– прости, привычка.
– Позволяю прорваться нотке смущения в голос, и поспешно добавляю.
– Но ты правда выглядишь великолепно.

– а ты даже не потрудился сменить этот безвкусный костюм, в котором изображал клоуна на телевидении. Ладно, мы здесь не для диспутов об одежде, о чем ты хотел поговорить?

– я понимаю, что ты злишься, и вероятно даже ненавидишь меня за то, что произошло во время войны. Не буду говорить, что сожалею о содеянном, и признаю, что ты в праве на ненависть и даже месть. Назови свою цену, что бы я мог искупить вину перед тобой... и я говорил не про платье.

– цену говоришь... какова может быть цена у жизней тысяч моих детей? Может быть ты можешь вернуть их в этот мир? Нет? А может хочешь предложить деньги за каждого убитого?
– Ноздри Луны в гневе начали раздуваться при каждом вдохе, зрачки наконец приняли вертикальную форму и покраснели, а вокруг тела начала сгущаться тьма.
– Знаешь... кажется я придумала кое-что более интересное, и подходящее для мести...

В воздухе повисла тишина, которую можно было почувствовать физически. Богиня ночи растянула губы в улыбке, демонстрируя удлинившиеся клыки, и следующие ее слова звучали уже с явной примесью шипения:

– убей по алмазному псу, за каждого моего ребенка убитого твоими отродьями.

– ты уверена, что хочешь именно этого?
– Мой голос оставался спокойным, может быть даже равнодушным.

– хочу... я хочу что бы ты почувствовал ту же боль, и даже большую.

– хорошо, да будет так.

Поднимаюсь из-за стола, и шагаю к выходу. Мне еще нужно расплатиться за "ВИП" кабинет, да и с массовым геноцидом собственных последователей что ни будь нужно придумать. Но надеюсь что расчет на характер Луны себя все же оправдает...

– стой!
– Окликнула меня принцесса, когда рука уже легла на дверную ручку.

– что ни будь еще?
– Поворачиваю голову и скашиваю взгляд на Луну, которая кажется даже стала меньше ростом.

– зачем...?
– не поворачивая ко мне мордочки, вмиг ослабевшим голосом спросила девушка, в которой уже сложно было узнать грозную богиню.

– я хочу что бы ты перестала жаждать моей крови, ведь теперь, когда наша общая задача - защита Эквистрии, невозможность повернуться спиной к союзнику, может стоить победы в столкновении с врагом.

– почему...?
– Столь же тихо задала следующий вопрос Луна.

– они были опасны. Слишком сильные, выносливые и жестокие, а еще умные, и потому вдвойне опасные. Вот мои командиры и решили, что первым делом следует избавиться от тех, кто может добраться до них самих.

Наверное я перестарался с равнодушием в голосе, так как следующие слова богини ночи, слышались уже сквозь рычание:

– ненавижу... как же я тебя ненавижу. Если бы не сестра, я уже вырвала бы твое сердце, и заставила бы сожрать.

– хм, значит этого ты хочешь?
– Спрашиваю с легким интересом, словно речь идет не о моей жизни, а о завтрашней погоде.

– да! Нет... ты нужен Селестии...
– Если первое слово Луна выкрикнула, то последнее прошептала едва слышно.

– раз ты хочешь отомстить именно мне, но не можешь убить, тогда может согласишься выместить злость менее кровавым способом?

– каким же?

– ну например, можешь меня побить без использования магии. Обещаю, сопротивляться не буду...

Не успел я договорить, как Луна оказалась стоящей в шаге от меня, с горящими гневом глазами и искаженным хищным оскалом лицом. На сжатых в кулаки пальцах блеснули серебряные перстни, складывающиеся в кастеты, крылья резко расправились и спустя секунду, взгляд уловил смазанное движение.

"да неужели? Поверить не могу что этот идиотский план сработал. Теперь бы пережить избиение, и можно будет попробовать поговорить".

Будучи адвокатом, я часто изучал психологические портреты своих оппонентов, и зная некоторые факты их жизней, во время заседаний суда, подводил к нужным мне действиям. Иногда, в самых удачных случаях, жертва даже не подозревала что ей манипулировали. Сегодняшний же случай, отличался от всего ранее пережитого опыта, Луне стоило только предложить ударить меня без последствий для сестры, как она с радостью вцепилась в эту возможность. Хорошо хоть хватило ума поставить условие, не применять магию.

Хлесткий удар, и кулак впечатывается в солнечное сплетение, затем локоть врезается под ребра, колено в пах, открытая ладонь бьет по правому глазу, от чего он едва не лопается. Луна демонстрировала высочайший уровень владения рукопашным боем, не стесняясь применять "грязные" приемы и бить по особо уязвимым точкам. Она была похожа на разъяренную фурию, двигалась стремительно и грациозно, и я наверное даже залюбовался сим действом, если бы не выступал в качестве манекена для отработки ударов.