— Не поняла, — честно созналась я, тряхнув головой. — Как это? Он жив, но при этом Наместника нет?

— Он просто оставил этот пост. Ему надоело, и он сложил с себя полномочия.

— Как это — надоело? — озадаченно переспросила я. — Вот просто взял и сложил? А как же статус, власть, да хотя бы ответственность?!

— Очень просто, надоело, — явно наслаждаясь моим недоумением, подтвердил демон. — Зоя, я же тебе говорил, мы эгоисты и делаем в первую очередь то, что нам нравится. Статус статусом, но гнаться за властью, когда тебя от неё тошнит, пытаясь убедить себя, что так нужно и правильно… На такое только вы, смертные, и способны. Впрочем, с вашей короткой жизнью немудрено не понимать всех этих тонкостей. Может быть, для вас так правильнее.

— Но почему он ушёл, даже не дождавшись появления следующего? Бросил всё на произвол судьбы?

— Пока есть Наместник, Указующая не появится, — отмахнулся он. — Что касается произвола судьбы, ты опять судишь по людям. На нашей жизни отсутствие Наместника почти не сказывается, а что мы становимся угрозой для окружающего мира — это проблемы мира, не наши.

Комментировать это заявление я не стала. Надо всё-таки постараться как-нибудь выучить этот главный рефрен жизни демонов, что «я» превыше всего, и переступать через него во имя долга никто не будет. Да у них небось и понятия такого, как «долг», не существует.

Пока мы разговаривали, эльфийский автомобиль мягко катился по неширокой мощёной дороге, предоставляя мне возможность совместить беседу с изучением пейзажа.

Долина Аэрьи представляла собой изолированную чашу почти круглой формы, насколько это можно было определить зрительно при обманчивости расстояний в горах. Ближайшие склоны зеленели густыми лесами и лугами, а дальше сверкали снежные вершины. Впрочем, не везде; с одной стороны, за вмурованным задней стеной в скалу домом Тана, в короне белоснежных пиков не хватало нескольких зубцов.

Странный пейзаж — снежные вершины, вплотную примыкающие к морю.

Насколько я могла судить, жилища демонов располагались на окрестных склонах, а в середине ещё одной скалой возвышался тот самый дворец. Отсюда казалось, что его жемчужно — белые стены вырастают прямо из неестественно — лазурных вод небольшого озера, лежащего на дне долины.

— Моя дочь — там? — всё-таки не выдержала я, кивнув на дворец, путь к которому представлял собой достаточно пологий и размеренный, а оттого — длинный серпантин.

— Да. Ты скоро её увидишь, — с непонятным удовольствием сообщил демон.

— Её охраняют? — отстранённо поинтересовалась я.

— Разумеется. Её не получится украсть. А даже если бы получилось, очень быстро нашли бы вновь, — предвосхитил даже не успевшую сформироваться мысль он. — И ей гарантированно не причинят вреда до Часа Выбора, это… против нашей природы.

— Тан, почему вы решили, что именно Славка — ваша Указующая? — тихо поинтересовалась я. — Кто-то как-то это чувствует?

— Она родилась в тот момент, когда прошлый Наместник сложил с себя полномочия; в наших мирах время движется по — разному. Видимо, именно она по каким-то критериям подошла лучше прочих. И — да, мы все это чувствуем. А тебя не смущает типично эльфийская внешность у чистокровной человеческой девочки из мира, где от эльфов остались только сказки?

— То есть, она Указующая, потому что она так выглядит?

— Нет, она так выглядит, потому что она — Указующая, — хмыкнул он. — Они все выглядят одинаково.

— Почему?

— Это старая легенда, потом прочитаешь, — поморщился мужчина.

— Но нам всё равно ещё долго ехать, так чем эта тема хуже прочих? — попыталась настоять на своём я.

— Если тебе нечем занять рот, я могу придумать ему более приятное применение. Приятное для меня и полностью отвечающее твоим обязанностям, кьяри. Хватит болтать, — не глядя в мою сторону, демон холодно усмехнулся уголками губ.

В его фантазии я не сомневалась, поэтому поспешила прикусить язык и не лезть на рожон, хотя столь резкий перепад настроения мужчины озадачил. Только что он явно получал удовольствие от роли лектора, а через мгновение — такой резкий протест, причём не против конкретной темы, а против разговора в целом. Интересно, это обычное для демонов поведение, черта характера Сартанара, или случилось нечто экстраординарное?

Задавать вопросы я тоже благоразумно не стала, вместо этого сосредоточившись на окружающих видах — горах, растительности, автомобиле и демоне.

В лучах солнца последний выглядел очень похоже на одну из тех снежных вершин, что окружали долину. Кожа была очень бледная и матовая как фарфор, глаза оказались синими, а белоснежные волосы хрустально поблёскивали, только усиливая указанное сходство. У него даже черты лица при ближайшем рассмотрении оказались подходящими: тонкие, несколько угловатые — резкие скулы, острый подбородок, узкие холодно поджатые губы. Странное лицо. Его легко можно было счесть неприятным, но оно всё равно вызывало желание рассмотреть повнимательней. И уж точно сложно было заподозрить в его обладателе определённое благородство.