Король. Это невозможно, невозможно. Только не он… только не ты, не Гавейн… Я так не могу. Эта мука превышает всякую меру. А я любил их, я их ласкал, я им верил. Обманщики, подлые обманщики. Я узнаю все! Довольно слабости; вот к чему приводит доброта! Я прибью ее. В ногах заставлю валяться. Силой вырву ответ. Сука! (Кидается к двери.) Ох, до чего тяжело жить! Я как оса, рассеченная пополам, и живу, все еще живу. Я отомщу.

Шепот.

Голос Королевы. Не будем рисковать… Дай я сперва погляжу, сможешь ли ты пробраться незамеченным.

Голос Ланселота. Все время пробираться, прятаться…

Голос Королевы. Чтоб уберечь нашу любовь, я не остановлюсь ни перед какой низостью. Не будь сумасбродом.

Голос Ланселота. Моя милая сумасбродка…

Голос Королевы. Любовь моя…

Голос Ланселота. Любовь моя.

Король, словно ослепленный бешенством, кидается на дверь и распахивает ее. Прислушивается.

Король. Я был прав. (Бесшумно закрывает дверь и спешит к алькову. Забирается в него и задергивает занавески. Слышно, как он бормочет.) Господи, сделай так, чтоб он не услышал стука моего сердца.

И в комнате воцаряется тишина. Медленно отворяется дверь; Ланселот прокрадывается в комнату, осторожно закрывает за собой дверь и на цыпочках идет к кровати. На нем нет ни шлема, ни лат, ни кольчуги. Одна простая туника и кинжал на поясе.

Ланселот (вполголоса). Гиневра, любовь моя. Гиневра, любовь моя. (И в третий раз — у самого алькова.)Гиневра, любовь моя.

Голос Короля (он бормочет сонным голосом, подражая голосу королевы). Да…

Ланселот, оглядевшись, проскальзывает между занавесками в альков. Слышен его голос: «Гиневра, откуда ты узнала?» И потом — шум борьбы.

Голос Короля. Получай, это тебе от меня, от Артура. Получай, вор, вот тебе еще.

Голос Ланселота. Вы, сир!

Голос Короля. Хорош друг!

Голос Ланселота. Простите меня… как я вас прощаю.

Тишина. Занавески раздвигаются. Выходит Артур, словно оглушенный убийством. Смотрит на свою правую руку, делает шаг-другой к середине комнаты.

Король. Вы, сир!.. Получай, вор, получай… Вот тебе еще. (Падает на колени.) Я его убил. Не шевелится. (Зовет.) Ланселот! (Громче.)Ланселот! (Во весь голос.)Ланселот!.. Может быть, это сон? Отвратительный сон. (Поднимается.)Бывает, мне снится, что я сплю и вижу сон. Должно быть, я замочил руку, и мне почудилось, что на ней кровь. Кровь… правда, кровь… Она повсюду… на одежде… на лице… я убил! Убил! Убил Ланселота, моего друга Ланселота. (Кричит.)Ланселот! Ланселот! (Кидается к двери.)Убийство! Держите убийцу! На помощь! На помощь! Схватить меня! Схватить злодея! Повесить! Бедная моя голова совсем помутилась. Сжальтесь! Гиневра! Гиневра! Скорей, скорей!

Появляется королева — в ночной рубашке, простоволосая.

Королева. Артур, в чем дело? Бландина только уснула, и тут мне послышался какой-то страшный зов. Вы не заболели? (Артур стоит неподвижно.) Кровь!.. (Вскрикивает.) А!.. (Во взгляде ее вопрос. Король указывает на балдахин. Она входит в альков. Артур рыдает. Спустя какое-то время королева раздвигает занавески и появляется, словно окаменелая.)

Король. Простите.

Королева. Не просите у меня прошения, Артур. Вы поступили так, как нужно было поступить. Вы сделали единственное, что надлежало сделать. Не плачьте.

Король. Он воскликнул: «Простите меня, как я вас прощаю». Я потерял голову. Повсюду я слышал ваши голоса. Ревность — страшное оружие. Моя рука нащупала его кинжал. Это моя рука нанесла удар, это не я… Он вас любил… Вы любили друг друга… Что в этом было дурного? Что дурного, понять не могу?

Королева. Я не держу на вас зла. Видите, я совсем спокойна. Я не знала, что он должен вернуться. Я повесила записку безо всякого опасения, клянусь вам. То, что вы предугадали его возвращение — это судьба. Что вы расставили ловушку — это судьба. Что вы убили его — это судьба.

Король. Убейте меня.

Королева. Говорю вам, Артур, мы жили ложью. Ланселот хотел во всем вам признаться. Это я не позволяла ему и упорно закрывала на все глаза. Невозможно было покинуть вас. Невозможно расстаться с ним. Все было неправильно, все невозможно. То, что случилось, должно было случиться. Если бы вы прогнали Ланселота, на мне лежал бы долг через силу жить с вами. Вы убили Ланселота. С ним и я должна умереть.