– Я набросал черновой вариант объявления о том, что мне требуется гувернантка, – заговорил Эйвери, когда они вышли из аллеи и оказались на лужайке.

– В каких газетах вы собираетесь поместить его?

«Значит, он тоже способен делать вид, будто ничего не случилось. Невыносимый мужчина. Тут я похожа на него, но не полностью. Однако он, кажется, знает это. Все это игра. Мы оба играем каждый свою роль».

– Во всех лондонских, а также местных газетах. Вы не взглянете на него? – Лора кивнула. – Если желаете, можете пойти к Алисе в столовую. Я принесу объявление. Прошу вас сюда.

Французские окна, выходившие в сад, были открыты, чтобы впустить целительный весенний воздух. Эйвери помог Лоре преодолеть подоконник, и она оказалась в голубой комнате, где уже был накрыт стол к завтраку. Когда она ступила на полированный пол, Эйвери, извинившись, ушел куда-то, вероятно в свой кабинет.

Алисы еще не было. Мисс Блексток уж точно делает все, чтобы избавиться от запаха пони и конюшни, наряжает девочку в подходящую случаю одежду. Лоре тоже следует помыться.

– Не покажете, где здесь можно вымыть руки? – обратилась она к служанке, которая поставила на стол вазу с фруктами.

– Да, мадам. Сюда, пожалуйста.

Лора не смогла удержаться от обычного любопытства, но ей не повезло – все двери комнат, выходившие в холл, были закрыты. Служанка провела ее в маленькую комнатку, служившую туалетом, там был и умывальник. Служанка оставила Лору одну. Она неторопливо намылила руки мылом, пахнувшим лавандой, затем позволила прохладной воде струиться сквозь пальцы.

В голове Лоры зарождался фантастический план. Она напишет адвокату и управляющему и сообщит, будто на неопределенное время отправляется за границу. Затем скажет Эйвери, что она готова стать гувернанткой Алисы. Он ведь не отрицал, что она нравится Алисе и та хорошо относится к ней. Эйвери доверял ей, раз спрашивал ее мнение. Разговаривая с ней, Эйвери убедился, что она образованна и культурна. Что она настоящая леди.

Лора вытирала руки льняным полотенцем и наблюдала за тем, как ткань темнеет от воды. Она сосредоточилась на этом действии, пока ее голова была занята фантастическим планом. Она напряженно думала.

Лора не могла пойти на такой шаг. Как долго она сможет жить рядом с Алисой, не выдав себя? Она станет служанкой в доме собственной дочери, не имея ни власти, ни влияния. Рано или поздно Эйвери разоблачит ее, тогда ей придется уйти, а Алиса потеряет человека, которого могла бы искренне полюбить. Лоре было слишком больно думать об этом.

Когда она вышла, Эйвери уже пересекал холл. Лора была в полном порядке, выражение лица спокойное, прохладная вода и сила воли стерли следы волнения, вызванные недавним поцелуем.

– Как вас больше устроит? – Эйвери передал ей лист бумаги. – Может быть, прочтете это объявление в кабинете сейчас, до прихода Алисы?

Эйвери наблюдал за Лорой, пока та, стоя, склонила голову над черновым вариантом объявления. Ее волосы были аккуратно уложены, каждая прядь нашла свое место в строгой прическе. Но почему-то графу казалось, что они рвались на свободу, стремясь распуститься, впитать в себя все оттенки солнца – от светлого до рыжего. У нее было бледное лицо, бледнее, чем полагалось здоровой женщине. Исчезла вся краска, вспыхнувшая на них, когда Лора бросила ему дерзкий вызов в аллее.

Губы Лоры раскрылись и чуть шевелились. Она высунула кончик языка и коснулась им верхней губы. Эйвери угадал, что Лора так привыкла сосредоточиваться. Волна горячей крови хлынула к его паху. Он представил, как целует эти мягкие и теплые губы. Эйвери на мгновение коснулся их, пока боролся с желанием овладеть Лорой, почувствовать ее тело под собой, попробовать его на вкус.

– Вы пишете, что будущая гувернантка должна быть готова к поездкам.

– Да, это естественно. Я ожидаю, что еще до конца этого года должен буду выехать за рубеж. Тогда я возьму Алису с собой.

– В таком случае лучше уточнить, что эти поездки будут связаны с континентом, а не с Озерным краем [2] . – Губы Лоры дрогнули, на них появилась слабая улыбка, затем ее лицо снова стало серьезным.

Эйвери боролся с соблазном, но все же не устоял.

– Мне хотелось бы узнать… Помню, вы говорили, что Алисе лучше нанять молодую гувернантку. Но мне пришло в голову, что и вдова подошла бы для этого.

Кэролайн невольно вздрогнула, и Эйвери заметил это. Он затаил дыхание. Неужели он так откровенно выдал свое желание? Черт подери, о чем он только думает?

Кэролайн молчала. Что это означало? Она опустила веки, темные ресницы были неподвижны. Возможно, Эйвери только показалось, будто она вздрогнула. Возможно, она не догадалась, что речь идет о ней.

– Не у всех вдов средний возраст, – ответила Лора, нарушив молчание.

– Да, действительно. Вам, к примеру… – Эйвери захотелось узнать ее точный возраст. Черная одежда и бледное лицо старят человека, так что ее возраст было трудно определить. Эйвери казалось, что ей не может быть больше двадцати пяти лет. – Мне просто пришло в голову, что лучше подойдет человек, у которого больше опыта в обращении с детьми.