, тяжело выдыхая.

Я не могу понять. Не в силах.

Делаю шаг назад, медленно оборачиваюсь, будто боясь, что тяжелая голова свалится с плеч, но этого не происходит.

Ибо я вижу нечто иное.

Дышит мне в спину. Смотрит в глаза.

Бледно-голубая кожа, выцветавшая одежда, похожая на пижаму. Взъерошенные волосы. Порванная бледная губа. Кожа покрыта синяками и ссадинами.

Глазницы широкие, белый, будто снег, белок. Такие же светлые с радужкой зрачки.

Смотрит на меня. Стоит в шаге.

Я застыла. Боком к нему. Не моргаю, чувствуя, как в глазах прыгает давление. Они болят, но не могу их прикрыть, ибо он смотрит. Нечитаемое выражение, пустое, но при этом отталкивающий, пугающий, пристальный взгляд.

С моих губ всё же рвутся короткие вздохи. Я не могу отвести взгляда. Прикована, парализована. Подобие мычания исходит из его закрытого рта. Мычит, не шевеля мускулами мертвого лица. Я не понимаю его. И не пытаюсь, ведь мой разум предательски мутнеет, уносит в туман, выстраивает щит, стену, чтобы скрыть меня, уберечь психику. Но я рвусь, желая остаться здесь, в реальности. Чтобы видеть. Всё своими глазами.

Он не дышит. Не моргает. Смотрит, но не на меня. Глубже, в самое сознание. Заглядывает, переворачивая в нём всё с ног на голову. И я молчу. Не отвожу глаз. Чувствую, как в носу колит, но прикусываю язык во рту, чтобы почувствовать боль. Физическую.

С сухих губ рвется писк, но я сдерживаю его, когда мальчик резко хватает меня за кисть руки. Делаю шаг назад, упираясь в подоконник. Глаза ребенка становятся более безумными. Он рывками дергает меня за руку, мыча громче. Мои ноги подкашиваются. Сутулю плечи, отчаянно пытаюсь освободить руку, кожа которой начинает гореть, жечься, будто от раздражения.

Ребенок мычит громче. Он практически кричит, не раскрывая рта. Я панически бросаю взгляд в сторону, окна, когда он толкает меня к нему. Ближе. Сердце разрывается. Ещё ближе.

Размах. Удар.

Звон металла. И отвратительный хруст, который с легкостью оглушил меня. Голова ребенка опрокидывается к плечу, после чего тело валится на холодный пол. Поднимаю свой испуганный взгляд на Тайлера, который тяжело дышал, держа в руках железную трубу или палку, не важно. Парень смотрит на мальчика, который лежит с распахнутыми глазами, смотря куда-то перед собой. Тайлер давится, кашляя. Видно, что подобное далось ему с трудом.

Джейн, наконец, выходит из комнаты, спеша ко мне:

– Ты в порядке?
– Я не реагирую, когда она хватает руку, разглядывая запястье.
– Покраснело…

Пальцы Джейн дрожат, как и голос. Я перевожу глаза с мальчика на подходящих Дилана и Хлою. Они оба, кажется, шокированы. Бросают взгляд то на Тайлера, то на ребенка, то на железное оружие в руках парня. Дилан даже сглотнул, выдохнув:

– Отныне, буду осторожен в выражениях рядом с тобой, - кивает на мальчика.
– А то окажусь на его месте.

Что-то мне подсказывает, что Дилан не ожидал подобного от друга.

Стоп.

Я опускаю глаза на ребенка, хмурясь. Прихожу в себя, сжимая и разжимая пальцы рук. Выдергиваю запястье из ладони Джейн, что выходит немного грубо, но я сейчас не могу думать о чём-нибудь другом. Опускаюсь на одно колено, всматриваясь в лицо ребенка. Не обращаю внимания на остальных. Они немного скованы. Их голоса звучат неестественно. Все взгляды прикованы к мальчику.

– Давайте уйдем, - Хлоя говорит серьезно. Она не просит, она настаивает:

– На сегодня хватит приключений на задницу.

Джейн с пониманием смотрит на подругу, скрывая потухающий в груди страх. Девушка осторожно, будто побаиваясь, забирает железную палку у Тайлера. Парень вздрагивает, начиная дышать чаще. Словно до этого он был парализован. Он переводит глаза на Джейн, щурится, видя, как она сжимает губы, слегка кивая головой. Как бы говоря, что можно немного расслабиться, убрать это напряжение, хотя никто не был уверен в безопасности.

Дилан так же опускается на колено напротив. Он игнорирует то, как Хлоя тянет его наверх, прося уйти. Парень явно заинтересован. Он не уйдет с “пустыми руками”, когда вот оно , перед ним.

Дилан перебирает пальцами перед тем, чтобы осторожно коснуться холодной щеки ребенка.

– Тайлер, - он обращается к другу.
– Сделай снимок.

Тот отмирает во второй раз, ведь теперь был пленен понимающим взглядом Джейн, которая до сих пор смотрела на него.

Но меня смутило не это. Я опустилась рядом с ребенком, ибо не понимала. Отказывалась верить.

Тайлер ударил его.

Тайлер. Ударил. Его.

Мне казалось, что они - это подобие призраков. Да, как бы нелепо это ни звучало.