– На то и расчет! У нас не хватит патронов, чтобы всех перебить. Значит, надо пустышей от бака оттянуть! А там парни и сами пробьются! - Рыкнула не двигаясь с места Ада, сноровисто меняя магазин. Десятка три свежих еще дергающихся тел ничуть не сбили агрессивный настрой остальных зараженных. Но общей неживой массы, до которой осталось всего метров тридцать, это были ничтожные доли процента. Засевшая на водонапорном баке парочка план своей подруги забегала туда-сюда, словно ища место, с какой стороны у их убежища поменьше зомби. Затем мужчины начали делать чего-то вообще странное. Один из них взял на руки другого и подошел к краю, словно готовясь спрыгнуть с высоты пятнадцати метров.
– Кирпич! Кирпич, твою дивизию, чего творишь, камикадзе долбанный?! Не смей! Слышишь?! Выживешь - сама урою!

Возможно, замерший на краю емкости для воды мужчина её услышал. Но, скорее всего, нет. Во всяком случае, вниз он шагнул без особых колебаний. В коротком, но от того не мене страшном полете тело его чуть изменило свое положение и страшный удар пришелся не на вытянутые ноги, а скорее на задницу. Однако напарника, сжимаемого в руках, он так и не уронил, став для него своеобразным амортизатором. Зомби, конечно, отхлынули к мотоциклу и сидящей там парочке, но все же окрестности водонапорного бака покинули не все: кто-то замешкался, другой споткнулся, третий просто находился в задних рядах общей массы. И теперь сотни покойников как по команде развернулись к людям, оказавшихся от них буквально на расстоянии вытянутой руки.

Автомат в руках слегка небритого короткостриженного мужчины лет двадцати пяти, благодаря напарнику оставшегося более-менее невредимым, полоснул очередью по ближайшим покойникам. Сам он уже твердо стоял на ногах и одной рукой удерживал дергающийся автомат, а второй пытался поднять с земли своего друга, ошеломленного падением. Увы, такую массу народа пули не остановили бы, даже будь на другом конце ствола достаточно решительно настроенные живые люди. Свинцовый веер лишь на секунду или полторы затормозил немертвое воинство и за это время стало понятно, что второй из осажденных встать не сможет. Тот с трудом поднялся на одно колено, затем выпрямился, шагнул вперед и чуть не упал. Его правая нога была повреждена и стремительно пропитывалась кровью. Похоже, там под тканью штанов прятался очень серьезный открытый перелом. Конечность лишь с трудом волочилась за туловищем, а опереться на неё не получалось даже под угрозой немедленной смерти. Сообразив, что у него нет и тени шанса уковылять таким образом от толпы плотоядных мертвецов, мужчина заорал чего-то матерное, от души пихая в спину напарника, а потом развернул к себе свой автомат, завел его под подбородок и нажал на курок.

– Кирпич!
– Взвыла не хуже раненной волчицы Ада, наконец-то разворачивая мотоцикл. Гектор уже расстрелял все пули в своем пластиковом пистолете и даже не чуть запустил им самим по роже ближайшего мертвяка, словно камнем. Зомби оставалось сделать до своих жертв буквально два шага, когда те наконец тронулись с места и покатились по дороге, постепенно увеличивая расстояние между собой и зараженными.
– Дубина героическая! Ну как же так?! Зачем ты это сделал?! У тебя же был шанс дожить на баке до утра! Маленький, но был! Был! А там бы я чего-нибудь придумала!

– Думаю, у них патроны кончались.
– Осторожно заступился Гектор за уже мертвого мужчину, оборачиваясь назад.
– Смотри, у второго автомат уже не стреляет. Он теперь пистолетом себе дорогу прокладывает.

Последний выживший из тройки осажденных действительно отбросил в сторону ставшее бесполезным оружие и со всех ног рвался вперед, разрывая дистанцию между собой и сотнями зараженных. Единичные зомби, стоявшие у него на пути, временно нейтрализовывались сбивающими их с шага свинцовыми пилюлями, а небольшие скопления мертвецов мужчине хватало ума отходить. Вновь вскинувшая штурмовую винтовку Ада поддержала его снайперской стрельбой, и её напарник смог вырваться на свободное пространство. А после побежал по дороге, уверенно беря курс на приткнувшийся у обочины черный внедорожник с распахнутой дверцей. Стоящий рядом с ним столбиком громила, с испачканными темным штанами, не мог быть никем иным, кроме как водителем.

Одного единственного ходячего мертвеца этот парень даже не застрелил, а скорее запинал. С разбегу врезался плечом в грудь покойника, повалил того на землю и ударом ноги сломал шею. А после, быстро охлопав, достал ключи и юркнул в салон. В бензобаке машины, должно быть плескалось топливо, поскольку та сверкнула фарами и, взрыкнув двигателем, стала разворачиваться. Ехать мимо толпы зомби, выживший явно не собирался, поскольку своей массой эта орда могла бы остановить даже бульдозер.

– Все, за ботаника можно не беспокоиться. Он то еще трепло, но водит так, словно раньше был профессиональным гонщиком.
– Ада покатила вдаль по дороге, периодически глухо взрыкивая. Гектор при каждом подобном звуке инстинктивно вздрагивал. Он никак не мог определиться: плач это или рычание.
– А может и был, кто его знает.

– Куда мы едем?
– Уточнил Маслов, когда черная машина догнала их мотоцикл и пристроилась ему в хвост.
– Не то, чтобы я настаивал, но сидеть в салоне удобнее, чем на ветру.

– В тройник катим, тут недалеко, потерпишь.

– Тройник?

– Ну, стаб такой совсем крохотный, возникает на стыке границ трех кластеров. Не совсем настоящий стаб, если честно. Ходят слухи, все-таки перезагружаются они годочков эдак через тридцать-сорок. Но поскольку в Улье столько не живут, то всем пофиг.

– И зачем нам туда?

– Там у нас кой-какая берлога обустроена и когда мы туда завалимся то сразу....Начнем перекрашивать твой мотоцикл. Если бы ты не проехал в паре метров от меня с типичными выпученными глазами впервые увидевшего толпу зараженных новичка, то точно бы получил пулю.